Наемники смерти - Антон Кравин

– Направление движения верное? – похоже на голос Астрахана, вот так везение!

Шейх замер, прислушиваясь. Неужели догнали?!

– Направление – да, – ответил его собеседник. – А куда они дальше пошли – не знаю.

– Мы в Шолоховском лесу. Дальше будет канал имени Москвы, так?

– Так, – легкая ухмылка.

Шейх сжал винтовку, шагнул, и тут же его обожгло понимание: «Не ходи. Опасно!!!»

– Искажение? – спросил он у насторожившегося Хоббита.

– Похоже на пересмешника. А может, и не пересмешник, просто между нами и ними – искажение. Манюня, ты что думаешь?

Пискнув, крыса спряталась в рукаве.

– Не надо туда ходить. Пересмешник копирует голоса и заводит… короче, никто не знает, что стало с теми, кто поверил пересмешнику. Уходят они на боковые, путаные тропки и не возвращаются.

– Значит, наша цель тут прошла?

– Не знаю, – пожал плечами Чё. – По идее – да, уж очень место удобное. Но на этом мху следов не видно.

– Сволочь!!! – заорали вдруг из зарослей голосом Косика. – Что же ты делаешь?!

Голос покойного друга плетью ударил Тармаша – его спина дернулась, он остановился, медленно-медленно развернулся и впился взглядом в Шейха. Ноздри многократно сломанного носа трепетали, оттопыренные уши налились кровью. Все так же медленно Тармаш снял винтовку, направил дуло в землю и сказал:

– Что хочешь делай, дальше я шагу не ступлю!

Шейх закатил глаза, вдохнул-выдохнул и проговорил по возможности спокойно:

– Ты знал, куда идешь? Контракт подписывал? Подписывал! Так чего теперь мне истерики устраиваешь?

– Да, подписывал, – с мертвенным спокойствием ответил Тармаш. – Я и раньше подписывал, но ни один наниматель не обращался с наемниками как со скотом. Друг мой погиб! Человек. А ты даже похоронить его не дал, сволочь. По-человечески это? Ты гонишь, гонишь нас, как стадо баранов на убой. Он, – ткнул пальцем в одного из Братов, – погибнет, ты переступишь через него и пойдешь. Я так не хочу. Плевал я на такой контракт, мне жизнь дороже. Все, дальше не пойду.

– Он дело говорит, – проскрежетал один из Братов, Хабар, и вдруг навел ствол на Шейха. – Не скотина мы тебе, чтоб бежать по минному полю. Понял? Все, разворачиваемся и в Москву. В задницу такой контракт!

Шейх заглянул в глаза: а ведь выстрелит, не поморщившись, еще и карманы обыщет. Потом все сядут кружком и сговорятся: не виноватые мы, вляпался начальник в искажение, сожрали его. В клубе, может, и не поверят, но кто что докажет? Пока Шейх лихорадочно думал, как исправить ситуацию, заговорил Хоббит:

– Эй, вы чего? Так дела не делаются. Подписал контракт – выполняй. Мы все знали, куда идем, там суммы прописаны достойные. Вернемся ни с чем – еще и половину аванса снимут, – он постучал себя по лбу: – Да вы башкой подумайте!

Второй Брат еще больше изогнул полумесяц рта и сплюнул:

– Тупой? Не доживем мы до денег с таким командиром.

Тармаш хмуро кивнул.

– Ка-ароче, так, – проскрипел Хабар. – Помирать никто не хочет, ни ты, Шейх, ни мы. Потому расходимся, один проводник идет с нами, второй – с тобой. Понял?

Шейх сдержал скептическую ухмылку. Никто его живым не отпустит, потому что, естественно, он сообщит в клуб про взбунтовавшихся наемников, и больше никто никогда не захочет иметь с ними дело, а раз так, для них выгоднее скормить его тварям Сектора. Сейчас же Брат пытается командира отвлечь и заговорить, чтобы напасть неожиданно. Расклад сил паршивый, однако… Быстро прикинув варианты, он решил подыграть, шагнул назад и даже начал медленно опускать ствол.

– Хорошо, так и сделаем.

– Да что вы с ним базарите?! – вдруг завопил Тармаш, возможно, принявший слова Хабара всерьез, и вскинул винтовку: – Валите гниду!!!

Шейх боком прыгнул в крапиву, стреляя.

Откатившись в кусты, дал очередь по Тармашу. Впереди булькнули перерезанным горлом. Кто кого резал, видно не было – крапива закрывала обзор.

– Валим! – просипел Хабар. – Бей этого козла, держи проводника!

Донесся голос Чё:

– Мужики, вы чё? Я и сам с вами!

Шейх выстрелил из укрытия: Браты волокли Чё, приставив к его виску пистолет. Тот не сопротивлялся – жить хотел. Хоббит залег за трупом Тармаша, о который вытирал нож Рэмбо. Хорошо – этот, по крайней мере, не предал! Шейх выстрелил по предателям, но они спрятались в лесу.

– Идиоты! – разорялся Хабар из укрытия. – Он вас всех подставит, а деньги себе заберет, вы еще не поняли, что он за сволочь?!

Рэмбо дал по ним очередь, и дезертиры смолкли.

– С самого начала этим братьям не доверял, – он дал еще одну короткую очередь по предателям.

– Чтоб их в «микроволновку» засосало, – проворчал Хоббит, не решаясь встать.

Браты не спешили атаковать, Шейх тоже. Дезертиры зашуршали травой – видимо, поползли в лес. Алан, лежа в сырой траве, решил, что, когда вернется… не постреляет их, нет, сделает так, что на территории России и близлежащих стран они больше работать не смогут. Отбросы.

Это ж надо – когда Астрахан рядом, так бездарно спалиться! Теперь вражеская группа будет осторожничать и заметать следы, выстрелы-то наверняка услышали.

Вскоре шум в лесу смолк – предатели убрались. Вряд ли теперь вернутся, Шейх не один, с ним Рэмбо, да и Хоббит чего-то стоит… Подождав еще немного, Алан взглянул на проводника:

– Осталось нас трое. Или ты тоже хочешь свалить? Сразу говори!

Хоббит помотал головой и облизнулся.

– Я с вами, не сомневайся.

– Ну тогда в путь.

Шейх шагал за Хоббитом и думал о том, что в лагере врагов есть предатель, который должен оставлять метки. Значит, нужно быть внимательным. Знак, едва заметная стрелка, был нарисован на поваленной сосне, поросшей молодым мхом. Значит, направление верное.

Вскоре обнаружились и следы. Резво вскочив, проводник засновал вокруг, вглядываясь в сырую землю, и сказал:

– Этих, за которыми гонимся, минимум столько же, сколько и нас теперь. Справимся?

– Должно быть больше, – вздохнул Шейх и обратился к Рэмбо. – Благодарю, я в долгу не останусь.

Рэмбо усмехнулся и продекламировал:

– They that have pow'r to hurt, and will do none…[2]

Покосившись на вытаращившегося Шейха, он добавил:

– Шекспир, сонет девяносто четвертый.

– Вот дает! – выдохнул Хоббит.

– Ты откуда английский знаешь? – спросил Шейх.

Рэмбо развел руками: