Проклятие Аримана. Магистр - Евгений Малинин

И только сейчас я заметил, что золотистое сияние вокруг головы президента Лиги магов все еще оставалось. Правда, оно потускнело настолько, что стало едва заметным, однако не исчезло полностью. А это означало, что собранный белем Оземом Большой Круг так и не распался, что все маги этого Круга блуждают сейчас вместе со своим главой по нескончаемому лабиринту его Города!

И тут мне пришла в голову совсем шальная мысль. «А что, если этот гобелен сейчас сжечь!…» Ничего проще не было, пирокинетикой я владел в совершенстве. Один взгляд – и все будет кончено. А бель Озем испытает все, что пришлось пережить несчастной Златке! Я уже поднял правую руку, готовясь произнести заклинание, и только гигантским усилием воли остановил самого себя. «Нет! Неизвестно, чем закончится этот пожар». Сложившееся положение вполне меня устраивало. В конце концов «лучшее – враг хорошего…», как сказал один умный человек. Я повернулся и направился по бесконечной ковровой дорожке к дверям кабинета.

За столом приемной, покрытым тонким, но явственным налетом пыли, неподвижно сидела все та же пожилая дама. Ее лицо походило на бледную маску, а остановившиеся глаза пристально рассматривали что-то в дальнем углу комнаты. Я помахал рукой у самого ее носа и понял, что вижу одного из членов магического Большого Круга.

И тут мне пришла в голову неплохая идея. Я подошел к небольшому книжному шкафу, стоявшему в углу, и засеребрил вставленное в его дверцу стекло. Из получившегося зеркала на меня глянуло мое слегка осунувшееся лицо. Негромко читая стихи древнего заклинания, я закрыл глаза и провел ладонями обеих рук от лба до подбородка. Когда я снова глянул в зеркало, то уперся взглядом в неподвижные черные глаза беля Озема. Правда, моя долговязая фигура мало напоминала субтильного мага, но я вполне мог рассчитывать на внезапность своего появления.

Я толкнул дверь в коридор и тут же увидел стоявшего за ней охранника. Он, как я и ожидал, даже не посмел сколько-нибудь пристально рассматривать человека, имевшего такую знакомую физиономию. Но когда я шагнул мимо него, он шумно вздохнул. Я резко повернулся в его сторону и спросил глубоким красивым баритоном:

– В чем дело?

Он вздрогнул и, запинаясь, ответил:

– Мы волноваться начали…

– Да? – Я смерил его взглядом. – И какова причина вашего волнения?…

– Ну как же… – заторопился стражник с пояснениями, – четвертые сутки благородный бель не выходит из кабинета… Сам Великий ханиф проявил интерес к твоему такому долгому отсутствию… Да еще этот… ученик… и секретарь…

– Ясно, – прервал я его объяснения. – Но, как видишь, все в порядке… Скажи-ка мне, рабочий день уже закончен?…

– Да, благородный бель, сейчас время ужина…

– Проводи меня в обеденный зал служителей Второго Круга…

– Но мой пост… – неуверенно произнес он. Я молча глянул ему в лицо, и стражник молча повернулся и направился в сторону лестницы.

Он быстро провел меня пустыми коридорами в знакомый мне холл и указал на дверь, ведущую в обеденный зал. Затем стражник чуть ли не бегом вернулся на свой пост, а я подошел к указанной двери. Из-за нее раздавался возбужденный гул голосов. При этом выделялся особенно громкий басовитый голос беллы Коры.

– …И не надо строить из себя героя, бель Касум! Чего ты добьешься, бросив в лицо Главному хранителю трона это оскорбление? Мне тоже жалко нашу девочку, и я тоже уверена, что она не заслужила такой участи, но твоя гибель не вернет ее. Так к чему ненужные жертвы?…

В ответ раздался голос беля Касума:

– Я дядя беллы Златы! Если ты не забыла, она сама назвала меня этим именем. Я имел право, как ближайший родственник, заменить ее на костре. Но мне не дали воспользоваться моим правом. – Тут он прервал сам себя и обратился к кому-то: – Я уже говорил вам, что их невозможно привести в чувство… Надо вызвать кого-нибудь из магов Лиги, чтобы они осмотрели их… – Затем он, по всей видимости, снова обратился к своей старой подруге: – Я должен сказать белю Озему, что он нарушил самый главный закон Великого ханифата и не может исполнять далее обязанности Главного хранителя трона…

В этот момент я толкнул дверь столовой и вошел. Все мгновенно обернулись в мою сторону и замерли, увидев мое лицо.

Бель Касум, как всегда, сидел во главе стола. Недалеко от него расположилась белла Кора, а рядом с ней еще двое пожилых придворных. Несколько человек хлопотали около двух кресел, в которых находились неподвижные мужские тела с характерным, безразлично погруженным в себя взглядом.

Окинув быстрым взглядом окружающую обстановку, я продолжил разговор, который вели бель Касум и белла Кора:

– Ты абсолютно прав, уважаемый бель Касум, ваш Главный хранитель трона и президент Лиги полностью себя дискредитировал и поэтому не может исполнять свои обязанности. Кроме того, он увел за собой всех членов Большого Круга неизвестно куда и вряд ли оттуда вернется. Видите, что с ними стало?… – Я кивнул в сторону неподвижных тел.

– Но… как же… бель Озе… – растерянно забормотал Златкин «дядя», а белла Кора, пришедшая в себя быстрее всех, спросила своим громовым голосом:

– Кто ты такой, молодой человек с лицом беля Озема и фигурой гвардейца первой когорты ханифской гвардии?

«Вот кто уловил мое главное несоответствие белю Озему…» – подумал я и быстро провел левой ладонью от подбородка ко лбу, стирая наведенную личину. Пока собравшиеся в зале рассматривали мое новое лицо, я обратился к белле Коре:

– Я друг беллы Златы. И прибыл сюда, чтобы разобраться что, собственно, с ней произошло.

– Но откуда тебе известно, что случилось с белем Оземом? – пришел наконец в себя бель Касум.

– Я только что из кабинета беля Озема и смею вас всех заверить, что он имеет точно такой же вид, как и двое этих несчастных членов Большого Круга. – Я еще раз указал на неподвижные фигуры в креслах.

– Значит, беля Озема больше нет?… – растерянно переспросил один из соседей беллы Коры.

– Нет, – подтвердил я, – и вряд ли он больше вообще появится.

Сосед беллы Коры уставился на меня, словно хотел до конца увериться в правдивости новости, которую я им сообщил. В зале повисла напряженная тишина, а спустя несколько долгих мгновений тот же человек неожиданно широко улыбнулся и громко заявил:

– Какое счастье для всего ханифата!…

– Но если все члены Большого Круга находятся в таком же состоянии, значит, Первый Круг служителей… исчез! – неожиданно заявила белла Кора. – Ведь все они были членами Большого Круга Лиги!

И снова в зале воцарилась тишина, а через секунду заговорили сразу все. Заговорили возбужденно и радостно, как люди, внезапно почувствовавшие себя свободными и вместе с тем понимающие, какая большая ответственность легла теперь на их плечи. Я прекрасно их понимал, они ведь стали первыми вельможами государства и от них зависело, чтобы все жители Великого ханифата Ариам воскликнули вслед за ними: «Какое счастье!…»