Атлант. Продавец времени - Юрий Корчевский

– С прибытием! Тебя ждут, поторопимся!

Они прошли немного и вошли в одноэтажное каменное здание. Коридор внутри освещался светом, но его источники были невидимы. По крайней мере, ламп Никита не увидел.

Его подвели к двери.

– Заходи и не забудь поприветствовать почтенных мудрецов.

В ответ Никита только буркнул:

– Не учи, знаю.

Он вошёл в большой круглый зал. Сиденья амфитеатром, яркий свет. Посередине на кресле сидел Вирт.

– Приветствую вас, мудрецы! – громко сказал Никита.

Несколько секунд стояла тишина – его со своих мест разглядывали люди. Разного возраста, даже молодые, но в комбинезонах разного цвета – голубых, зелёных, жёлтых, белых и красных. Никита ожидал увидеть старцев, да и головы у них были обычной формы. Почему же их называют яйцеголовыми?

– Садись, пришелец. Тебя зовут Никита?

Говорил человек неопределённого возраста, лысый, с гладким, без морщин лицом, но, судя по голосу, далеко не молодой. Одет он был в красный комбинезон – в одежде такого цвета сидели всего лишь трое. На мгновение зал чем-то напомнил Никите римский сенат.

Он шагнул в центр зала, участок пола перед ним деформировался, и перед ним поднялось ещё одно кресло. На него Никита и уселся. Получилось – рядом с Виртом. Вирт кивнул ему: говори правду, как есть.

Никиту стали расспрашивать – откуда он появился в племени ануну, как попал к азуру и что видел на пути?

Никита рассказал об обезьянах, напавших на племя ануну, о землетрясении, рождении вулкана и воде, заполнившей селение. Потом, воспользовавшись секундной паузой, спросил:

– О синезубых говорить? Мы были там с воинами два дня. Всё племя прошло мимо.

– Нет, не надо, мы всё о них знаем, – пренебрежительно махнул рукой лысый. – Ты лучше подробнее расскажи о своей земле. Где она, чем занимаются люди, что умеют.

Никита решил врать, как соврал когда-то Вирту, что он из далёкой страны. В общем, рассказал то, что говорил и старейшине племени. В подробности не вдавался, отделывался общими фразами.

– Что у тебя на руке? – неожиданно спросил его лысый.

– Индикатор, время отсчитывает.

– Позволь полюбопытствовать?

Никита расстегнул браслет. К нему подошёл человек в светлом комбинезоне, взял индикатор, но не лысому отнёс, а вышел из зала.

Никиту же продолжали расспрашивать.

– Ты удивлён, что у нас есть летающие корабли?

– Нет, с моей точки зрения они выглядят допотопными. Неповоротливые, скорость невелика, грузоподъёмность мала.

По залу прошёл гул, присутствующие стали обмениваться мнениями.

– На чём же летают ваши люди?

– На самолётах. Мощные двигатели, большая скорость. Те, которые перевозят людей, могут взять на борт три сотни пассажиров.

По залу прокатился новый гул.

– Ты видел зита – у вас есть такие?

– Я не понял, кто это?

– Ну, то страшилище, что встретило племя у гор.

– У нас его называют роботом. Да, есть. Могут летать, ползать, плавать. Есть мирные роботы, есть боевые.

Люди на скамьях амфитеатра переглядывались, говорили возбуждённо: видимо, Никита рассказывал нечто необычное.

– Да, Вирт рассказывал нам о повозке с колёсами, о катапульте, бросающей камни. Но это всё – примитивные механизмы.

– Разве у меня было достойное оборудование и инструменты? Я исходил из уровня развития племени и с трудом смог сделать то, о чём вам рассказал Вирт. Нужен материал и много чего ещё.

– Чем занимался ты?

– Ремонтом моторов. Это то, что приводит в действие механизмы. Если вы знаете, машины, или, по-вашему, зиты, могут приводиться в действие паром, нефтью, добываемой из-под земли, и даже солнечной энергией.

– Довольно общих характеристик, у нас есть специалисты. Как устроен ваш мир?

Никиту расспрашивали долго, и он порядком устал. Сколько по времени длилась эта беседа, он сказать не мог: зал был закрыт, окна отсутствовали, а время он определял по положению солнца.

В зал вошёл человек в светлом комбинезоне, внёс индикатор и протянул его лысому:

– Наши учёные говорят, что не могут понять, что это за предмет. Но работа выполнена на очень высоком уровне, и пока этот уровень для нас недостижим.

– Хорошо. Старейшина Вирт и ты, Никита, – на сегодня довольно. Вас проводят. Завтра мы продолжим.

Вирта и Никиту отвели в другое здание, предоставили им воду, еду и комнату с постелями. Они сначала поели, а потом уселись на постели.

– Ты заинтересовал Кару, – задумчиво сказал Вирт.

– Кто это?

– Лысый в красных одеждах.

– Он вроде старейшины, вождя?

– Он самый главный. Он и жрец, и старейшина, и вождь в одном лице. Все слушаются его беспрекословно, его слово – почти закон. Умён, образован, очень хитёр.

Хм, характеристика короткая, но ёмкая.

– Вирт, это не моё дело, я для твоего племени человек пришлый. Но мне непонятно, почему ты привёл племя сюда?

– Отсюда, с этой земли, вышли мои предки. Здесь жил и я, будучи ещё ребёнком. Куда ещё я должен был вернуться в тяжёлый для племени час?

– Так твоё племя не похоже на них. Вы большие, а они – моего роста.

– Сложно объяснить, ты пришелец и пока многого не понимаешь. Мы люди третьего уровня, а они – второго. Племя ануну, где ты был, – четвёртого, низшего.

– Как я понял, есть ещё люди первого уровня?

– В логике тебе не откажешь. Чем выше уровень, тем более образованно племя, тем на более высокой ступени развития оно находится. Никто никого и ни к чему не принуждает. Хочешь жить в пещерах – твоё дело. Но чем выше развиты ремёсла, тем легче жить и приумножать племя. Ты думаешь, племя ануну имеет шанс выжить? Да обезьяны изведут их под корень!

– Тогда почему ты изначально ушёл отсюда и жил в своём селении?

– Ты задаёшь много вопросов, Никита. Хорошо, я отвечу. Третий уровень развития – это физическая сила, помощники для яйцеголовых, людей второго уровня. Что же касается меня – мне хотелось самостоятельности. Я думал, что смогу поднять людей племени до второго уровня.

– Я тебе нужен был для этого?

– Да. Ты кое-что нам подсказал и мог бы помочь ещё. Ты много видел, много знаешь, и ты изгой.

– Разве?

– Любой человек вне своего рода или племени – изгой. В одиночку не выжить. У тебя просто не было шансов. Мы помогаем тебе сохранить жизнь, ты делишься с нами знаниями. По-моему, обмен равноценный.

Никита согласился. Теперь он начал кое-что понимать.