Миледи и притворщик - Антонина Ванина

Тут Стиан будто очнулся, наконец обратил на меня свой взор и сказал:

– Да, конечно. Идём.

Мы вышли из-за стола и направились к танцполу, где под неспешную мелодию уже кружило с полдюжины пар. Стиан осторожно положил руку мне на талию, в другую взял мою ладонь, а я смогла коснуться его плеча, такого крепкого и надёжного...

Наконец-то я нашла способ сблизиться со Стианом. Хоть в танце, хоть у всех на виду, но мы рядом, пусть и мысли Стиана всё равно далеки от меня.

После пары кругов по танцполу я решилась пойти на провокацию и скользнула ладонью по его плечу, чтобы осторожно коснуться пальцами шеи. Мой жест возымел действие, и Стиан повернул ко мне голову, перестав смотреть куда-то в сторону.

– Чем вызвана твоя сегодняшняя мечтательность? – улыбнувшись, спросила я, не забыв игриво провести пальцами по обнажённой коже над воротничком его рубашки. – Может, ты куда-то спешишь, и я тебя отвлекаю от важных дел?

– Нет, что ты. Всё хорошо. Просто я всё думаю о предстоящей поездке. Всё ли мы учли, ничего ли не забыли.

– Я уверена, что ты ничего не упустил. Я доверяю твоему опыту.

– Рад это слышать.

Он смотрел мне в глаза с какой-то непонятной, невыразимой тоской, что меня саму на миг посетило уныние, и я невольно отвернулась. Ну что я делаю не так? Почему он так холоден, хоть и не безразличен?

Мой взгляд скользнул к ладони Стиана, что трепетно держала меня за руку, и остановился на броской отметине – маленьком ветвистом следе от молнии между большим и указательным пальцами. Таком же, как и у меня. Вон она – часть единого целого, вторая половинка печати, что послали мне сарпальские боги. И со временем эта отметина не поблекла и не пропала, что у меня, что у Стиана. И это о многом говорит.

Я невольно уцепилась за его ладонь и повернула руку так, чтобы совместить наши знаки. Три веточки соединились в единый рисунок, и время будто остановилось. Теперь Стиан смотрел на меня так пронзительно и нежно, что моё сердце едва не пропустило удар. Он понял, он всё понял! Кажется, сейчас он слегка наклонит голову и запечатлеет поцелуй на моих губах. А я отвечу, обязательно отвечу. И плевать, что на нас смотрят десятки пар глаз. Сейчас этого не важно. Больше ничего не имеет значения кроме меня и Стиана.

Я уже была готова первой прильнуть к его губам, как вдруг пронзительный звон бьющегося стекла вырвал меня из любовной неги, вернув на танцпол. По ногам плеснуло что-то холодное, и мои туфли вмиг намокли.

Я обернулась и поняла, что мы подобрались слишком близко к столику, а я, видимо, случайно задела чей-то бокал вина и смахнула его на пол, прямо себе под ноги. Ну, какая же я растяпа…

– Простите, пожалуйста, – только и оставалось сказать мне молоденькой шатенке, что зверем смотрела на меня, чуть ли не прожигая взглядом. – Не переживайте, я всё оплачу и…

Внезапно девушка соскочила с места, прошипела мне что-то по-тромски, потом чуть тише сказала что-то своему немолодому спутнику и сквозящей раздражением походкой стремительно направилась к выходу.

– Простите нас, – внезапно сказал по-аконийски седовласый мужчина, а потом потянулся к внутреннему карману своего пиджака, вынул чековую книжку с ручкой и быстро заполнил бланк, чтобы оторвать его и отдать мне со словами, – Это компенсация за ваши испорченные туфли. Ещё раз простите.

Я уже ничего решительно не понимала, а мужчина как-то странно посмотрел на Стиана, потом подозвал к себе официанта и спешно расплатился, чтобы подняться с места и последовать за своей спутницей.

Я в растерянности сжимала чек в руке, и только голос Стиана заставил меня очнуться.

– Кажется, нам тоже пора. Ты…

– Да, мне надо в дамскую комнату, привести себя в порядок.

– Я подожду тебя у выхода.

– Хорошо. Я скоро.

Я и отправилась в уборную выливать затёкшее в носки туфель вино и отмывать их от красных разводов.

Как же всё это странно – бокал вина опрокинула я, а мне ещё за это предлагают деньги. Что-то тут не то. Я точно чего-то не знаю – какой-то маленькой детали, которая должна всё расставить на свои места.

Когда я закончила с помывкой и сушкой обуви, мы со Стианом покинули ресторан. Он уже поймал такси, чтобы отправить меня в отель, но я сказала:

– Давай просто пройдёмся по набережной. Отель ведь не так далеко.

– В минутах двадцати.

– Прекрасно. Чем не повод продлить наш вечер ещё немного.

Стиан не был против. Он отпустил такси, и мы неспешно побрели по ночной улице, что вела к набережной реки.

– Расскажешь, что сегодня произошло в ресторане? – аккуратно спросила я.

Стиан немного замешкался, но произнёс:

– Прости. Это всё из-за меня.

– Да что происходит? Почему вы все просите у меня прощение?

– Просто ты попала под горячую руку. Элиса явно хотела плеснуть вином в меня, а пострадала ты. Прости, я не хотел, чтобы всё так вышло.

Так… Значит, всё-таки не я смахнула со стола тот бокал. Девушка метнула его в нашу со Стианом сторону. Но зачем? Так-так-так… Элиса… Где я уже слышала это имя? Элиса-Элиса-Элиса…

– Так это была твоя бывшая возлюбленная? – наконец поняла я.

– Она, – сухо ответил Стиан, опустив глаза.

Так вот почему он весь вечер был сам не свой. Он ведь заметил её в ресторане сразу – отсюда и эти взгляды в сторону, и рассеянное внимание. Да они играли в гляделки весь вечер, пока я пыталась обратить внимание Стиана на себя!

– Или она не такая уж и бывшая? – заподозрила я. – Если бы она тебя разлюбила, то не стала бы жонглировать бокалами. Уж поверь, я как женщина в этом разбираюсь. Или… Да она же приревновала! Точно. В меня метила, в меня и попала. Слушай, да она у тебя горячая штучка. Вижу, её отец тоже страдает от её крутого нрава, и только успевает расплачиваться с жертвами её несдержанности.

Меня вправду начала забавлять эта дурацкая ситуация, но тут Стиан огорошил меня:

– Это был не отец Элизы, а её муж

– Что?

– Ланхауг. Владелец матрасной фабрики. Ужасный скряга, когда дело касается недовольных покупателей и возврата товара. Даже удивительно, что он предложил тебе деньги.

Я слушала его и не понимала:

– Так у тебя были отношения с замужней женщиной?

– Не очень хороший поступок для последователя Азмигиль, не правда ли? – попытался отшутиться он.

– Ну… Если честно, в Фонтелисе и не такое бывает, но… Муж Элисы вообще в курсе, что у его жены была связь с тобой?

– Думаю, он с самого первого дня всё знал. Она не собиралась ничего от него скрывать.

– О… Кажется, звание столицы безграничной любви надо переносить из Фонтелиса во Флесмер, – только и оставалось отшутиться мне.