Лесные стражи - Юлия Журавлева

Рей грозно посматривал в его сторону, нарочно не давая мелкому повода приблизиться к человеческому жилью. Нечего приучать.

Правда, Вилли таким не страдал. Он увидел змея и привычно погнал его к шахте, а потом кинулся обратно. Причем не поленился взлететь и приземлиться за спиной хозяина.

Из шахт выполз реликтовый василиск. Удивительно, но парень почувствовал его сразу. Это как перед сильным дождем, когда солнце скрывается за тучами и поднимается ветер, также эмпатия подсказала появление кого-то сильного и опасного. И пусть агрессии василиск по-прежнему не проявлял, но и к близкому знакомству или повторному “общению” не располагал.

— Что же вас напугало? — вслух подумал Рей, наблюдая за удаляющимся черным змеем.

В доме Миа уже успела помыться и одеться в чистое. Рей сбросил свою одежду, отмечая, что у него вторых штанов нет, хорошо, что сменных рубах прихватил. Бытовыми заклинаниями и одежду можно очистить, но, как и в случае с уборкой, полноценную стирку она не заменит. Грязь уберет, но свежести не добавит.

Девушка сидела к нему спиной и расчесывала мокрые волосы. В прошлый раз мыться при ней было проще, сейчас же парень торопливо забрался в кадку и намылился, чувствуя себя неловко. И когда вылез, наскоро вытерся и принялся натягивать на влажное тело одежду. Показалось, или Миа украдкой обернулась? Не спрашивать же…

— Я все.

Спутница повернулась и отложила гребень.

— Хочешь, помогу со стиркой?

— Да ладно, не надо, — Рей долгое время жил в студенческой общаге, стирать там же научился. Академия требовала опрятный вид.

— Почему ты вернулся сюда? Ты же в столице жил? — Миа села рядом на стул. Рей не знал, желала ли она отвлечься от своих мыслей или, наконец, решила узнать о нем побольше, но это был явный прогресс.

— Там не все так просто, — вздохнул парень.

Если рассказать, что ему не повезло попасть на обязательную практику к жестоким наставникам, относящимся к ученикам, как к слугам, то девушка его еще, чего доброго, жалеть начнет.

— В Диграйне много магов, и там далеко не все решают сила и знания. Есть еще происхождение, протекция, умение договариваться, — ничего из перечисленного у Рея не имелось. — И единственный шанс для тех, у кого нет влиятельных родителей или личных связей — стать очень хорошим специалистом. Таким, как моя последняя наставница. Она в свое время тоже много где побывала, научилась работать почти с любыми животными. И я решил поступить так же. Сначала набраться опыта, а уж потом еще раз попробовать приехать не новичком, а настоящим целителем.

— Значит, ты уедешь? — девушка сникла.

— Уеду, — вряд ли он сможет жить у отца и общаться с ним, как раньше. — И ты тоже уедешь. Когда все закончится, мы отправимся прямиком к порталу в Ньюг.

— Мне некуда. И… я не смогу.

— Остаться точно не сможешь, — согласился парень. — Не здесь. Мир большой, и место для тебя в нем обязательно найдется.

Он бы очень хотел пообещать, что не бросит, что они уедут вместе. Но Рей не собирался врать. Из-за него погибли люди, остановилась вырубка, если так пойдет дальше, могут встать и шахты. Спустят ли ему это с рук? Вряд ли. Пусть лучше Миа сразу думает, что они пойдут разными дорогами, потом, в случае чего, будет проще. И привязывается меньше, потому что сам целитель в своем будущем с некоторых пор был совсем не уверен.

И уже ложась спать, целитель с некоторым удивлением заметил, что матрас Мии лежит вплотную к его расстеленной постели. Девушка устроилась к нему спиной, по уши закутавшись в одеяло. И все равно ее близость ощущалась как-то слишком остро, руку протяни — и коснешься чуть влажных еще волос.

Рей только вздохнул, погасил светильники и лег. Жить под одной крышей становилось все сложнее.

Утром в доме поселилось напряжение. Оно сковывало движения, бросало на пути предметы, которых раньше не было, заставляло молчать, судорожно подбирая слова, и есть без аппетита. Рей понимал, что дальше бесцельно бродить по лесу нельзя. Понимала и Миа. Но понимать одно, а рискнуть жизнью, что собственной, что другого человека, ставшего как-то резко близким и важным, — совсем иное.

Даже Вилли, уловив настроение людей, спокойно, не отвлекаясь, шел по дороге к тому проклятому месту жертвоприношения. Целитель не мог до конца поверить, что он действительно на это решился. В заплечной сумке гремели артефакты. Он взял не только накопители, а все мало-мальски заряженные, чтобы, если что, вытянуть из них силу. Они проехали несколько оставленных вчера сигналок и предсказуемо ничего не обнаружили. Обычные животные, парочка магических — и все. Больше никого заклинание не засекло.

А значит, путь на поляну продолжился. И занял он прилично. Людей спутники не встретили, все затаились. Как и животные. Стука топоров, ставшего неотъемлемой частью леса, тоже не раздавалось. Тишина была гнетущей и неестественной.

Миа сегодня сидела впереди, Рей легко поддерживал ее за талию. И чувствовал клеймо. Чем ближе они подъезжали к поляне, тем отчетливее в нем разгоралась магия. Они, как магниты, взаимодействовали друг с другом.

И еще парень радовался, что не видит лица девушки. Сейчас ему тяжело было бы на нее смотреть. Такое чувство, будто он, вопреки всем словам, везет ее на темный ритуал. И в целом, так оно и было.

Место поворота на поляну Рей сразу узнал и повернул грифона. Показалось, что тут уже тропинка протоптана. Или просто они часто здесь ходят? Намного чаще, чем магу хотелось бы.

Близко подъезжать с девушкой целитель не решился, к тому же последние минуты Миа постоянно тянулась рукой к клейму, одергивая себя, но все равно нет-нет, да пытаясь потереть спину. Клеймо зудело, беспокоило. И не только Мию.

Даже грифон начал артачиться.

— Давай, малыш, — Рей похлопал любимца по боку. — Я тоже не хочу, но надо.

Поляна не изменилась. Оставив Вилли и Мию чуть поодаль, целитель еще раз обошел все вокруг, осмотрел, изучил. Каждую черточку и каждый завиток схемы, уходившей куда-то вглубь земли. Наверняка, вычерчено кровью первой жертвы и закреплено последующими. Магия в схеме тихонько пульсировала, она ждала, знала, что люди все равно придут и принесут ей кровавую дань. Никуда не денутся. Наивные дураки…

Парень резко выпрямился и тряхнул головой. Плохое место. Темное, такое темное, что и мысли на нем приходят нехорошие.

Он просто начнет, попробует…