Алиса в Итакдалии - Тахира Мафи

– Наверное, – поежившись, кивнула Алиса.

Напоминание о постигшей отца судьбе было болезненным, но девочка не дрогнула. Три года она волновалась за папу и гадала, куда он ушел, – а теперь была близка к нему, как никогда.

И при этом ужасно, ужасно далека.

Алиса мечтала о возвращении отца, как другие люди мечтают о богатстве и славе. Она сотни раз воображала себе их воссоединение – каждую слезу, улыбку и судорожное объятие. Но в итоге оказалось, что фантазировать о счастливой встрече удобнее издалека. Теперь девочку переполнял лишь страх. Что, если у них с Оливером ничего не получится? Что, если она испортит все какой-нибудь дурацкой ошибкой – и папа останется в Итакдалии навсегда? Как она сможет примириться с этой потерей, зная, что сама же в ней виновата?

Тревоги окутывали Алису, словно тяжелый плащ, туго стянутый на горле. Но как бы она ни боялась провала, Итакдалии и таящихся в ней ужасов, девочка продолжала шагать вперед. Пути назад не было.

Алиса окончательно потеряла счет времени, но чем дольше они шли, тем сильнее сгущалась тьма; и чем сильнее сгущалась тьма, тем холоднее было; и чем холоднее было, тем становилось тише; и чем становилось тише, тем отчетливее казались все звуки.

– Боже мой, – сказал Оливер. – У тебя в животе медведь рычит?

Алиса почувствовала, как заливается краской.

– Я не виновата, – ответила она. – У меня не было полуденника.

– И как ты себя чувствуешь? – спросил Оливер.

Он остановился, и Алиса последовала его примеру. Их окружал непроглядный мрак. Насколько хватало глаз, нигде не было и проблеска света.

– Прекрасно, спасибо.

Желудок Алисы завел очередную тоскливую песню, и девочка вздохнула.

– Если честно, я сейчас в обморок от голода упаду.

– То есть ты чувствуешь себя довольно пустой, верно?

Алиса недоуменно приподняла бровь.

– Пустой, – повторил мальчик. – Изнутри.

– Пустой, как дупло, – подтвердила девочка.

– Отлично. Безупречный расчет времени.

– Как можно быть таким грубым! Ничего хорошего в моем голоде нет!

– Если ты голоден, то можешь одним рывком выдернуть две редиски, – загадочно произнес Оливер. – И не две, а три. Не три, а четыре…

Мальчик понизил голос до шепота. Не сводя глаз со звезд, он торопливо нащупывал в воздухе что-то невидимое.

Алиса вытаращила глаза.

– Ты что делаешь?

Ответ не понадобился.

Что-то звякнуло, и в руке Оливера появился хвост железной цепи, спускавшейся, кажется, с самого неба. Мальчик дернул его, и сверху раздался звук, будто кто-то щелкнул садовыми ножницами.

В ту же секунду у них над головами вспыхнула лампочка.

Самая обычная лампочка без намека на провод, которая висела в пустоте в добрых трех метрах над землей – Алиса не смогла бы дотянуться до нее, даже встав на стул.

– Готова? – спросил Оливер.

– Конечно, – кивнула Алиса, с трудом отрывая взгляд от лампочки. – А к чему?

В следующую секунду мальчик обхватил ее за талию, и они со стремительностью пушечного ядра взмыли в ночное небо.

* * *

По-хорошему, Алисе следовало бы завопить – по крайней мере, такое поведение было бы вполне логичным, – только вот вопить ей совсем не хотелось. Во-первых, она ничуть не испугалась, а во‑вторых, в небе оказалось куда теплее, чем на земле. Она летела все вверх и вверх, легкая, как воздушный шарик, – пока они с Оливером не замедлились и не ступили на сотканный из облаков ковер. Только тогда Алиса поняла, почему было так важно зажечь ту первую лампочку. В небесах царил непроглядный мрак.

Алиса приоблачнилась первой; через мгновение рядом возник Оливер.

– Тут мило, правда? – спросил он.

Мило было не совсем подходящим словом. Алисе не было страшно – но определенно очень странно. Облако, которое их приютило, казалось ужасно ненадежным: дунь – и развеется. Но когда девочка поделилась своими опасениями с Оливером, тот лишь пожал плечами.

– Пока ты голодна, волноваться не о чем. Всегда лучше летать на пустой желудок.

Мальчик почти светился от радости.

Не успела Алиса и глазом моргнуть, как он присел на корточки и начал ощупывать росистый пух облаков, зарываясь пальцами в длинные молочные пряди. Порой Оливер протыкал особенно запутанный колтун насквозь, и тот превращался у него в руках в дождевую лужицу. Кажется, эта игра доставляла мальчику неподдельное удовольствие. Вдруг Алиса заметила, как он подносит ко рту полную пригоршню воды, и в ужасе дернула его за тунику.

– Эй! Ты же говорил, что в Итакдалии нельзя ничего есть!

– Это не еда, – возразил Оливер, облизывая пальцы. – Это удовольствие.

Глядя на его мечтательное лицо, Алиса задумалась, что чем дальше они углублялись в Итакдалию, тем свободнее чувствовал себя Оливер. (Разумеется, еще он поминутно нервничал, был настороже и даже моргал вполглаза, но почему-то казался здесь счастливее, чем в Ференвуде.) Куда подевался ворчливый мальчишка, преследовавший ее накануне? Теперь Оливер выглядел легкомысленным, почти беззаботным, и Алиса не смогла удержаться от улыбки. Возможно, они все-таки подружатся?

Алиса была яркой и интересной девочкой, но трудности последних трех лет лишили ее общества сверстников. Теперь же ей представился шанс начать все сначала и забыть о разочарованиях среднероста. Девочку переполняло воодушевление. В конце концов, теперь ей двенадцать, то есть по меркам Ференвуда она почти совершеннолетняя. Что, если повзрослеть и, значит, обзавестись новыми друзьями? В таком случае Алиса была не прочь расстаться с детством.

Вокруг теснились облака – мягкие, теплые, рыхлые. В воздухе пахло яблоникой и свежеиспеченным хлебом. Алиса никогда бы не подумала, что в небесах может быть так уютно.

Девочка перегнулась через край облака, чтобы посмотреть, высоко ли они забрались, но ничего не увидела. Внизу, насколько хватало глаз, клубилась темнота, а вокруг расстилались бесконечные туманные поля – такие мягкие и уютные… Алиса подумала, что не будет большой беды, если она на минуточку приляжет и вздремнет в одном из них. Я уже говорила, что облака были ужасно теплыми и мягкими? Впрочем, не важно. Алиса до смерти устала. А в небесах было так удобно, так дремотно…

– Алиса! – раздался крик у нее над ухом. – Алиса, нет!

Оливер изо всех сил встряхнул ее за плечи. С трудом разомкнув отяжелевшие веки, Алиса увидела, что ее спутника колотит дрожь.

– Что такое? – растерянно заморгала девочка. – Что случилось?

– Нельзя спать без снов, – жестко сказал Оливер. – Никогда, никогда не спи в Итакдалии без снов!

Он выглядел таким напуганным, что Алиса не сразу нашлась с ответом.