Возвращение чародея - Сергей Мусаниф

– Может быть, сразу перейдем к главным темам? – предложил я.

– Хорошая мысль, – согласился Мигель. – Объясни нам, что за нелепую погоню ты устроил перед тем, как заявиться сюда. И еще я бы очень хотел знать, куда подевался твой чертов мизинец.

Проклятие! Я всячески старался скрывать отсутствие десятого пальца, но от этого взгляда ничего не утаишь.

– Мой мизинец пал в неравном бою, – сказал я.

– С кем ты дрался? И сколько трупов оставил за своей спиной?

Трупов за моей спиной осталось предостаточно, но они принадлежали гоблинам, которые всего-навсего собирались нами пообедать и не имели никакого отношения к потере пальца. Вряд ли Мигеля обрадует, если я расскажу, при каких обстоятельствах я расстался со своим мизинцем и что виновник, а точнее виновница этого до сих пор жива.

– Давайте поговорим о серьезных вещах, – сказал я, заметив, что не готов обсуждать многое из произошедшего со мной в последнее время. – О драконах, магах, предательстве, грядущей войне, Повелителе Молний и моих правах на эльфийский престол.

– Твои права на эльфийский престол обсуждению не подлежат, – заявил Мигель. – Мы уже снарядили корабль, один из самых быстроходных, который доставит тебя на Зеленые Острова меньше, чем за три недели.

– Только сначала тебе необходимо встретиться с Людовиком, – сказал Исидро.

– Но уже после того, как ты представишь нам полный отчет о тех глупостях, которые успел натворить, – сказал Мигель.

Просто здорово. Они уже все за меня решили. Прямо как в старые добрые времена.

– По-моему, вы слишком давите на мальчика, – пришел мне на помощь дон Диего. – Именно от таких разговоров он и сбежал год назад.

– Он уже не мальчик, – возразил Исидро. – Он мог скрываться от своего предназначения, только пока хранил Повелителя Молний, однако, воспользовавшись мечом, он сжег за собой все мосты и теперь должен лицом к лицу встретить последствия своего решения.

– Может быть, вы перестанете говорить обо мне так, словно меня здесь нет? – поинтересовался я.

– Вы знаете, что он заявил мне сегодня днем? – поинтересовался Мигель, продолжая игнорировать мое присутствие. – Что он, дескать, является королем эльфов и мы должны вести себя соответственно.

– Разве это не логично? – спросил я. – Или я мальчишка, которого можно шпынять за малейшую провинность, или я король эльфов, с Повелителем Молний и всей этой фигней по поводу предназначения, и тогда вы должны выказывать мне хоть какое-то уважение.

– Прежде уважение надо заслужить! – рявкнул Мигель.

– Он жив, – заметил дон Диего. – Несмотря на все опасности последнего года жизни. Одно только это достойно уважения, разве не так?

– Большинство опасностей он навлек на свою голову благодаря собственной глупости, – сказал Мигель.

– В молодости все совершают ошибки, – заметил Исидро. – Разве ты сам можешь похвастаться, что полностью избегал их? Тот факт, что ты совершил свои глупости чрезвычайно давно, ситуации не меняет. Я все их помню.

– Я воин, а он – король, – возразил Мигель.

– Короли не должны расти в тепличных условиях, – сказал Исидро. – Мы двадцать лет оберегали его от внешнего мира, и нет ничего странного в том, что он решил избавиться от нашей опеки.

– Но потом он все равно прибежал сюда.

– А ты предпочел бы, чтобы он этого не делал и отправился куда-то еще? – спросил Исидро. – Здесь его дом, так куда он должен был идти?

Между прочим, у них была уйма времени, чтобы подготовиться к этой беседе и разобраться хотя бы между собой. Светлейшие умы современности, а ведут себя… как я.

– Хватит препираться, – сказал дон Диего. – Что сделано, то сделано. Давайте лучше выслушаем его историю.

– Для начала я хотел бы пригласить сюда Карин, – заявил я. – Потому что это наша общая история, и мы прошли ее плечом к плечу почти с самого начала.

– Я не против, – заявил дон Диего. Жизнь была бы куда проще, если бы мои эльфийские опекуны были хотя бы чуть-чуть похожи на этого человека.

– Возможно, нам придется затронуть вопросы, о которых не должен слышать никто из посторонних, – сказал Исидро.

– Она – не посторонняя, – возразил я.

Ключевые слова произнесены. Сейчас начнется.

К моему величайшему удивлению, Мигель промолчал, никак не отреагировав на мою реплику. Исидро задумчиво погладил щеку и откусил кусок пирожного. Тоже не самое типичное поведение для мага, знающего об этой жизни все. По крайней мере, все, что только о ней следует знать.

Внезапно до меня дошла причина странностей их поведения. Они… стеснялись.

– Полагаю, по нашей вине в твоем образовании возник пробел, – наконец-то промолвил Исидро. – Пробел, касающийся отношения полов. Нам следовало знать, что молодой человек твоего возраста, впервые оказавшийся в огромном мире, о котором раньше знал только из книг или рассказов учителей, должен столкнуться с определенными сложностями и…

Мигель и дон Диего старательно отводили глаза.

– Тебе может показаться, что я вмешиваюсь в твою личную жизнь, – продолжал Исидро. – И это отчасти правильно. Но… Видишь ли, поскольку ты являешься не обычным человеком и даже не обычным эльфом, твоя личная жизнь является предметом для пристального внимания, а потому мы просто обязаны ее обсудить.

Я почувствовал, что краснею до корней волос. А может быть, и волосы тоже покраснели.

– Ты вырос не в тех условиях, в каких растет большинство эльфов, – сказал Исидро. – Проходит очень много времени, прежде чем молодой эльф может покинуть Зеленые Острова и посетить Вестланд. Большая часть даже не изъявляет такого желания. Эльфы живут в окружении себе подобных, и когда у них возникают… э… подобные вопросы, они находят ответы среди своих. Однако обстоятельства сложились таким образом, и отчасти это наша вина, что мы даже не подумали о подобной возможности, и… В общем, в твоем окружении не было других эльфов, кроме нас с Мигелем, не было ни одного твоего ровесника или ровесницы…

Как долго мой учитель собирается ходить вокруг да около? Почему бы сразу не задать вопрос, интересующий его больше всего?

– Спрошу в лоб, – сказал вдруг Исидро, словно прочитав мои мысли. – Как ты относишься к этой девушке?

– Отвечу в лоб, – сказал я. – Я ее люблю.

– Но она ведь… Она твоя первая, да?

– А разве это важно?

– Думаю, да. – Исидро снова потер лицо. – Видишь ли, первая любовь… она очень романтична, чувственна, но слепа. Тебе просто элементарно не с чем ее сравнивать. И в большинстве случаев первая любовь проходит.

– Тогда о чем вы беспокоитесь? – спросил я. – Пусть оно идет, как идет, а время расставит все по своим местам.