Солнечный страж - Мария Фир

– Это Предел, Лейс, Ничейные земли, здесь некуда бежать. К тому же, некромант легко выследит нас по моему браслету. И ещё. Не думала, что будет возможность сказать тебе об этом, глядя в глаза, но ты сам напросился. Как ты можешь предлагать мне побег после всего, что натворил? Твои товарищи из людей, Роб и Снори, вынесли тебя умирающего из леса, отпоили зельями, выдавили из твоей раны яд. В конце концов, даже нашли лекаря! А ты бросил их в лесу, украв добычу и зная, что у них нет твоего... подхода к диким зверям?

– Они всего лишь дельцы, которые отправились в лес ради наживы! – выкрикнул Лейс.

– Ты говоришь, что тебе никто не верит, – я отступила назад. – Эти люди поверили тебе и поплатились за это. Поэтому нет, я не куплюсь на твои предложения...

Я резко обернулась и, не глядя, кинулась было к стоянке некроманта, но он сам вышел мне навстречу и почти поймал на бегу сильными руками.

– Где тебя носит? Портал уже готов, – сказал он резко, но я не поняла ни единого слова, только увидела на его лице странную тревогу. Гаэлас взял меня за руку и потащил за собой через кусты, сжимая ладонь так, что у меня хрустели косточки. Лейс плёлся следом, хотя ему никто ничего не говорил.

На месте, где совсем недавно теплилось круглое кострище, полыхало синее с чёрным пламя портала. Вздымаясь по обе стороны от выложенных полукругом камней, оно образовывало арку, внутри которой пространство искривлялось так, что было невозможно что-то разглядеть. Ни палатки, ни скелетов уже не было. Я до этой минуты была уверена, что мы отправимся в замок вместе с Хранителями, на лошадях или в крытой тележке, на которую эльфы погрузили поклажу и усадили раненого бойца. Гаэлас подтолкнул меня к порталу, но это было выше моих сил – я никогда прежде не путешествовала подобным образом, и от вида страшно вращающихся вихрей в тёмном небытие, ноги мои готовы были подкоситься.

– Ты поедешь с отрядом, возвращайся в лагерь, – скомандовал он Лейсу, и эльф покорно попятился и исчез за кустами. Лишь тень его мелькнула среди наполовину оголённых ветвей.

– Мне страшно, – взмолилась я, обернувшись к Гаэласу.

Он смотрел на меня, чуть нахмурившись, затем слабо улыбнулся и сказал:

– Хорошо, тогда полетим вместе, – смысл этих неожиданных слов я узнала много позднее, но и теперь мне стало ясно, что некромант не собирается силой швырять меня в портал.

Эльф подхватил меня на руки, прижал к себе, и я поняла по движению его губ, что мне следует покрепче обхватить его за шею. Прежде чем нас закружил сумасшедший вихрь телепорта, я успела подумать о том, что его руки вовсе не были костями восставшего скелета, а грудь была тёплой и поднималась в такт глубокому дыханию.

– Не бойся, – шепнул он мне на ухо и шагнул в портал.

В моих ушах раздался невероятный звон и шум, тело скрутило судорогой, а мысли от дичайшей скорости вылетели прочь и, наверное, вместе с содержимым головы остались лежать на траве у старого кострища. Во всяком случае, ощущение было именно такое. Кажется, я кричала, потому что когда опомнилась, то некромант глухо смеялся, не торопясь спускать меня с рук. Когда же он сделал это и провёл пальцами по моим плечам и рукам, затем по спине и груди, я думала, что всё это какое-то наваждение. Лишь спустя некоторое время до меня дошло – он боялся, что путешествие повредило мне, как боится хранитель музея, перевозя в другой город очень хрупкий экспонат. Гаэлас был учёным, и ему хотелось доставить подопытную в свои подземелья в целости и сохранности.

Тьма в глазах понемногу рассеялась, и я обвела взглядом мрачное сводчатое помещение, в котором мы приземлились. Некромант внимательно следил за каждым движением моих ресниц и лишь когда убедился, что я не собираюсь терять сознание, осторожно отступил назад. Мы не были в подземелье – зал с нависающими над головой потолками из грубого серого кирпича и свечами в чугунных, заплывших воском канделябрах больше походил на архив или лабораторию аптекаря. Вдоль стен располагались шкафы и ниши, уставленные сплошь книгами, заваленные растрёпанными свитками и тетрадями. Здесь же, рядом с литературой, располагались в склянках, колбах и на подставках образцы выпотрошенных мелких животных, фрагменты лап, крыльев и органов более крупных существ. Всё это хозяйство естествоиспытателя пребывало в беспорядке – часть экспонатов, рукописей и фолиантов лежала на расставленных повсюду дубовых табуретах или даже прямо на полу. Я бросила взгляд в сторону узкого окна, откуда сочился бледный свет октябрьского полудня и спросила:

– Где мы, Гаэлас?

Эльф обвёл рукой обшарпанные стены и ответил на своём языке. Лицо его при этих словах показалось мне слегка виноватым. Осторожно ступая, чтобы не задеть высоких сосудов из зелёного и коричневого стекла, я пробралась к окну и ахнула: двор замка Хранителей был заметён ослепительным первым снегом. Слой искрящихся снежинок покрывал крыши башен и галерей, ветви стройных, как солдаты, чёрных елей, что росли вдоль восточной стены, ромбические плиты площади и даже караульных, которые прогуливались вдоль запертых ворот, как заведённые кем-то игрушки с пружинами внутри. На какой-то миг меня кольнула мысль, что охрана могла вполне быть и неживой, но после я заметила, как один из солдат подпрыгивает и стряхивает снег, налипший на сапоги – и успокоилась.

– Это замок Хранителей, – тихо сказал он за моей спиной.

Его рука невесомо коснулась моих растрёпанных по спине волос, и я еле слышно вздохнула. Жизнь моя сделала петлю, и вот теперь всё снова возвращается на круги своя – вокруг меня снова камень толщиною в несколько футов, и я снова взаперти, с тем только отличием, что теперь я на территории вражеского государства. Я искала свободы, но нашла лишь новое заточение. Или, быть может, я никогда её и не искала?.. Мой дар тихо спал внутри – он больше не пульсировал в присутствии некроманта, как было в первый раз. Эльфийский колдун стоял совсем рядом и задумчиво перебирал мои волосы, глядя на заснеженную площадь.

– Зима, – сказал он, и я поняла. Это слово не раз употреблял Лейс, когда мы мёрзли в лесу, разыскивая портальные камни.

– Да, зима, – шёпотом ответила я, впервые пробуя на вкус чужие слова.

– Ты любишь… если… холодно? – осторожно спросил он на языке людей, делая паузу перед каждым словом, словно выуживая их из глубин памяти.

– Нет, – я медленно обернулась. Мне всегда было легче читать говорящего по глазам, а теперь в свете дня его лицо было так близко. – Я люблю огонь.

Гаэлас не сводил с меня глаз, и сейчас мне не хотелось отшатнуться или передёрнуться от неприязни, как тогда, в нашу первую встречу в лесу. Его руки бережно лежали на моих плечах, и я чувствовала их тепло. Он пытался что-то вспомнить, я видела, как на лбу эльфа собрались мелкие морщинки, как напряжены тонкие тёмные брови. Наконец он усмехнулся и помотал головой, как школьник, который забыл выученные накануне правила умножения.

– Огонь, – сказал он, наконец, взяв мою руку в свою и расправив пальцы. – Ты умеешь.

– Ах, нет, мой дар не для того, чтобы разжигать камин, – я улыбнулась и уже привычным усилием воли вызвала язычки белого пламени.