Полночная аллея - Рэйчел Кейн

Когда Сэм наконец смог заговорить, его голос звучал тихо и слабо; было ясно, каких усилий это ему стоит.

— Поехал повидаться с Майклом…

— Но Майкл был здесь, с нами, — заметила Амелия. — Ночью мы вызвали его.

Сэм беспомощно вскинул и уронил свободную руку.

— Почувствовал, что его нет дома, и решил вернуться. Кто-то рывком открыл дверцу… «Тазер»[14], не мог сопротивляться… упал… кол в грудь…

— Кто это был? — спросил Ричард.

— Не разглядел. Человек. Слышал, как бьется сердце. — Сэм сглотнул и закрыл глаза. — Пить…

— Сначала ты должен исцелиться, — сказала Амелия. — Можешь хоть что-нибудь добавить про нападавшего?

Сэм с усилием снова открыл глаза.

— Он назвал меня Майклом.

И как раз в этот момент появился носитель данного имени. Удивленно взглянув на Клер, он присел рядом с Сэмом.

— Кто это сделал?

— Не знаю. — Тот покачал головой. — Мужчина. Назвал твое имя. Думаю, принял меня за тебя. — Губы Сэма искривило подобие улыбки. — Наверное, не разглядел волосы.

Статья в газете. Капитан Откровенный. Кто-то решил убрать новоиспеченного вампира. Просто чистое везение, что вместо него пострадал Сэм.

Судя по выражению лица Майкла, он подумал о том же.

Амелию охватило волнение. Это не бросалось в глаза, но Клер видела ее неоднократно и могла почувствовать разницу: королева вампиров двигалась быстрее, в глазах не было обычного спокойствия.

Окликнув Клер, она увела девушку в соседнюю комнату, маленькую и пустую. Последовавший за ними высокий светловолосый вампир занял позицию спиной к двери — этакий засов из плоти и крови, не пропустит никого.

— Что ты можешь рассказать? — требовательно спросила Амелия.

— Ничего. Я спала. Проснулась, когда… «Когда услышала вой сирены», хотела она сказать, но на самом деле это ведь было не так. Она почувствовала что-то, как бы исходящий непонятно откуда сигнал тревоги. И Шейн с Евой тоже его ощутили. При обычных обстоятельствах разбудить Шейна в предрассветные часы мог разве что ядерный взрыв, а тут он мгновенно вскочил, и сна ни в одном глазу.

— Как будто дом издавал сигнал тревога, — закончила Клер.

— Правда?

— Ну да. Это важно?

— Может быть. Что еще?

— Ничего… Снаружи завыли сирены, и когда мы спустились вниз, все уже закончилось. Сэм лежал на дороге, а рядом стоял коп.

— Ты никого больше не видела?

Клер покачала головой.

— А твои друзья? Где они находились? Это был не праздный вопрос. Сердце Клер забилось чаще: если Амелия не поверит ей…

— Спали, — твердо ответила она, изо всех сил постаравшись взять себя в руки. — Шейн был со мной, и я видела, как Ева вышла из своей комнаты. Они никак не могли этого сделать.

— Я знаю, как высоко ты ценишь их безопасность. — Амелия бросила на нее пристальный взгляд. — Но пойми, Клер, если ты солгала, защищая их, я не прощу тебе этого.

— Я не лгу. Все было, как я сказала, недоставало только Майкла, а он находился с вами.

Амелия отвернулась и принялась расхаживать по комнате медленно и грациозно. Она выглядела такой совершенной, такой собранной…

— Вы волнуетесь из-за Сэма? — выпалила Клер, не сумев сдержаться.

— Меня больше заботит необходимость помешать тому, кто напал на него, причинить вред кому-нибудь еще. Сэм достаточно стар, чтобы выжить в такой ситуации… хотя и с трудом. Он бы погиб, если бы мы не успели вовремя вынуть кол или если бы он попал под лучи солнца. А вот если бы убийца не ошибся и напал на Майкла, тот умер бы почти мгновенно. Иммунитет разовьется у него лишь через несколько десятилетий.

— Вы имеете в виду… — с трудом подбирая слова, спросила Клер, — что вампиры не обязательно умирают, если им в сердце вогнать кол?

— Я имею в виду, что это непросто — убить кого-то из нас. И с каждым годом наша жизненная стойкость повышается. Если пронзить колом, скажем, мое сердце, я просто выдерну его, и пострадает разве что мое платье. Если я не сумею удалить кол сразу же, он причинит мне некоторый вред, но все же не убьет. Мы не такие уж хрупкие, малышка Клер. — Амелия улыбнулась, сверкнув жемчужно-белыми зубами. — Поведай об этом своим друзьям, в особенности Шейну.

— Но… Брендон…

— Его пытали и подвергли воздействию солнца, чтобы понизить сопротивляемость. — Улыбка Амелии угасла. — К моменту своей гибели он был слаб, как новорожденный. Видишь ли, отец Шейна неплохо знает наши особенности.

Теперь Клер тоже их знала, но едва ли этому стоило радоваться.

— Копы отвезли Шейна и Еву в участок. Надеюсь, с ними ничего плохого не произойдет?

— Я тоже на это надеюсь. Как и на то, что все будет хорошо с моим дорогим Сэмюелем, который готов умереть за права людей в этом городе.

От холодного и мрачного голоса Амелии Клер бросило в дрожь.

— Невольно возникает вопрос, не слишком ли я снисходительна? Не слишком ли много свободы даю вам?

— Мы не ваша собственность, — прошептала Клер.

Внезапно возникло чувство, будто браслет на запястье сжался, сдавливая кожу. Вздрогнув, она коснулась его.

— Правда? — ледяным тоном осведомилась Амелия и посмотрела на вампира у двери. — Пусть уходит. Я закончила с ней.

Он слегка поклонился и отступил в сторону. Клер так и подмывало броситься к выходу — находясь в одной комнате с местной королевой вампиров, она испытывала ужасное напряжение, но она сдержалась, желая хотя бы попытаться.

— Насчет Шейна и Евы…

— Я не вмешиваюсь в работу человеческого правосудия. Если они невиновны, их отпустят. А теперь уходи. Рассчитываю, что сегодня ты позанимаешься с Мирнином. Кроме того, хочу, чтобы ты посещала кое-какие добавочные лекции в университете.

— Но к Мирнину меня отвозил Сэм… Кто будет это делать вместо него?

Амелия резко обернулась к ней; в ее взгляде вспыхнуло бешенство.

— Глупая девчонка, не досаждай мне всякими пустяками. Убирайся!

Клер выбежала из комнаты.

Когда она вернулась, дом был пуст: ни Шейна, ни Евы, и Майкла она больше не видела в здании Совета старейшин. Чувствуя себя ужасно одинокой, Клер заперла все двери и окна.