Отбор драконов для серой мышки - Лидия Миленина

— Зачем? — напряженно спросил Байдор.

— А ты не понимаешь? — рассмеялся отец. — О, должно быть властолюбие тебе незнакомо? Желание править единолично, а всех остальных превратить в марионеток, тебе не ведомо?!

— Знакомо - на примере моего отца! — ляпнул Байдор и с досадой замолчал.

— Так вот. Возможно - я не утверждаю, — продолжил Эргон. — Все просто. Сурал отправил тебя сюда не для того, чтобы ты стал Правителем всех драконов. Нет. Он отправил тебя сюда, чтобы от тебя избавиться - красиво и не своими руками. Работающие на него драконы должны убрать принцессу. Причем так, что подозрение падет на тебя - и тогда уже я казню тебя. Дальше оба трона останутся без наследников. И Сурал продолжит наш с ним обычный междусобойчик. Казнь его наследника - отличный повод развязать глобальную войну между нашими странами. Как тебе такая версия, Байдор? Твой отец преуспел в сложных темных комбинациях.

Лицо Байдора перекосило. Эргон явно попал в больное место.

— Не исключено, — бросил он зло. — Я знаю, что он на это способен.

— Отлично, — спокойно сказал ему Эргон. — А теперь скажи мне, почему ты хотел скрыть это все от меня? Готов был доверить секрет принцессе, но не мне?!

— А ты не понимаешь, Правитель?! — Байдор вдруг вскочил на ноги и, тяжело дыша, уставился на Эргона. Надо же, как его прошибло, подумала я. У ехидного принца есть своя душа, своя боль. И боль немалая! — Как раз потому, что все наводит на мысль, будто злоумышленник - я! Потому что используется эребеарская магия, и все пути ведут к принцу Эребеара! А если открыться вам целиком. Если вы мне поверите, и мы будем «работать» вместе - означает перейти на вашу сторону! Предать свою страну и своего отца! Ты хотел бы, Правитель, чтобы Алиса поступила так?!

В глазах принца бушевал огонь. А мне вдруг стало так жалко его... Острая боль ударила мне в сердце. Даже слезы попросились на глаза, словно это была моя боль.

Вот у меня есть мышь. Она мне мешает. Она создает этакое противное раздвоение внутри меня, дилемму, которая меня мучает. А у принца. У него есть отец, который «плохо ведет» себя, которого Байдор не одобряет. Который вряд ли тепло заботится о нем. И Байдора тоже разрывает надвое. С одной стороны - верность отцу, а с другой - понимание, что этот отец - негодяй.

А что? Неплохой из меня психолог, подумала я и почесала свою мышь за ухом. Мышь замурлыкала.

— Ты бы хотел такого от своей дочери - неважно, родная она тебе или удочеренная?! — повторил Байдор.

У него даже щеки покраснели, а Бамар с Гришей переглядывались, мол, надо же как.

— А я не делаю того, что делает твой отец, — спокойно ответил Эргон, небрежно положив ногу на ногу и откинувшись в кресле. — И к своей приемной дочери отношусь с большей любовью и уважением, чем Сурал к родному сыну. И если бы я совершал то, что совершает Сурал - например, использовал своего ребенка втемную и подвергал опасности его жизнь

— то я принял бы, если бы мой ребенок выбрал выгодную именно ему сторону. Впрочем, хочешь ты того или нет, Байдор, а я уже все знаю. И моя главная задача сейчас - защитить Алису и свою страну. Поэтому. Ты можешь либо быть с нами, либо отправишься под стражу. Будешь сидеть взаперти. И на отбор, конечно, не попадешь. Тебе выбирать. Да, мальчик, иногда нужно быстро выбрать свою сторону. Это сложно и противно, но неотвратимо. Каким будет твой утвердительный ответ, принц Байдор? И, да, сядь. Мы понимаем твои чувства. Алиса, Григорий, Бамар, понимаем ведь? — отец обвел нас взглядом.

Бамар и Гриша просто закивали, а я прямо поглядела на Байдора.

— Байдор, я понимаю тебя очень хорошо. И. я приму любое твое решение. В любом случае буду уважать тебя.

Байдор рывком взял себя в руки. Медленно опустился в кресло. Лицо его постепенно принимало обычное высокомерное и холодное выражение - похоже, ему внутренне нужно было защититься от стыда, что он вспылил и показал свою слабость.

Несколько секунд он молчал, переваривая все произошедшее. А я понимала все.. Понимала, как неприятно ему было услышать от Эргона это «мальчик», как его унизило все это - произошедшее на глазах у двух других молодых мужчин, один из которых - его конкурент на отборе.

Но вдруг Байдор словно бы расправился внутри и рассмеялся.

— Пожалуй, я выбрал сторону, когда пошел спасать принцессу Алису от неведомой опасности. Пока нам с вами по пути - я буду с вами. Но я не предам интересов моей страны. Эребеар - это не только Сурал. Это еще и целая страна, множество драконов и других рас. Что ты предлагаешь делать, Правитель Эргон? Мы не знаем, кто начертал в воздухе древние письмена. Не знаем, кому из женихов они предназначены. Не знаем, от кого именно защищать Алису. Но защитить мы должны. Потому что ударить они могут в любой момент.

— Пока придется играть втемную, — усмехнулся Эргон, глядя на него. — Мы действительно можем лишь подозревать твоего отца. И то, что он заслал в мой дворец кого-то из могущественных старых драконов - именно он и начертал письмена. Но играть мы будем. Для начала... Устроим маленькую ловушку. Если, конечно, вы с Бамаром согласитесь временно поменяться местами.