Клэрити - Ким Харрингтон

— И что теперь? — спросила я.

— Попробую отыскать его, — сказал Габриэль, опершись на капот машины. — По пингам.

Я прикрыла глаза от солнца, отражавшегося в переднем стекле:

— А что это?

— Его мать говорила про мобильный. Ты знаешь, как работают сотовые телефоны? Они испускают сигналы — пинги — каждые несколько минут, которые принимает ближайшая станция, а станция передает информацию в сеть.

— И что, станции сохраняют данные?

— Здесь по-разному. Есть такие, которые запоминают только последний пинг, а другие хранят суточную запись. Важно одно: чтобы телефон был включен.

— Тогда звони в компанию. Посмотрим, что у них есть, — заторопила я.

— Быстро не получится. На это нужно специальное разрешение. — Он отпер машину. — Может, через отца получим. Посмотрим.

Когда я вернулась домой, было уже пять. Мне нравилось, что теперь я могу уходить и возвращаться в любое время. Обычно я чувствовала себя как на привязи. Мама требовала, чтобы мы с Перри всегда были дома — на тот случай, если к нам вдруг зайдут клиенты. Выдерживать такой режим летом было особенно тяжело. Работа на полицию дала мне почувствовать вкус свободы, и мне этот вкус определенно нравился.

Габриэль высадил меня и быстро уехал. Я немного постояла и вдруг увидела, как из нашей двери вышел человек. Присмотревшись, я поняла, что это не клиент, а Фил Тисделл. Сутулясь, он плелся по дорожке с недовольным видом.

— Господин секретарь городского совета! — улыбнулась я ему. — Как поживаете?

Он неопределенно махнул рукой:

— Привет, Клэр. Буду рад видеть тебя завтра вечером.

Я никогда не видела Фила таким расстроенным — обычно в своем оптимизме он мог дать фору Санта-Клаусу. Увидев на нем тщательно отглаженные голубую рубашку и брюки, я еще больше удивилась — это при его то небрежности? Мне даже показалось, что от него пахнет одеколоном.

— А что будет завтра вечером? — спросила я.

— Банкет.

— Банкет? Понятия о нем не имею.

Казалось, мой ответ расстроил окончательно.

— Истпортская торговая палата проводит ежегодный банкет. Завтра вечером. Старла сказала, что она пойдет с тобой, — вздохнул он.

Наконец до меня дошло. Он попросил маму пойти с ним, а она отказалась, прикрывшись мной. Ладно, я еще поговорю с ней.

— Ах, это! Я и не думала, что это целый банкет. Нужно надеть вечернее платье? Мама не говорила, что я должна быть при параде.

Ложь давалась мне на удивление легко, не знаю, поверил Фил или нет, но он пробормотал, что будет рад видеть меня, и откланялся.

Я ворвалась в дом как ураган:

— Мама!

— Не надо кричать, дорогая! — Мама вышла из кухни в платье, которое, казалось, шили на сломанной швейной машинке. — Что случилось?

— Ты что, сама это шила? — оторопело спросила я.

Мама покружилась:

— Да! Называется гобеленовый сарафан. Я думаю, может, сварганить несколько и продать через Интернет? А что ты так кричала?

— Я только что встретила Фила Тисделла на улице.

— А-а… — Она поспешно развернулась и скрылась на кухне.

Я последовала за ней. Ей не удастся так просто отделаться от меня.

Кухня у нас довольно новая для такого дома. Несколько лет назад мы сделали ремонт и установили сантехнику из нержавейки. Мама настояла, чтобы шкафчики были покрашены в ярко-желтый цвет, поскольку кухня — это «уголок счастья» в доме.

— Собираюсь сделать кускус, — сказала она, поднимаясь на носках и доставая из шкафчика большую миску. — Хочешь?

— Нет, — ответила я, поскольку понятия не имела, что это такое. — Мама, ты ему соврала.

Она продолжала искать что-то на полках:

— Ты хотела, чтобы я его обидела?

— Тебя обязательно надо втянуть меня в свое вранье? И что, теперь я должна идти на этот банкет, чтобы он не обиделся еще больше?

Чтобы не смотреть мне в глаза, мама упорно продолжала рыться в шкафчиках.

— Что, это так плохо — провести вечер с матерью? — сказала она.

— Не в этом дело, мама… — Я сделала паузу, прежде чем высказать то, что давно собиралась сказать. — Ты не можешь всю жизнь прятаться от мужчин.

Она обернулась и пристально взглянула на меня:

— Что ты имеешь в виду?

— Что не так с Филом?

— С Филом все так.

— Вот именно. Он хороший друг. Он добрый. Он с ума сходит по тебе. Он вполне клевый для пожилого. А лысые сейчас в моде.

— Клэрити! Фил, конечно, всем хорош, и если бы я хотела встречаться с кем-то, это был бы только Фил. Он чудесный человек. Но ты знаешь, как обстоят дела.

— Нет, не знаю. Расскажи мне поподробней, как они обстоят.

— Все, я не хочу больше об этом говорить. — Она раскрыла поваренную книгу и притворилась, что читает рецепт.

— Ты все еще думаешь, что отец вернется?

— Будь добра, передай мне пакет с мукой с верхней полки… во-он в том шкафу.

Внутри меня все трепетало. Я знала, что подошла к черте, которую никогда не преступала раньше.

— Пятнадцать лет, мама, — произнесла я мягко. — Он не вернется. Отец не вернется к нам. Мы даже не знаем, жив ли он.

Мне показалось, что ей стало холодно, что она перестала дышать. Из ее глаз выкатилась одна-единственная слеза, и она стремглав выбежала из кухни.

Вот что я наделала…

Проснувшись на следующее утро, я первым делом подошла к окну. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы предугадать грозу. Воздух был наполнен влагой, на небе собирались тучи.

Я проверила мобильник. Единственное сообщение было от Габриэля, который подтверждал, что разрешение получено.

Приняв душ, я спустилась вниз и обнаружила, что мама полирует большой стол в гостиной. Со вчерашнего вечера мы с ней больше не говорили, и я знала, что особых последствий не будет. Когда случался трудный разговор, мама предпочитала забыть о нем или делала вид, что его вовсе не было.

— Готовишься к сеансам? — спросила я, заглядывая в дверь.

Она покачала головой:

— Ты принимаешь желаемое за действительное. Первые клиенты — в одиннадцать. Может, кто-нибудь раньше заглянет, если не захочет стоять в очереди к мадам Масловой.

— Бизнес снова пойдет, — сказала я. — Вспомни, что ты сама говорила! Слухи — лучшая реклама. Как только пойдет слух, что ни одно из предсказаний мадам Масловой не сбывается, люди вернутся к нам.

Мама улыбнулась, но я видела, что она делает это через силу. Напрасно я вчера наговорила ей… Неприятности с бизнесом да еще это…