Проживи мою жизнь - Оля Бас

Вилайн Скам не подозревал о возникшей путанице с жизнью и смертью девицы. Его волновал только один вопрос: сообщать ли в столицу о том, что вещи упомянутой Гриндрок он сможет получить только через неделю, когда Барт приедет в гарнизон сдавать камни и закупать провизию. Самому точно не стоит проявлять повышенный интерес и срочно мчаться к скалам. Лучше подождать и действовать по ситуации.

В результате он сделал приписку в самом конце отчета: сообщение получил, работаю в данном направлении. Запечатал бумаги и аккуратно опустил в магический ящик-отправитель.

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, где располагалась супружеская спальня, Вилайн удовлетворенно провел рукой по стене теперь уже собственного дома.

Договор аренды перестал действовать в связи со смертью арендодателя.

Глава 22

Королевство Фродлэнд. Борьба за жизнь

Переплетая нити судеб разных,

Старуха усмехнется, подмигнёт:

То узелков навяжет безобразных,

То жизнь чью-то быстро оборвет…

Совсем еще смутные подозрения постепенно начали обретать ясные очертания, когда утром дети, прибежавшие на запах блинчиков, в первую очередь проглотили витаминизированные орехи, придирчиво сравнивая размер ядрышек. Микки, который обычно самое вкусное уступал Лири, в этот раз и не подумал отдать ей больший кусочек. Создавалось впечатление, что эти странные орехи вызывали привыкание и желание постоянно подпитываться ими. При этом они оказались единственным звеном, связывающим всех жителей долины с непонятной болезнью. И хотя Ника не могла пока представить, зачем постепенно убивать пустышек таким изощренным способом, она находила все больше подтверждений своей теории.

А значит, следовало провести ряд экспериментов, пока не ставя других в известность. Кроме того, нужно было срочно позаботиться о пациентах Молли. Добрая женщина из лучших побуждений добавляла в их ежедневный рацион двойную порцию орехов.

И ведь из-за эффекта привыкания ни один из жителей деревни не догадывался о пагубном влиянии этого чудо-средства. Ника и сама бы не стала искать источник болезней, если бы не читала записи Артура Гриндрока и не была бы уверена в безопасности аконит-камня для пустышек.

Когда ребята ушли на работы в пещеры, Вероника отправилась к Молли с твердым намерением помочь несчастным и не дать им уйти за Туманный край.

Но не успела девушка подойти к лечебнице, как ко входу подбежал запыхавшийся, непривычно бледный Рикс. Он судорожно прижимал к груди вихрастого паренька Дика, обычно такого веселого, а теперь безвольно лежащего в крепких натруженных руках старшего товарища. Пожалуй, он был единственным человеком в долине, к которому нелюдимый Рикс относился с искренней любовью и симпатией, считая младшим братишкой.

— Что случилось? — бросилась к нему встревоженная Ника и открыла дверь в дом, чтобы можно было занести бессознательного мальчика внутрь.

— Не знаю! Я ничего не знаю! — с надрывом вскричал Рикс. — Еще пару дней назад Дик почувствовал слабость. Я отстранил его от работ, решил дать передышку. Думал, он просто возле пещер посидит, инструмент почистит. А сегодня, только я приступил к поискам камня, слышу, меня кричат. Дик сознание потерял и не приходит в себя. Молли, не дай ему умереть! Все готов отдать, только бы он пришел в себя… прошу, сделай хоть что-нибудь!

— Тихо-тихо, клади его вот сюда, за ширму, — засуетилась лекарка. — Сейчас разденем и посмотрим. Помоги-ка мне.

Вдвоем они сняли с мальчика верхнюю одежду и аккуратно уложили на кровать. Дик открыл глаза, но дышал слабо и поверхностно, мертвенная бледность заливала симпатичное детское лицо.

Вероника в каком-то ступоре наблюдала за их действиями и очнулась, только когда Рикс встряхнул ее за плечи и горячечно зашептал, шаря по лицу полубезумным взглядом:

— Почему ты, которая должна была умереть, живешь, а ребенок, в жизни своей не сделавший ничего плохого, умирает?! Ты ведь знаешь секрет? Знаешь? Или это месть за мою дурость и твое унижение? Я на коленях готов вымаливать прощение за тот глупый поступок, только помоги… — Он действительно опустился на колени перед светловолосой ведьмой, которая одновременно и притягивала своей удивительной красотой, и пугала незримым могуществом. Тряс ее руки, раскачиваясь из стороны в сторону. Разум его поглотили тоска и отчаяние. Только образ то ли богини, то ли убийцы стоял перед взором, затуманенным от горьких слез.

Несколько мгновений Ника в ужасе всматривалась в искаженное мукой лицо, потом решительно подняла руку и отвесила Риксу крепкую пощечину. Тот захлебнулся словами и замолчал, тяжело дыша у ее ног. Сознание постепенно возвращалось к нему.

— Спасибо, — тихо пробормотал он, потирая красную щеку и с трудом поднимаясь с колен.

— Прости, я не знала, как еще остановить твою истерику. Мы обязательно поможем Дику, слышишь? — теперь уже она сама требовательно всматривалась в потемневшие от горя глаза. — Он будет жить, обещаю!

Вероника обернулась к хлопотавшей у постели Молли:

— Я уверена, что у мальчика серьезное отравление. У вас есть какие-нибудь средства для очистки организма от токсинов? Надо промыть желудок, дать сорбенты, чаще поить водой и … не знаю, что еще можно предложить.

— Отравление, говоришь. А чем? — Молли спрашивала и одновременно доставала все необходимое. Принесла таз, полотенца, налила в кувшин чуть теплой воды и развела розоватый порошок.

Во время всех неприятных процедур Рикс был рядом: гладил худенькую спину, дрожавшую в ознобе, неумело шептал что-то успокоительное, вытирал полотенцем бледное личико с мокрыми дорожками слез.

— Все, молодцы, справились. — Молли устало вытерла пот со лба и опустилась на стул рядом с кроватью. — Теперь мальчишке нужен сон, отдых и восстанавливающий сбор. Сейчас порядок наведем, поставлю травы настаиваться, а ты мне расскажешь все, что знаешь.

Ника кивнула, собирая грязные полотенца:

— Конечно, расскажу. Правда, это только мои подозрения, я не уверена в том, что права.

— Я тоже должен знать, — Рикс упрямо посмотрел на женщин, готовый отстаивать свое право остаться.

Но никто не возражал.

Переместившись на кухню и оставив дверь в комнату открытой, все трое уселись за стол. Лекарка заварила тонизирующий чай для своих помощников и стала перебирать душистые полотняные мешочки с заботливо собранными травами.

Здесь их и обнаружил встревоженный староста, которому доложили о происшествии. Выслушав краткий отчет о проделанной работе, он также выразил желание остаться и послушать идеи и умозаключения дори Анники.

Обхватив дрожащими от усталости и волнений пальцами горячую кружку, та начала свой непростой рассказ, обращая внимание слушателей на все детали, связанные с витаминизированными орехами.

— Я не знаю, опасны ли сами орехи, или их избыточное потребление, но факт остается фактом: нам нужно исключить их из