Инноватор - Роман Пастырь

— Что это?

Чтобы понять, почему браслет выглядит так, как выглядит, надо увидеть то, как одевается Настя. Это всегда преимущественно два цвета: белый и черный. Сама она блондинка, с почти серыми, белоснежными волосами. Что-то среднее между солнцем и серой частью пепла.

В одежде, обуви, сумках и аксессуарах, у неё всегда два цвета преобладают. Я и не припомню, чтобы она носила что-то кроме этого контраста.

— Это черное серебро.

— Но такого же не бывает, — нахмурилась она.

— Бывает. Но секретом создания владею только я.

— Так ты правда сделал это своими руками? — посмотрела она по новому на браслет, — Спасибо…

— Подожди, это не всё. Примеришь? Это нужно, чтобы показать то, чем я собираюсь удивить тебя.

— Ну даже не знаю… Поможешь? И как это одевается?

Замечу, что браслет не выглядит, как браслет. Просто как набор черных, матовых и круглых шариков. Нити между ними нет. Крепятся они по другому, алхимическому принципу. Когда я взял один из них, он притянул остальные. На руке крепилось просто — надо всего лишь поднести две крайние бусинки друг к другу.

— Это магниты?

— Нет.

— А что?

— Секрет, — улыбнулся я. — Можешь потрясти рукой?

— Чего? Ты шутишь? — напряглась она, — Если это шутка…

— Не шутка. Я серьезно. Потряси и будет магия.

Надеюсь, я сказал это достаточно уверенным и с нужным тоном, чтобы заинтересовать девушку. Настя повернулась к гостям и увидела, что собралась небольшая толпа, которая усердно делала вид, что не смотрит в нашу сторону. Получалось у них плохо.

Вздохнув, Софо затрясла рукой. После чего издала изумленный вздох.

— Он светится!

Наклонившись к ней, я шепнул так, чтобы это звучало проникновенно:

— Я украл для тебя немного неба.

Браслет — светился. Переливался, то усиливая прозрачность и показывая внутри белые звезды, то снова становясь матовым.

Изначально я хотел сделать совсем другое. Чтобы когда трясешь браслетом, то он начинал поглощать свет. Тогда бы сейчас вокруг Насти появился темный ореол. А когда бы она остановила руку, то браслет начал бы отдавать поглощенный свет, подсвечивая саму девушку.

Но, подумав, я отказался от этой идеи. Если меняющий свойство браслет ещё можно объяснить сплавом и технологией, пусть и с натяжкой, то поглощение и отдачу света в рамках человеческой фигуры — нет. Уж точно сложнее, чем итоговый вариант.

— Что это? — выдала Настя. Она крутила рукой, от чего движения запускали новую волну изменений. Всё в рамках контраста. В спокойном состояние браслет матово черный, а в движение — выдаёт белые точки, похожие на созвездия.

Эффект чем-то похож на космическое небо, которое я видел в журналах по астрономии. Но сказать, что я украл кусочек космоса было бы не так красиво, как кусочек неба.

Тем временем, пока я отслеживал реакцию Насти, гости не удержались и подошли к нам. Чем отвлекли девушку от расспросов.

Знали бы гости, насколько я запарился, чтобы рассчитать всё… Сколько раз переписывал свои задумки и сколько раз ошибался, пока не создал действительно красивую вещь.

Бусинки я сделал из серебра, стали и угля. Трансформировал, само собой. Потом вкладывал прямо внутрь печати, запечатывал и снова трансформировал. Да и с самой Насти многие параметры снял, без её ведома.

На самом деле, чтобы запустить волну изменений, рукой трясти не обязательно. Браслет собирает энергию в фоном режиме, для чего достаточно обычного шевеления во время ходьбы. Внутри хорошая оптимизация, чтобы эффект сохранялся, браслет не раскалялся и ничего случайно плохого не вышло.

— Что ты там такое сделал? — шепнул Матвей. Настю окружили другие девушку, а он обошёл их и подошёл ко мне.

— Подарок. Как и говорил.

— Блин… Любопытно же…

— Сейчас они успокоятся и, думаю, ты увидишь. — хмыкнул я.

Словно услышав меня, Настя вырвалась из окружения, подошла и обняла меня. Ещё и чмокнула.

— Ты и правда удивил, — услышал я её горячее дыхание у себя на щеке.

— Старался.

— Да он же светится! — раздался рядом удивленный голос Матвея. — Мои глаза меня обманывают, или Эдгард и правда украл немного неба для нашей Настеньки?

Девушка, всё ещё стоя рядом со мной, захихикала. Ну да, фразочку я выдал в стиле Матвея, а он её, не подозревая, повторил.

— И ты сделал это сам? — спросила одна из девушек.

— Вот этими руками, — показал я свои ладони.

— Не, серьезно, как так-то? Это какой-то новомодный прибор?

Посыпались вопросы, но я лишь улыбался и качал головой, не собираясь ничего рассказывать.

— А где такой достать? — последовал вопрос в конце.

— Это только для Насти! — поспешно сказал я.

Мне не сложно и другие штуки придумать. А у Насти пусть останется что-то уникальное и в единственном экземпляре.

Сама девушка оценила сказанное. Гордо подняв голову, отправилась к столам. Где и продолжился праздник.

***

— А где ты научился ювелирному делу?

Спросил это вовсе не сосед, как можно было бы ожидать, а его девушка — Дарья Соболева. С которой он вместе был на дне рождении, а потом мы втроем отправились к нам домой.

Приехали, Матвей похозяйничал и заварил чай. Страстью и желанием срочно бежать в постель от них не шибало, скорее наоборот, ребята хотели дружески посидеть, поэтому я счел уместным остаться. Может и зря. Так бы избежал этого вопроса.

И что на него отвечать?

— Чему-то научили, чему-то сам научился. То у одних людей, то у других.

Чисто технически это правда. Меня учили. В другом мире, конечно, но об этом умолчу.

Даша кивнула, принимая, что рассказывать подробности я не собираюсь.

— Классно получилось, — вмешался Матвей, — Ты заметил, как Настя на тебя оставшийся вечер смотрела?

— Как? — спросил я, ничего такого не заметив.

— А ты видела? — повернулся парень к Даше.

— Конечно. Все видели. Ну, кто не совсем слепой, — подколола она меня.

— Да бросьте вы. Это всего лишь подарок.

— Ничего ты не понимаешь в женщинах, — рассмеялась Соболева.

Да уж куда мне. Мы ещё немного поболтали и отправились каждый к себе. В смысле я к себе, а они к Матвею.