Клинок тайн - Триша Левенселлер

– Да, палаш. – Я опускаю взгляд на свои сцепленные пальцы. Приходится ослабить давление, потому что они покраснели от моей мертвой хватки.

– Клинок Тайн, – говорит Темра, подходя к нам и отвлекая внимание от меня. – Он раскрывает секреты тех, кого ранит.

Она, как всегда, очень умна. Сосредоточив внимание на одной из способностей меча, Темра оставляет в секрете его неуязвимость и невероятную мощь.

– И как же ты его сделала? – раздается позади нас, и я вздрагиваю от неожиданности.

Келлин присоединяется к нам у костра. Он слегка вспотел, вероятно, только что закончил тренироваться с мечом.

Он терпеливо ждет моего ответа.

Он же не знает? Откуда он мог узнать? И все же именно он задал этот вопрос.

– Я шептала ему свои секреты.

– Какие секреты? – спрашивают одновременно Петрик и Келлин.

Петрик хочет знать из-за своей книги. Келлин – из-за любопытства, но я просто игнорирую их обоих.

– Например, что она тайком таскает ириски из кладовки, – говорит Темра, скрестив руки на груди.

– А, – отзывается Келлин. – Так вот какие секреты ты хранишь. – Он ухмыляется мне.

Мое лицо просто пылает от того, что я знаю правду. В тот день мне так сильно хотелось прикоснуться к стоящему далеко Келлину, что меч обрел способности для ведения дальнего боя.

– Можно мне испробовать этот палаш? – спрашивает Келлин.

– Что? – отвечаю я.

– Меч. Клинок Тайн. Можно мне попробовать?

– И кого же ты собираешься им ранить?

Келлин тут же переводит взгляд на ученого.

– Нет, – говорит Петрик. – Я плохо переношу вид крови и отказываюсь участвовать в твоих непродуманных идеях.

– Отлично, – говорит Келлин, раздражаясь. Вместо этого он поворачивается ко мне. – Тогда ты используешь его на мне.

– Ты хочешь, чтобы я тебя поранила? Но для чего?

– Простое любопытство. Хочу знать, что палаш тебе скажет. Хочу проверить, действительно ли он работает.

– Нет, – говорю я одновременно с тем, как Темра произносит:

– Хорошо.

– Конечно, этот палаш работает, – продолжаю я, игнорируя Темру, – но я не собираюсь ранить тебя.

– Я это сделаю, – заявляет Петрик.

– Ты сказал, что не переносишь вид крови, – говорит Келлин.

– Я закрою глаза.

– Ни в коем случае, – отрезаю я.

Темра наклоняется ко мне.

– Это может быть полезно, – шепчет она. – Ты же хотела знать, можно ли ему доверять.

– Он заметит, что мечу на самом деле не нужно касаться его, чтобы порезать, – шепчу я в ответ.

– Значит, мы заставим его отвернуться.

– А Петрик?

– Ты же слышала. Он ненавидит вид крови.

– Хорошо, – рявкаю я, вероятно, громче, чем нужно. Я топаю к Рее, которая машет мне хвостом, и возвращаюсь к костру с Клинком Тайн.

Темра садится рядом с Петриком.

Келлин уже закатал рукав. Он выжидающе смотрит на меня.

– Отвернись, – приказываю я ему.

– Я совсем не боюсь.

– Мне все равно. Я не могу этого сделать, пока ты смотришь. Так что, если хочешь, чтобы я тебя порезала, отвернись.

Он закатывает глаза, но все же отворачивается.

Я бросаю быстрый взгляд в сторону Петрика: он зажмурился и зажал двумя пальцами нос, словно боится почувствовать запах крови.

Темра ободряюще кивает мне.

Келлин даже не моргает, когда тонкая струйка крови появляется на мизинце руки, которую в бою он использует реже. Работая наемником, он, должно быть, привык ко всевозможным травмам.

– И что теперь? – спрашивает Келлин. – Ты задаешь мне вопросы, а я отвечаю? Этот палаш заставит меня быть честным?

– Он работает не так, – говорю я, но теряю ход мыслей, когда голос наемника заполняет мой разум.

Я всегда хотел вернуться в Терсу. Она прекрасна, с водопадами и теплой погодой. На самом деле эти девушки как будто платят мне за очередной отпуск. Со мной они будут в безопасности.

Кузнец временами такая мягкая и спокойная. Невозможно сопротивляться желанию защитить ее. Ее сестра, конечно, дерзкая и хорошенькая, но у Зивы более спокойная красота, к которой меня необъяснимо тянет.

Я бросаю меч и отхожу от него, как будто клинок может сказать что-то еще более оскорбительное.

Оскорбительное? Не совсем подходящее слово.

Келлин смотрит на меня, и я чувствую, что мои щеки горят, подобно раскаленному железу. Это смущает. Заставляет меня чувствовать себя неловко.

Да, подобные формулировки подходят лучше.

– Что значит работает не так? – спрашивает наемник.

Я не сразу нахожу, что ответить.

– Палаш раскрывает твои мысли. Обычно те, что важны для того, кто держит клинок.

Келлин ухмыляется.

– И что же он тебе сказал, кузнец?

Без всякой на то причины я начинаю кашлять. Вероятно, чтобы как можно дольше не отвечать. Темра мгновенно понимает эту тактику, но я надеюсь, что наемник – нет.

Наконец я перевожу дыхание и говорю:

– Ты взволнован возвращением в Терсу. Ты сказал, что мы практически платим тебе за отпуск.

– Верно, – соглашается Келлин. – И это все?

– Ты сказал, что с тобой мы в безопасности.

– Что-нибудь еще?

– Н-нет.

– А ты знаешь, что у тебя на щеках появляется румянец, когда ты лжешь? – спрашивает Келлин.

Я смотрю на Темру, мысленно умоляя ее помочь.

– Он прав, – говорит она. – Ты чего-то недоговариваешь.

В панике я говорю первое, что приходит в голову, отвлекая от себя внимание.

– Он считает тебя красивой и дерзкой.

Темра издает звук – нечто среднее между фырканьем и смешком.

– И то, и другое верно, но ты не в моем вкусе, наемник.

Келлин насмешливо прижимает руку к сердцу.

– Увы, большинство дам просто не могут вынести, когда возлюбленный красивее их. Эти черты, – он проводит рукой по лицу, – благословение и проклятие.

Темра смеется.

– Верь во что душе угодно. Петрик, давай проверим, как там рагу.

Келлин снова смотрит на меня, и я поспешно отвожу взгляд.

– Может быть, однажды ты расскажешь мне свои секреты, кузнец. Теперь, когда знаешь некоторые из моих.