Запах страха - Вадим Панов

Тьма обволакивала. Тьма давила.

Сумрачный дизайн кабинета воздействовал на всех… кроме Сантьяги, на которого он не производил ровным счетом никакого впечатления. Неудобств комиссар тоже не испытывал – он редко записывал что-либо во время совещаний, – а потому, обсуждая с повелителем текущие дела, Сантьяга или сидел на столе, или беззаботно расхаживал по комнате, периодически оказываясь за спинкой простенького деревянного кресла, которое занимал князь.

– Таким образом, несмотря на то что Источники всех Великих Домов работают на пике активности, ни люды, ни чуды активных действий не планируют. Тайный Город медленно погружается в зимнюю спячку.

В последнее время политическая жизнь Тайного Города действительно напоминала спячку. Даже последовательность спячек: зимняя сменяла осеннюю, затем приходила весенняя, а за ней – летняя, и все начиналось сначала. Вызвано это было тем, что случившаяся не так давно война Великих Домов основательно покосила главные семьи Тайного Города, и люды с чудами перестали поигрывать мускулами. Затем изрядную трепку получили мятежные масаны, что прекратило набеги и сделало временно ненужными «походы очищения», и если бы не появление одного старинного недруга, скука комиссара имела бы все шансы перейти в затяжную хандру.

– Ты по-прежнему ведешь бурную светскую жизнь?

– Надо как-то спасаться от серых будней, – объяснил Сантьяга.

– Я бы рекомендовал тебе реже появляться в публичных местах, – пробубнил князь. – Надо больше думать о безопасности.

Сантьяга понял, что имеет в виду князь. Доклад о положении дел в Тайном Городе окончился, и повелитель Нави вернулся к теме, которая беспокоила его последние месяцы.

– Я знаю нынешнее тело Ярги.

– А он знает Слово князя.

– Против меня оно бессильно.

– Он может сменить тело и подобраться к тебе на расстояние удара.

– В другом теле Ярга не опасен.

Обмен репликами повторялся не в первый раз и всегда заканчивался одинаково:

– Ты слишком самоуверен!

– Вы считаете, что необоснованно? – Сантьяга попытался пристроиться на подлокотник княжеского кресла, но безуспешно. – В ближайшее время нам не следует ждать от Ярги активности. Он взял время на осмысление ситуации. Он будет изучать мир, готовиться к новой атаке и искать помощников. Нам же, к сожалению, придется сосредоточиться на анализе и выискивать следы его деятельности по остаточным признакам. Контрразведка.

– А мне нравится, что в Тайном Городе тихо, – проскрипел князь. – Мне никто не мешает.

– Вам и раньше не особенно докучали.

– Только ты постоянно прибегал за советами.

– Проверить, живы ли вы…

– Не строй из себя шута.

– Что плохого в том, что у меня хорошее настроение?

– Ты начинаешь действовать мне на нервы.

– Вы столь нежны?

Князь хрюкнул.

Сантьяга вежливо помолчал, предоставляя повелителю возможность высказаться, понял, что продолжения не будет, и развил свою мысль:

– Отсутствие активных действий со стороны Ярги плохо тем, что у некоторых иерархов появляются признаки паранойи. Мы ищем его следы, тратим время, ресурсы и… – многозначительный взгляд, – …и нервы. Которых, как выяснилось, у нас не так уж и много. Мы находимся в режиме ожидания. Мы отдали инициативу Ярге, а вам хорошо известно, как он умеет распоряжаться такими подарками.

– Вряд ли он что-нибудь придумал за те месяцы, что у него были.

– Он в самом начале пути, – согласился комиссар. – Но следующий удар Ярги будет силен, и мы должны обязательно вычислить, на кого он станет опираться.

– Ты полагаешь, люды или чуды способны пойти с ним на компромисс?

– Ярге есть что предложить.

– А его репутация?

– У гиперборейцев репутация была еще хуже, а рыжие им доверились.

Что положило начало последней войне Великих Домов.

– Тогда сошлось несколько факторов.

– Ярга умеет раскладывать занимательные пасьянсы, – заметил Сантьяга. – К тому же у него есть Железная Крепость, которая может сыграть роль сыра в его мышеловке.

– Вряд ли Ярга умеет ею управлять.

Но комиссар сделал вид, что не расслышал реплику князя.

– Вот вы упомянули о репутации. И правильно упомянули. Все знают, что Ярга не согласится жить в Тайном Городе, ему нужен весь мир. Ярга – это большая война. Но если Всеслава и Франц понимают ее бесперспективность, то многие горячие головы из числа их подданных с удовольствием воспримут идею отобрать у челов планету.

– А среди навов? – глухо спросил повелитель Темного Двора.

Самый болезненный вопрос последних месяцев. Как поведут себя навы? Не расколет ли вернувшийся из небытия первый князь Великий Дом? Ибо в этом случае в Тайном Городе может начаться война «все против всех», на фоне которой самые страшные столкновения Великих Домов покажутся мелкими недоразумениями.

– Семья все еще пребывает под впечатлением от убийства Реги, – ответил Сантьяга. – Этот шаг Ярге трудно будет объяснить.

С тех пор, как Навь утратила власть над Землей и жалкие ее остатки укрылись в Тайном Городе, князь целенаправленно культивировал среди подданных понимание ценности жизни каждого нава. Темный Двор жестоко мстил за смерть своих, войны предпочитал вести руками наемников и големов, а то и просто сталкивая между собой Орден и Зеленый Дом, и потому легкость, с которой Ярга лишил жизни Регу, не добавила ему популярности среди навов.

Но он все равно оставался их первым князем.

– Полагаю, пока вы можете быть спокойны насчет подданных. – Сантьяга острил по поводу паранойи «некоторых иерархов», но прекрасно понимал, что основания для ее возникновения были весомые. – А теперь, если у вас нет больше вопросов, я бы хотел откланяться.

Но вопрос нашелся.

– У тебя новые запонки, – осуждающе пробубнил князь.

Бережливость считалась такой же семейной чертой навов, как и скверный характер.

– Вам нравятся? – улыбнулся Сантьяга. – Мне тоже. – Он поднес правую руку к лицу и полюбовался на черные бриллианты. – Тархану Хамзи доставили четыре очень крупных камня. Я не смог устоять.

– Иногда мне кажется, что мы напрасно не контролируем твои расходы, – желчно пробурчал повелитель Нави.

– Мои новые запонки играют важную роль в обеспечении безопасности Великого Дома Навь, – официальным тоном произнес комиссар.

Повелитель Темного Двора оторопел:

– Каким же образом?