Баба Люба, давай! - Наталья Белецкая

Забавно, что женщины все равно нашли возможность обойти жесткие правила. Некоторые из них, когда подходило время, выбирали, к примеру, слабоумного старца и получали защиту закона. И, прикрываясь дедом, вели вполне самостоятельную жизнь. В «Дополнении» рассказывалось о случае, когда у такого крепкого, но слабоумного старичка было сразу сорок женщин под покровительством. Причем, женщины с детьми, якобы от старца, а так же вдовы троюродных братьев, племянников и, кто знает, кого еще.

Видимо, даже такая относительная свобода женщин кому-то не понравилась, и в законе появились ограничения. Теперь для того, чтобы считаться покровителем, помимо возраста восемнадцати лет, требовалось пройти что-то вроде проверки на вменяемость.

Сейчас Люба понимала слова Ариха о том, что женщинам-аристократкам нет смысла учиться. Просто большинство знаний им некуда будет приложить: знатные покровители не разрешали своим женщинам работать. Работающая аристократка — позор для рода мужчины. Единственное, где знатные дамы могли применить свой талант — это обустройство дома и быта. Бывало, что аристократки продавали свое имя, как с салоном моды, или инвестировали средства в какие-то предприятия, но все с согласия покровителя.

Но главной проблемой было другое: Вильене еще не исполнилось восемнадцати лет, значит, покровителя только придется выбирать. И вариантов существовало крайне немного: либо покровителем становился неизвестный отчим, либо лорд Вальдемар.

Ректор ничего не делал без причины. В этом Вильена уже убедилась. Он вполне мог посоветовать другую книгу. Но эта была не просто о законах, а о том, как эти законы менялись. Зачем он выбрал именно такую? Может, для того, чтобы показать, что по сравнению с тем, что было раньше, Вильене безумно повезло? Может, для того, чтобы незаметно подсказать ей правильное с его точки зрения решение о выборе покровителя?

Если вспомнить еще и клятву, которую дал лорд Вальдемар, то фактически выбора у девушки не было. Ректор поклялся не причинять вреда и не принуждать, а вот отчим не клялся. Казалось бы, выбор был очевиден, но Любу пугала такая зависимость от другого человека. Как знать, что на уме у некроманта?

Она не привыкла к тому, что её свобода так сильно ограничивается. И пусть пока лорд Вальдемар не пользуется своей властью, нет никакой гарантии, что так будет продолжаться дальше. Дело еще осложнялось тем, что Люба не знала, когда Вильене исполниться восемнадцать.

В воскресенье утром, они с Теаной, как и договаривались, поехали в город. Снова прошлись по магазинам, зашли на ярмарку, посмотрели представление местных актеров. Все это время их сопровождал немолодой, но крепкий мужчина.

Вильена поинтересовалась, почему в первый раз их никто не сопровождал. На что услышала ответ, что Тиана договорилась с кучером, чтобы тот отдохнул. И ходили они по самому центру города, по самым охраняемым улицам, а сейчас — другое дело. Тут не элитные магазины, а ярмарка, полно разного народа.

Размышляя про законы этого мира, Люба совсем не подумала о том, как избавится от Тианы и попасть в храм Доброй Матери. Она настолько ушла в себя, что начала невпопад отвечать на вопросы подруги.

— Ты совсем меня не слушаешь, — обиделась на неё дочка ректора.

— Прости меня, — сказала Вильена искренне.

Тиана была не виновата в проблемах Любы, терять доверие и хорошее отношение девушки не хотелось, поэтому свое поведение следовало объяснить.

— Понимаешь, меня очень беспокоит та скандальная тетка, сестра отчима, — начала попаданка, — она точно ему отпишет. И явно что-то плохое. Но это полбеды. Мне тоже нужно написать матери Вильены, а я не в курсе их отношений. Почерк и стиль письма можно подделать, благо, дневник у нас есть. Но откуда мы узнаем, как Вильена общалась с матерью? Если я ошибусь, родственников это может насторожить. Мне это совсем не надо. Да еще с этим наследством от бабушки.

— А что с ним не так? — заинтересовалась Тиана.

— Все с ним так, только очень подозрительно, что в день получения наследства, в столице оказалась родственница, которая тут точно не живет. Вильена писала в своем дневнике, что в столице нет ни одного знакомого, — пояснила Люба.

— А склочная тетя вдруг появилась недалеко от банка, — задумчиво продолжила дочка ректра, — ты считаешь, что её подослали?

— У меня нет сомнений, — убежденно ответила Люба, — когда дело касается наследства, даже любящие родственники могут перессориться. А в семье Вильену не особенно любили…

— Ты рассказала о своих подозрениях отцу?

— Конечно! Лорд Вальдемар сказал, что постарается решить эту проблему.

— Тогда не стоит об этом думать, — махнула рукой Тиана, — если отец пообещал, он все сделает. Пока ты учишься, отчим не сможет навредить. А письмо… Можно, например, написать, что Вильена повредила руку, поэтому пишет вместо неё кто-то другой. Тогда официальный тон письма можно будет понять. Из ответа матери мы узнаем, как они общаются, — предложила дочка ректора.

— Тиа, да ты — гений! — воскликнула Люба, — сегодня же напишу. Только как отправить?

Тиана объяснила, что можно послать на почту одного из слуг, что работают в академии, но лучше отправить самой. Возле ворот академии постоянно дежурят извозчики. Если надо, могут отвести в город. Пока подруга говорила, Любу вдруг осенило, как можно будет зайти в храм, не вызвав подозрений у Теаны.

— Спасибо, — поблагодарила попаданка, — но письмо — это еще не все. Если я права насчет наследства и родственников, то за мной и сейчас следят. И они заметят, если я поведу себя не так, как Вильена. А она обязательно бы зашла в храм Доброй Матери. Девушкой она была верующей.

— Серьёзно? — удивилась Тиа.

— Да, — кивнула Люба. — Судя по записям в дневнике, по крайней мере.

Конечно, ничего подобного не было, но Любовь Игоревна сомневалась, что Тиана или ректор сами пожелают узнать подробности.

— Тогда придется еще и в храм зайти, — решила дочка ректора.

«Полдела сделано!» — про себя порадовалась Люба, — «Теперь надо придумать, как действовать в самом храме»

Пользуясь случаем, попаданка начала расспрашивать Тиану о религии. Оказалось, что в Жистралии верили в божественных супругов: бога-отца и богиню-матерь. Имен у главных богов не было. По мнению верующих именно божественные супруги создали этот мир, тварей, в нем обитающих, магию и разумных.

Кроме создания мира главные боги наплодили детей — младших богов, которые покровительствовали ремеслам и профессиям. По всей стране существовали храмы, посвященные, как отдельным богам, так и божественной семье в целом.

Примерно раз в неделю проводились обряды и проповеди, но храмы были открыты постоянно. В любое время можно было прийти, принести жертву богам и попросить о чем-то. Жертвы богам были символическими. Например, богине-матери приносились на алтарь цветы, богу-отцу — специальные свечи, богине-целительнице — листья и корни лекарственных растений и так далее.