Чистильщик - Павел Корнев

Ну да не беда: лучшая рыба – это колбаса, лучший одеколон – это коньяк. Плеснув на ладонь немного из остававшегося в бутылке «Арарата», я растер его по щекам и по привычке заглянул в холодильник, но еды там за ночь не прибавилось.

От мыслей о завтраке отвлек звонок в дверь. Натянув джинсы, я запустил в квартиру хмурого Виталия и ушел в комнату собираться.

– Чего у тебя телефон выключен? – с нескрываемым раздражением поинтересовался парень.

– Аккумулятор сел. – Я отыскал мобильник и вместе с зарядным устройством убрал его в рюкзак. После оглядел развешанную в шкафу одежду и остановил свой выбор на старой черной футболке и вытертых джинсах. Уделаю, хоть не так обидно выкинуть будет. – Как там, на улице? – спросил, подходя к окну.

– Нормально.

– Логично.

Я с сомнением глянул на небо, по которому лениво плыли кудлатые облачка, и решил на всякий случай прихватить с собой штормовку. Синоптикам, конечно, веры никакой, но просто так штормовое предупреждение передавать не станут. Да и в свертках погодные условия не столь тепличные. И ботинки, непременно ботинки…

– Не спаришься? – ухмыльнулся Виталий, в легких штанах и туфлях-плетенках походивший сейчас не на сотрудника серьезного учреждения, а на товарища отдыхающего. Красная футболка с надписью «Made in USSR» сзади и советским знаком качества впереди такое впечатление усиливала.

– А штормовое предупреждение? – напомнил я и сунул в карман Olight M20. Если опять в какой-нибудь подвал лезть придется, без фонаря не обойтись, да и в качестве кастета его использовать одно удовольствие – защищавшая стекло ударная кромка хоть и не превращала корпус из авиационного алюминия в орудие смертоубийства, но при некоторых навыках обращения ею легко можно было рассечь кожу, сломать переносицу или перебить костяшки пальцев.

– Слушай больше прогнозы, – снисходительно улыбнулся Виталий.

– Поживем – увидим.

Я запер дверь и вслед за водителем спустился во двор. На солнце начало припекать, но стоило расстегнуть штормовку, и немедленно налетел прохладный ветерок.

Ну что за погода такая?!

– Сейчас на Пионеров-Героев вывернешь, остановись рядом с «Морем», – попросил я водителя, забираясь в автомобиль.

– Зачем еще?

– Производственная необходимость.

Парень пожал плечами и вскоре припарковал внедорожник аккурат напротив магазина. Купив пару йогуртов, бутылку минералки и набор одноразовой посуды, я вернулся к автомобилю, и Виталий сразу забеспокоился:

– Ты чего это?

– Завтракать буду.

– Салон уделаешь!

– Не уделаю. Йогурт хочешь?

– Нет.

– Он с шоколадными шариками.

– Не хочу, сказал! – прорычал водитель, и внедорожник сорвался с места.

Я даже йогуртом чуть сиденье не заляпал.

Ан нет – заляпал-таки. А вот не надо было так резко трогаться!

Кое-как затерев жирное пятно, я прикрыл его пакетом и приступил к трапезе. Кальций для растущего организма – вещь незаменимая. А этот еще недоволен чем-то…

Загнав внедорожник во двор НИИ, Виталий выбрался из-за руля и предупредил:

– Сейчас оружие и сканер получу и поедем.

– Стой! – Я выкинул мусор в урну и, закинув на плечо лямку рюкзака, побежал следом: – Мне еще кое-какое оборудование понадобится!

– Разговаривай с Грачевым, спецблок в его ведении.

– Подожди тогда.

Взбежав на второй этаж, я зашел в приемную Григория Петровича, но оторвавшаяся от компьютера секретарша сразу предупредила:

– Идет совещание!

– Господин Шептало тоже там?

– Да.

– Вот и замечательно. – И прежде чем тетенька успела хоть слово сказать, я распахнул дверь и проскользнул внутрь. – Не помешаю?

Григорий Петрович поморщился и досадливо глянул на Владимира Николаевича. Владимир Николаевич ответил ему не менее раздраженным взглядом, но выгонять меня все же не стал.

– Излагай, только быстро, – разрешил он.

– Я по снаряжению.

– Тогда жди. – И Шептало указал на свободный стул, не захотев обсуждать такие вопросы при посторонних. – Слушаем вас, Григорий Петрович.

Замдиректора прокашлялся, обвел строгим взглядом сидевших вокруг стола подчиненных и начал самым натуральным образом их распекать. Солидные дядьки в возрасте безропотно кивали, и у меня даже сложилось впечатление, что ничего из ряда вон не происходит. Обычные рабочие будни. Бери больше, кидай дальше, и все такое.

Когда совещание наконец подошло к концу и мы остались наедине, Грачев включил селектор и распорядился:

– Вызовите Зимину.

– Ну? – поторопил меня Владимир Николаевич. – Что опять случилось?

– Да я уже забыл, зачем пришел! А! Насчет портала! Можете его как-нибудь не столь интенсивно сегодня эксплуатировать?

– С какой стати? – раздраженно постучал Грачев карандашом по столу.

– Да, с какой? – поддержал его Шептало.

– У меня два района по плану, а из-за вашей установки…

– Нет, – с ходу отрезал куратор. – Даже не заикайся.

– Ну елки! И как теперь работать?

– Придумай что-нибудь, прояви креативность мышления. Что-то еще?

Я тяжело вздохнул и неуверенно начал:

– Да вы знаете…

– Не знаем, – немедленно буркнул Владимир Николаевич.

– Просто подумал…

– Это полезно, только не перенапрягись, – вновь не смог промолчать куратор.

– Короче! Мне без напарника не обойтись!

– А Виталий тебя чем не устраивает? – удивился Грачев.

– Виталий – водитель, а нужен кто-то, кто мог бы подстраховать в свертках.

– Нереально, – безапелляционно заявил Шептало.

– Чего еще? – удивился я.

– Ты у нас один такой уникальный, – развел руками куратор. – Остальные постоянных перепадов магического излучения просто не выдержат. Нужен тебе одноразовый напарник? Думаю, нет.

– А если из Приграничья кого-нибудь выдернуть? – без особой надежды предложил я.

Вызвать можно; вопрос – кого? Колдунам здесь сразу из-за отсутствия магии поплохеет, а от обычных людей, как Шептало и сказал, толку немного. Оставались кондукторы – уникумы, способные самостоятельно выбираться из Приграничья в нормальный мир и уходить обратно через «окна», – но ими точно никто рисковать не станет.

– Кондуктора сюда вытащить хочешь? – будто прочитал мои мысли Шептало. – Ты ведь понимаешь, что это нереально, да?