Злое колдовство - Надежда Первухина

И тут до Сидора дошло.

– Элли, ты пришла сюда за тем, чтобы найти приворотное зелье для своего сурового преподавателя?

Судя по тому, как покраснела Элли, вопрос Сидора попал в самую точку.

– А что такого, – пробурчала Элли. – Многие так делают. Можно накапать зелье в стакан с водой, он ничего и не заметит… А ты, то есть вы зачем сюда пришли?

– Да я же говорю тебе – из любопытства. Интересно стало: все-таки приворотные зелья и их так много…

– Хватит врать, – прищурилась Элли. – Тебе тоже нужно приворотное зелья, и я даже знаю для кого. Для госпожи Денизы, так?

– Так. Но что поделать, если я в нее влюблен, а она меня даже не замечает? Знаешь, как это обидно?

– Ну, я еще ни в кого не влюблялась. Что я, дура – тратить время на всякие влюбленности! У меня еще курсовая не готова!

Элли проговорила это не слишком убедительным тоном, поэтому Сидор ей не поверил, но свое недоверие решил держать при себе. Она такая маленькая, эта Элли, и уже колдунья, хоть и бесталанная. Кто ее знает, а вдруг как возьмет, как заколдует!..

Элли между тем заговорщицки посмотрела на Сидора.

– Ну что? – спросила она шепотом.

– Что?

– Посмотрим, какие есть зелья?

– Посмотрим. А если нас засекут?

– Отправят на гауптвахту, только и всего.

– Во Дворце Ремесла есть гауптвахта?

– Ну не совсем. Но что-то вроде этого. В общем, ты не волнуйся, я там раз пять уже была. Обычный чулан с пауками и крысами. Крысы ручные.

– А пауки?

– А пауки спят все время, так что их вообще бояться не надо. Ну все. Закрываем за собой дверь…

Едва дверь закрылась, Сидору показалось, что он отрезан от всего мира. У Элли на личике страх расцвел буйным цветом, но она крепилась. Сидор решил, что не будет пасовать перед какой-то там девчонкой, и первым подошел к большому резному шкафу, за прозрачными дверцами которого виднелись какие-то разноцветные склянки.

– Как ты думаешь, это здесь? – спросил Сидор у Элли.

– Погоди, я прочитаю. Здесь надписи на греческом. Старом. Мы его учили, но я учила плохо. Так. Надо сосредоточиться. «Асфигос эрос гипоталамус». Мм…

– И что это значит? – саркастически спросил Сидор.

– Ну, наверное, что-то эротическое, связанное с гипопоталамусом, – робко перевела Элли.

– «Гипопо», – передразнил ее Сидор. – А еще на колдунью учишься!

– Как будто ты много знаешь! Сам и переводи!

– Ладно, не злись, ребенок.

– А я и не злюсь. И я не ребенок.

– Все-все, проехали. Читай дальше надписи.

– «Асфоделия агапе кордиа». Вообще ничего не понимаю. Я только знаю, что «агапе» по-гречески «любовь».

– Ну раз любовь, то давай этот пузырь и возьмем.

Сидор полез было в шкаф, но дверцы не поддались.

– Ты с ума сошел! – придушенно взвизгнула Элли. – Это же заколдованные двери. К ним просто так нельзя прикасаться, может сигнализация сработать.

– Но ведь не сработала же пока.

– На наше счастье. Погоди, дай я скажу общее заклинание для открывания дверей.

Элла свела ладошки так, что они стали напоминать пламя свечи, и прошептала:

– Энтракс уэйо!

Замок щелкнул, и дверцы шкафа открылись.

– Так-то, – повела плечиком Элли.

– Так, может, тут и флаконы все заговорены? – спросил Сидор, почувствовав некий страх. – Может, нам не стоит с этим связываться?

– Какой ты трусливый! – искренне возмутилась Элли. – А еще хочешь, чтобы Дениза в тебя влюбилась. Да зачем ей такой слизняк! Такой толстый лори!

– Я не толстый, – мрачно сказал Сидор и взял флакон с «Агапе».

Флакон оказался легким, почти невесомым, хотя наполнен был практически под завязку. На притертой пробке флакона болтался ярлычок с очередными греческими названиями.

– Уходим отсюда, – сказала Элли, захлопывая шкаф.

– А куда?

– Ну не будем же мы тут экспериментировать! Пойдем в розарий.

– Ты права. Розарий подходит оптимально.

…В небольшом розарии никого не было, хотя почти все кусты роз пышно цвели и наполняли воздух липким маслянистым ароматом.

Элли и Сидор сели на скамейку между двух кустов чайных роз. Элли тщилась хоть приблизительно перевести надпись, которой была снабжена бутылочка. Сидор терпеливо ждал.

– Знаешь что, – наконец сказала Элли, отчаявшись перевести греческие слова. – Давай сделаем каждый по глотку. И вернем бутылку на место.

– А если результат будет какой-нибудь ужасный?

– Кто не рискует, тот не пьет приворотное зелье. Может, мы станем такими привлекательными, что в меня влюбится профессор климатологии, а в тебя – твоя Дениза.

– А если наоборот? Никто в нас не влюбится? И превратимся мы в чудовищных уродов!

– Это исключено. Приворотные зелья дают стопроцентную гарантию того, что уж кто-нибудь в тебя да влюбится, если ты это зелье примешь.

– Я не хочу кого-нибудь. Я хочу Денизу, – разоткровенничался Сидор. – Она мечта моей женщины, то есть я хотел сказать – женщина моей мечты.

– Тогда по глотку – и вперед за мечтами! – сказала Элли.

Сидор аккуратно открыл притертую пробку. В воздухе запахло какими-то пряными травами и цветами.

– Аромат хороший, – сказала Элли. – Вот бы духи такие…

– Может, это и есть духи? – съязвил Сидор. – Как напьемся сейчас духов, во весело-то будет!

– Нет, это не духи.

– А откуда ты знаешь?

– «Духи» по-гречески «ароматос». А тут этого слова нет. Все, Сидор, давай пей.

– А почему первым должен пить я?

– Потому что я еще ребенок!

– Ничего себе ребенок – чуть не с меня ростом!

– Дело не в росте, а в менталитете, – резонно заявила Элли. – И потом, кому нужна большая чистая любовь?

– Ладно, – сказал Сидор. – Убедила.

Он поднес флакончик к губам и сделал глоток. Потом еще глоток… И еще…

– О, приятная штука, – сказал Сидор. – На красный вермут смахивает.

Он хотел было отхлебнуть еще, но тут вмешалась Элли:

– Сейчас все выхлебаешь, мне оставь!

Она прошептала что-то и в четыре глотка прикончила содержимое флакона.

Как только Элли поставила пустой флакон на стол, Сидор стал пристально на нее смотреть.