Пробудившие мрак - Евгений Гаглоев

– Что за крики?

– Побеседовали немного, – ответил Никита.

– С ним все в порядке?

– Конечно!

Они направились к лифту.

– Так ты узнал, что хотел? – спросила Татьяна.

– Без особых проблем. Этот трус сразу все выболтал!

– Отлично! – обрадовалась девушка. – Теперь вы сможете найти и уничтожить все доказательства, освободиться от этого старика. Но только Бажин останется на свободе…

– И вскоре найдет себе другую команду, – согласился Никита. – А нет способа упечь его за решетку?

Татьяна задумалась:

– Если бы он хранил награбленное дома, мы могли бы его арестовать. Но прямых доказательств его причастности к кражам нет.

– А если выйти на кого-нибудь из заказчиков? – спросил Никита.

– Но на кого?

– На Агату! – воскликнул Никита. – Ведь это она заказала кражу изумруда Темниковой.

– Возможно, – кивнула Татьяна. – Может, даже она все еще хранит «Пандемониум» у себя. У меня к ней накопилось немало вопросов. Только станет ли она отвечать?

– Станет, если ее немного припугнуть! Как и Быкова! – сказал Никита.

Татьяна посмотрела на него с сомнением:

– Не уверена. Она ведь настоящая ведьма! Но попробовать, конечно, можно. Кто знает… Вдруг она испугается рассвирепевшего оборотня?

– Ты знаешь, где она живет?

– Конечно.

– Тогда поехали к ней, – предложил Никита. – Прямо сейчас.

Выехав со двора, Татьяна направила машину в сторону старого города, и вскоре они были на месте.

Дом Агаты окружала старинная каменная ограда. Да и сам особняк выглядел так, словно простоял не одну сотню лет: высокая крыша с отбитой черепицей, потрескавшиеся стены увиты засохшими побегами дикого винограда, старомодные витражные окна покрыты толстым слоем пыли. Калитка была заперта, на ней висел большой замок.

Татьяна вопросительно оглянулась на Никиту.

– Кажется, здесь никто не живет, – пожал плечами тот. – Посмотри на окна.

Действительно, во многих окнах не хватало стекол, вместо них темнели старые доски с порыжевшими гвоздями.

– Ну что, осмотрим дом изнутри? – предложил Никита.

– Давай на всякий случай, – согласилась Татьяна. – Агата столько врала нам; наверное, и про дом обманула.

Легостаев легко взобрался на ограду и протянул Татьяне когтистую руку.

– Можно, конечно, просто выбить калитку, но тогда сразу заметят, что сюда кто-то наведался, – сказал он.

Девушка ухватилась за его руку, и Никита втащил ее наверх. Они спрыгнули во двор особняка и огляделись. За садом давно никто не следил, буйно разросшиеся кусты заполонили почти все свободное пространство. Но вдоль дорожки, ведущей к дому, ветки были подрезаны. Значит, здесь все же бывали люди.

Ребята поднялись на крыльцо. Дверь была заперта на такой же висячий замок, какой висел на калитке. Тогда Никита и Татьяна двинулись вдоль стены дома, заглядывая в окна, но разноцветные стекла покрывал такой толстый слой грязи и пыли, что рассмотреть что-либо было просто невозможно.

Зато доски, которыми забили одно из окон на первом этаже, держались на честном слове. Никита просунул под них когти и легко оторвал от рамы. Татьяна толкнула створку окна, и та отворилась с протяжным скрипом. Никита тут же вцепился в подоконник, подтянулся и влез в окно, затем помог взобраться Татьяне. Они спрыгнули в комнату и осмотрелись.

Потемневшие стены покрывала плесень. Не было никакой мебели, растрескавшиеся полы громко скрипели под ногами. Здесь точно никто не жил. Никита отправился бродить по дому. Всюду царило запустение, грязь, в углах на сквозняке раскачивались целые полотнища паутины. Лишь в одной комнате, самой дальней, сохранялся относительный порядок. В центре лежал небольшой квадратный ковер с толстым ворсом, на нем стоял металлический стул с высокой спинкой. По полу, от ковра, тянулись длинные провода, которые были подключены к небольшому прямоугольному прибору, установленному в углу на высокой подставке. Рядом с прибором стояло еще три стула.

– Что это? – удивилась Татьяна, рассматривая странное сооружение.

Никита нахмурился. Нечто подобное он уже видел раньше, даже испытывал на себе.

– Это камера для допросов, – тихо произнес он. – Наверное, человека привязывают к стулу, а затем бьют электрическим током. Это вполне в духе «Белого Ковена».

– Что? – вздрогнула Татьяна. – А ты ничего не путаешь?

– Похожее устройство, только меньших размеров, есть в кабинете Летиции. Она когда-то пыталась применить его ко мне. Этакий детектор лжи: скажешь неправду, тебя тут же ударит током.

Татьяна молчала, тревожно глядя то на стул, то на провода.

– Пойдем-ка отсюда, – решил Никита. – А то еще нагрянет кто-нибудь из помощников Летиции. Нам с ними встречаться ни к чему.

Девушка не стала возражать. Она была немного напугана, как показалось Легостаеву. Они выбрались из дома через то же окно, Никита, как сумел, приладил доски на место, и они вернулись в машину.

– И что теперь? – поинтересовалась Татьяна.

– Васька сказал, что документы Бажин хранит в своем кабинете. Нужно найти его тайник. Кто знает, может, там мы обнаружим что-то и на самого адвоката?

– Ты расскажешь Тимофею и Илье о Ваське?

– При следующей встрече. У меня нет номеров их телефонов. А что с Агатой? Ты расскажешь о ней Панкрату?

– Не знаю, – пожала плечами Татьяна. – Эмилия Гордуновская довольна ее работой. А то, что Агата состоит еще в какой-то организации, начальство не волнует, пока это не противоречит его интересам. К тому же Агата не в курсе, что я знаю о ней правду. Так какой смысл о ней докладывать? Может, лучше дождаться, когда она сделает какую-либо ошибку?

– Как все непросто, – вздохнул Никита.