Ловушка - Анастасия Романчик

Марина извлекла из сумки стрелу и в нос ему едва ею не ударила. Изумрудные глаза эльфа изумленно расширились.

— Изумрудный стрелок? Но он не мог! — воскликнул он спустя минуту.

— Его стрела торчала из ее груди, на этой стреле сохранилась ее кровь, — продолжала тыкать стрелой Маринка. — Будешь ли теперь отрицать, что он не стрелял в нее?

— Тогда почему она стоит, а не лежит?

— Точно такой же вопрос нужно задать тебе, почему здоров, а не сдох?

— Я же говорю, он мозги в канаве забыл, — хмуро проговорила Фара.

— Помолчи, надоела! — огрызнулась девушка-вампир. — А теперь, эльф, отведи нас в город эльфов. Кое-кого следует поучить манерам, раз он не умеет себя вести. Стрелять в женщину, какой позор!

Эльф странно посмотрел на Марину. Он хотел что-то сказать, но не решился и промолчал. Парень встал и повел их сквозь деревья к своему дому.

Не сказать, что эльфы встретили их с восторженными криками. Солдаты окружили их мгновенно. Марина с суровой маской показала им стрелу и потребовала встречи со старшим. Эльфы переговаривались между собой и посматривали на Марину подозрительно.

— Изумрудный стрелок не мог выстрелить в женщину! — доносился до Маринки их шепот.

Они все-таки позвали главного. Его отличало от остальных одежда с вышивкой и прическа из седых волос. Он внимательно выслушал эльфов и обвинение Марины. Фара вообще стояла, и жалась к Маринке, боясь рот открыть.

— Позовите Изумрудного стрелка! — приказал главный эльф.

Когда пришел черноволосый с зеленными прядями эльф шепот моментально смолк. Все смотрели на Изумрудного стрелка. Он носил чисто изумрудный костюм, глаза его соответствовали этому цвету, да и оттенок волос был близок к зеленому.

— Сегодня вы напали на пост людей недалеко от портала и перебили всех находившихся там мужчин, — начал говорить седой мужчина. — Вы захватили пост?

— Да, — ответил невозмутимо воин.

— Стреляли ли вы в женщин?

Изумрудный стрелок в изумлении поднял брови. Он явно не ожидала такого вопроса. Мужчина едва нервно не засмеялся.

— Нет, конечно, мы не стреляли в женщин!

Все развернулись к Марине и Фаре, словно безмолвно задавая им вопрос. Марина, не тратя времени на разговоры, кинула под ногу эльфу его же стрелу и выдвинула вперед Фару, расстегнув ей рубашку. Все эльфы, увидев шрам-звезду от стрелы, еще громче зашептались. Шрам четко говорил знающим эльфам, от какого оружия он был оставлен.

— Шрам оставили давно, — проговорил неуверенно Изумрудный стрелок.

— Это женщина — целитель, — нехотя произнес парень, который привел девушек в город эльфов. — Я был ранен, и она вылечила меня.

— Я стрелял в человека! — воскликнул обвиненный эльф. — Она одета как мужчина, я мог перепутать!

— Теперь она навсегда потеряла человеческий облик по твоей вине! — Марина продемонстрировала эмблему. — Она пришла сюда из другого мира и о вашей вражде с людьми не знала! Как гость пришла! И в итоге стрелу получила в грудь!

Изумрудные глаза эльфа сузились, мышцы лица заходили под кожей, от гнева с хрустом сжались кулаки.

— Все факты на лицо! — заговорил главный эльф. — Ты стрелял в женщину! И теперь ты должен быть наказан!

Эльфы застыли статуями, боясь пошевелиться.

— Раньше я должен был бы изгнать нарушителя из города, но сейчас это слишком большая роскошь для нас, — продолжал седой эльф, облокотившись на сучковатый посох. Эльф выглядел очень молодо, и только зеленые глаза и волосы выдавали в нем старца. — Мы не можем лишиться лучшего воина, когда у нас война с людьми. Поэтому вот мое наказание: ты женишься на этой эльфе, которая была человеком. Она станет твоей женой на сто лет, и ты искупишь перед ней вину наследниками. Все дети, рожденные от вашего союза, останутся с ней. Даже если ты разорвешь союз после ста лет супружества, ты не получишь ее детей.

Рты Марины и Фары одинаково искривились от удивления.

— Опупеть, — икнула Марина, схватившись за шею раскрытой ладонью. Ей внезапно перестало хватать воздуха.

— А можно я тебя убью? — спросила Фара, приглядываясь к вампиру. Девчонка решала, что лучше? Придушить Марину или прибить непутевую бревном.

— Я согласен с наказанием и готов искупить вину перед пострадавшей, — сквозь зубы проговорил Изумрудный стрелок. — Я готов стать ее супругом на сто лет.

Весело живем, однако…