Священная война - Данияр Саматович Сугралинов

— Не вешай нос, рано или поздно выбьешь. Что думаешь про Девять-шесть и Семь-два? У них все серьезно?..

Из обрывков подслушанных разговоров и редких бесед с замкнутой и молчаливой Девяткой мне удалось узнать, что оставшиеся бета-тестеры живут поодиночке. Удивительно, но Третий среди них — единственный гетеросексуальный мужчина. Девять-шесть и Семь-два были геями. Помимо Девятой, были еще две женщины, причем с Двенадцатой Третий сейчас состоял в отношениях. Пять-четыре была его бывшей, а Девятка — первой любовью.

Как я понял, каждый ценил цифровую вечную жизнь, а потому держался обособленно и никому не доверял. Третий встречался с Двенадцатой на нейтральной территории. Это можно понять, учитывая то, что у всех замки работали так же, как у Девятки, блокируя навыки незваных гостей и опуская их характеристики до единицы. Да и их недоверие естественно, если учесть, через что они все прошли. Первоначальная сотня бета-тестеров превратилась в шестерку не из-за мобов, а из-за междоусобиц, предательств, ударов в спину… и фанатичной тяги Девятки к коллекционированию способностей. На ее совести далеко не один бета-тестер, сгинувший в Бездне.

Еще мне удалось понять, почему никто из них не сошел с ума. Цифровое существование значило, что у каждого идеальные память и тело, не подверженные старению, болезням (если не считать дебафов) и расстройствам. Их мышление всегда рационально, как и мое.

Я был уверен, что мизерные шансы выбраться отсюда еще оставались, ведь по всем расчетам выходило, что нужно провести здесь не меньше местного года, прежде чем меня хватятся и вытащат из капсулы. И даже если после экстренного выхода я все равно останусь тут, основной «я» вернется и перетащит меня в реальный Дис. Как? Не знаю, но во мне тлела надежда, что «Сноусторм» поможет. Ведь Скиф — не обычный игрок. Персонаж завязан на сценарий Чумного мора, да и Спящие от него зависят.

За побеги Девятка наказывала. Самым обидным было то, что блокированная Устойчивость не прокачивалась, когда она истязала меня пытками, не давая умереть. Зато я увидел всех Разорителей, которых она называла Пробивателями. Чтобы они не занимали много места, Девятка обычно держала их в уменьшенном состоянии, размером с собаку. Их было девять, и не думаю, что это число случайно. Страшные и такие же ублюдочные, как все твари здесь. Девятка сказала, что все они были приручены особым талантом. Каждый Пробиватель владел навыком Тления, который одновременно и служил убийственной аурой, и давал возможность поглощать чужой опыт.

Как-то, в очередной раз возродившись, я внутренне сжался, готовясь к новой боли и смерти, но Бета просто кивнула, велев идти за ней. По дороге, что-то вспомнив, она протянула мне легендарные кожаные штаны, сапоги и шелковую эпическую рубашку.

— Оденься, а то выглядишь не очень.

Недоумевая, я сделал требуемое, и мы пошли дальше. На территории замка Бета обустроила красивый сад, в него мы и направились.

— Выпить хочешь? — спросила она, остановившись на небольшой лужайке, окруженной клумбами с фантастическими цветами.

Отказываться я не стал. Девушка наколдовала накрытый стол, вытащила из воздуха бутылку бренди, кубки и пригласила сесть.

— Ешь, — сказала она, невозмутимо наполняя бокалы.

Когда мы прикончили бренди, она материализовала бочонок вина, да не простого, а легендарного, повышающего харизму на три тысячи единиц.

Несколько часов мы мирно сидели, общались и оба прилично напились. Из-за вина мы чувствовали себя невероятно обаятельными и харизматичными. Напиток реально развязывал языки и располагал к собеседнику.

Бета разоткровенничалась и рассказала о том, как происходит Большой пробой. Оказалось, она сутками без перерывов и выходных занималась гриндингом Осколков Тлеющей пустоты.

— Для одного Большого пробоя нужно сто миллионов осколков, — чуть заплетающимся языком сказала она. — Из-за дурацкой механики они выпадают, только если моб равен или выше уровнем, поэтому их тяжело собирать. Хорошо, остальные беты тоже участвуют — все хотят выбраться отсюда. Когда собирается нужное количество, мы встречаемся, я собираю осколки и создаю Большой пробой. Сначала мы закидываем туда обычных мобов. Просто таскаем к месту и бросаем в брешь. После второй волны я отправляю туда Пробивателя, дав команду убивать всех. На месте он падает до первого уровня, но за счет наших мобов и Тления прокачивается, после чего может тягаться с местными мобами.

— Как ты узнаешь, что там происходит?

Ничего не ответив, Бета повела рукой. Не знаю, что это был за каст, но сад накрыло непроницаемым куполом, резко стемнело, а потом на деревьях зажглись огоньки. Яркие бабочки вспорхнули в воздух и замерцали приглушенным переливающимся светом. В воздухе повис умиротворяющий звон хрусталя, я так и не понял, откуда он доносился — будто бы отовсюду.

— Красиво, — сказал я. Не знаю, что наколдовала Бета, но на душе вдруг стало очень спокойно, хотелось, чтобы это никогда не кончалось. — Волшебство.

— Красиво, — согласилась она, юная девушка, которой никто не дал бы больше семнадцати. — Ты спрашивал, как я узнаю, что происходит с моими питомцами за брешью… Очень просто. Вижу их в панели, анализирую, потом учитываю, с чем запускать следующих. Думаю, я добилась больших успехов, раз ваши могут изгнать их только при помощи богов.

— А как они возвращаются? Их вообще можно убить?

— Пробиватели обучены возвращаться, если уровень жизни падает до половины и ниже. Вернувшись, они становятся того же уровня, с каким уходили. Мне нельзя их терять, иначе… — Бета не стала договаривать. Молча налила себе полный кубок вина, выпила.

— Долго их ждешь? — спросил я, вспомнив о разном течении времени. — Как быстро они возвращаются?

— Иногда сразу, иногда через год-полтора. Я пробовала запускать их на неосвоенные вами континенты, но там Пробиватели не выживают. Много веков ушло, прежде чем я поняла, что дольше всего они держатся на Латтерии и Шэд’Эрунге.

— Как они поймут, когда активировать Великий пробой? Откуда у них это умение?

И снова она ответила не сразу. Исчезая в инвентаре, лязгнули доспехи. Девятка осталась в одном платье, босиком. Она поправила волосы, взглянула искоса. В таком виде она совсем не походила на хладнокровную психопатку-садиста, но я слишком хорошо изучил, кто скрывается под этой вроде бы безобидной внешностью.

— Научила. — Бета пожала плечами. — Передала способность. Когда они уходят в брешь, я приказываю активировать ее сразу, как только будет достаточно ресурсов. Насколько я поняла, в вашем Дисгардиуме нет осколков, и умение требует маны. Но ни