Кондитерская дочери попаданки - Хелена Хайд

Оказавшись дома, я долго не могла прийти в себя. Когда Кексик подвез меня к крыльцу — завалилась в прихожую, села на полу прямо у двери, и выпала из реальности где-то на час. Не говорила, не шевелилась. Лишь таращилась в стену напротив и дрожала, чувствуя дыхание конской морды, дружески упершейся в мое плечо.

— Я. мне уже лучше. Спасибо, — пробормотала я, наконец похлопав ладонью по морде Кексика.

— Уверена?

— Да. Мне просто. сейчас нужно немного побыть одной. Потом поговорим.

— Ладно. Тогда я во дворе, — вздохнул конь, и закрыл за собой копытом дверь.

Оставшись в одиночестве, я первым делом спрятала найденный в лесу блокнот в том же тайнике, где лежала и кулинарная книга. Сейчас я просто физически не была способна изучать, да и воспринимать все то, что может быть там написано. Хотя, казалось бы, ведь еще совсем недавно готова была читать его посреди леса на ночь глядя, и буквально силой заставила себя отложить это на позже!

Но сейчас. нет, только не сейчас. Потому что ощущала себя так, будто мне на голову свалилась скала. Тяжелая, острая.

Я понимала, что Грей — совершенно точно не тот самый оборотень, чья стая сделала это с моей мамой. И понимала, что он дважды спас мне жизнь.

Но этот мужчина все равно был чертовым вервольфом! Одним из тех, кого я просто физически не могла перестать ненавидеть и до дрожи бояться. В ком не могла не видеть врагов.

Розыск. Ну конечно! Теперь многое становится на свои места! Ведь все вервольфы должны быть поставлены на учет королевской службой контроля и либо находиться на государственной службе под строгим надзором, либо носить специальные ошейники-ограничители. Которые невозможно было снять без специального ключа, и которые не позволяли верам оборачиваться. Именно это было тем условием, при соблюдении которого обращенным позволялось жить среди людей. И многим из тех, кого стаи обращали против воли, ошейники были желанным подарком от государственных служб. Ведь благодаря им они могли продолжать жить своей привычной жизнью… разве что, стояли на учете у своего участкового стражника, и время от времени проходили осмотр. Ну и еще в обществе к ним относились немного предвзято.

Тем не менее, это была вполне приемлемая плата. Гарантия того, что оборотень никому не навредит, превратившись в огромного опасного зверя то ли в порыве неконтролируемых эмоций, то ли потеряв берега и задумав злой умысел против того, с кем… мягко говоря, очень сильно не в ладах. Фактически, ошейники позволяли тебе и дальше жить в обществе.

Но этот парень. Он был без ошейника, и вряд ли состоял на королевской службе. Либо же состоял там когда-то, но позже дезертировал, и теперь в бегах. Возможно, еще что-нибудь наворотил. Либо кого-нибудь очень сильно разозлил — от того и такая огромная награда.

Конечно, оставался еще и третий вариант: что Грей когда-то сделал что-то в самом деле ужасное, и теперь его справедливо разыскивают, чтобы наказать за содеянное. Но, несмотря на весь мой страх и ненависть, я все равно не хотела верить в этот вариант. Да и первые два выглядели вполне правдоподобно!

Отмывшись в ванной от всех прелестей дикой природы, я попыталась заснуть. Только вот это оказалось бесполезным номером! Сна попросту не было ни в одном глазу. Так что я, в конце концов, достала мамину книгу рецептов и начала листать ее в поисках чего-нибудь простенького, для чего у меня были продукты. В результате мой выбор пал на кондитерскую картошку, которая не требовала особых нагрузок на голову и внимания при приготовлении, при этом сам процесс обещал занять меня долгой механической работой. Так что я сбегала в погреб за продуктами, указанными в книге, и приступила к делу.

Для начала я вбила яйца с сахаром в миску и дала венчику команду взбивать много-много теста на бисквит. Пока же моя хоть на что-то сгодившаяся магия делала свое дело — использовала ее же, чтобы поджарить и почистить купленный накануне на рынке арахис. Что было намного быстрее, чем если бы я делала все это вручную!

Сложив перечищенные, хрустящие, все еще тепленькие орешки в мисочку, я промыла изюм, отмеряла нужное количество какао-порошка и поставила рядом с самонагревающимся шкафом сливочное масло — чтоб тепло от оного его размягчило.

К тому времени основа для теста взбилась, и взяв сито, я ввела в него муку. А затем, аккуратно размешав деревянной лопаткой, перелила тесто в смазанную маслом большую емкость для выпечки, и поставила ее в шкаф для выпечки.

Пока большой, пушистый бисквит поднимался, распространяя вокруг свой душистый аромат, я приготовила масляный крем. Но не стала относить его в погреб! Он был нужен мне мягким.

Дождавшись, пока бисквит немного остынет, я начала крошить его на терке. По кусочку, один за другим. Долго и без малейшей нагрузки на голову — как раз идеально то, что мне, в

моем состоянии, сейчас было нужно! В результате менее чем через полчаса большой нежный желтый корж превратился в миску мягчайшей крошки, у которой впереди была удивительная метаморфоза!

Для начала я отложила немного для присыпки. Затем, перемешав крошку с какао, начала добавлять в нее масляный крем, при этом вымешивая всю эту сладкую массу, словно тесто. Постепенно добавляя крем по ложке — чтобы вышла как раз нужная консистенция: пластичная, лепкая. А чтобы получившаяся в итоге масса не была суховатой, понемножечку добавляла в нее небольшое количество воды, которой предстояло сыграть здесь роль своего рода пропитки для измельченного бисквита.

И когда попробовала получившееся на вкус, то даже забыла на минутку обо всех своих проблемах! Потому что это было нереально вкусно! Сладко, но в меру — не приторно. Без сухости, как раз что надо. При этом с насыщенным шоколадным привкусом.

Простояв пару минут, просто наслаждаясь своим творением, я наконец собралась для последнего рывка: придать этому простую, и в то же время идеальную в своей лаконичности форму. Так что начала набирать массу — ровно столько, сколько помещалось в ладошку — и лепить из нее небольшие продолговатые кондитерские картошины, каждую из которых обваливала в оставленной для присыпки крошке.

Так я вылепила одну четвертую всей получившейся массы. Затем отсыпала еще одну четверть в другую миску и перемешала ее с поджаренным арахисом. А чтобы картошины без орехов можно было отличить от картошин с орехами — отсыпала часть присыпки и смешала ее с порошком какао. Таким образом, пироженки без орехов были желтенькими, а те, что с орехами — в шоколадной присыпке.

Следующим на очереди был изюм, с которым я смешала третью четверть массы. И чтобы не перепутать их с двумя другими видами лакомства, принялась обваливать их в смешанной с какао присыпке, к которой добавила купленных в кондитерской лавке измельченных и засахаренных ягод черники.

И напоследок в оставшуюся массу я добавила пополам изюма с арахисом, а слепленную из нее кондитерскую картошку обваляла в не окрашенной какао присыпке с теми же засахаренными измельченными ягодами.