Настоящие охотники за галлюцинациями - Дмитрий Мансуров

Появилась заставка, прошла реклама, началась программа о сложных взаимоотношениях в семьях, нахапавших сотни миллионов евро и не знающих, что теперь с ними делать, потому что они никак не уменьшаются.

— А где прогноз погоды-то? — воззвал Владислав, но телевизор остался глух к его вопросу.

— А кому он нужен в век рекламы? — философски заметила жена.

— Мне.

— Зачем? — удивилась жена. — Мы не в деревне живем, и за сохранность будущего урожая беспокоиться не нужно. А до осенних холодов еще жить, да жить. Главное, чтобы астрологический прогноз не забыли передать.

— Ха! — обрадовался возможности поквитаться Владислав. — Ты так уверена, что звезды говорят нам правду?

— Конечно! Они старые, прожили миллионы лет, им давно все известно и понятно. Они на нас смотрят в галактические микроскопы и говорят: вон у той планеты завтра сложный день — на ней заведется и взорвется цивилизация.

— Шутим?

— Угу. Ты завершил свой опыт? Посмотреть охота.

— Я позову, — Владислав вскочил с дивана и вернулся на кухню. Мысли по поводу института на время вытеснили все остальное, и он забыл даже о миллионе, который намеревался выиграть и ненадолго прославиться на целый мир.

Сковородка лежала в раковине, но теперь струя воды проходила сквозь нее, как нож сквозь масло, не оставляя на поверхности ни единой капли.

— Что же тебе надо, вредина антипригарная? — в сердцах воскликнул Владислав.

— Ты меня звал? — отозвалась из комнаты жена.

Владислав поперхнулся и закашлялся.

— Нет! Смотри сериал, не отвлекайся! — он схватил сковородку за рукоятку, и в следующий миг поток воды потек по сковородке, наполняя дно и вытекая наружу. — Опаньки…

Он отпустил сковородку, и вода снова потекла сквозь нее.

— Так вот, в чем проблема! — Владислав стукнул себя по лбу за то, что сразу не сообразил, что к чему. Если бы он сразу подумал о причинах, заставивших разбившееся яйцо растечься не по сковородке, а по плите, то быстро нашел бы ответ. Теперь можно и зрителей звать на первый сеанс магии. И заодно пожарить яичницу с колбасой, раз уж все лежит под руками. — Света, эксперимент прошел удачно! Иди смотреть!

Жена появилась спустя три минуты — не потому, что внезапно передумала смотреть на результаты эксперимента, а просто ждала, когда ее любимый на данное время сериал прервется на вездесущую рекламу совершенно бесполезных в обыденной жизни предметов и вещей.

— Ну, показывай! — воскликнула она, усаживаясь на стул и смотря на мужа во все глаза. — Что на этот раз ты придумал: машину времени или квадратуру круга?

— Квадратура круга невозможна, потому что число Пи бесконечно, — ответил Владислав.

— И что с того?

— А то, что бесконечное число и делает задачу вычисления квадратуры круга невозможной. Лучше смотри сюда, а то самое интересное пропустишь.

— Уже, и не отрываясь.

Владислав зажег газ и поставил на него сковородку. Жена удивленно хмыкнула, но ничего не спросила. Владислав разбил три яйца и вылил их в литровую кружку, куда заранее сложил нарезанную дольками колбасу.

— Внимание! — воскликнул он. — Сейчас уважаемая публика увидит доселе невиданное действие!

— Что я, не видела, как яичница с колбасой жарится?

— Видела, — кивнул Владислав. Он взял одной рукой сковородку и подержал ее над огнем. Дождавшись, пока она нагреется, он повернулся к жене и резко вылил меланж с колбасой на сковородку. Яичница побелела, скрывая колбасу под белой пленкой белка. Глаза жены расширились от изумления: она впервые в жизни увидела, как яичница готовится сама по себе в метре с небольшим от пола. Владислав понял: миллион ему обеспечен. Лишь бы допустили к показу в передаче, ведь показать трюк необычнее этого не сумеет никто при всем желании.

— Как ты это сделал? — охрипшим голосом спросила жена. — Это голограмма? Признавайся, ты встроил в стены и потолок микропроекторы.

— Признаюсь, — сказал Владислав, доставая тарелку и перекладывая в неё пожарившееся блюдо. — Попробуй проекцию на вкус и убедись в том, что мы научились создавать и вкусовые галлюцинации, плавно переходящие в галлюцинацию сытости.

Жена с повышенной осторожностью — словно на тарелке лежала не обычная, привычная с раннего детства еда, а неизвестное блюдо, приготовленное из чуждых инопланетных растений, привезенных с планет звезды Альфа Центавра, — дотронулась до нее вилкой, отделила небольшой кусочек и поднесла его ко рту. Принюхалась, спросила:

— Ты посолить не забыл? — и, не дожидаясь ответа, храбро сунула кусочек в рот.

Владислав молча ждал. Он не сомневался в том, что яичница ничем не отличается от приготавливаемой им на обычной сковороде, хотя и делал скидку на то, что она принадлежала чертям и могла добавить в еду легкое серное послевкусие.

— Потрясающе! Ничего вкуснее я никогда не ела! — воодушевленно сказала жена.

— Намекаешь, что мне теперь готовить еду?

— Какой ты проницательный, — улыбнулась Света. — Раскроешь секрет?

— Не могу, — ответил Владислав. — Это такой секрет, что за него могут убить.

— Так уж и убить? — не поверила жена.

— Во всяком случае, изобьют основательно, — заметил Владислав, мстительно подумав, что он все же пережил избиение и чувствует себя довольно сносно. Месть рогатых оказалась быстрой и болезненной, но благодаря крикам Наташи последствия оказались не так страшны, как показалось в момент, когда Владислав увидел физиономии разгневанных чертей. Он думал, что его и вовсе разорвут на мелкие кусочки. — Когда-нибудь, когда я выйду на пенсию, я расскажу тебе о том, как достиг таких успехов. На ушко нашепчу, чтобы другие не услышали.

— Жадина, — ответила жена, но настаивать не стала.

Вечером Владислав подвесил сковородку в спальне на саморез, где висела мухобойка. С помощью одолженной у чертей посудины он планировал каждое утро проверять: исчезла ли способность видеть рогатых и принадлежавшие им предметы, или же его «не отпустит» еще на какое-то время?

Ему было, о чем подумать. Предостережение черта насчет игры с огнем запало в душу, и хотя Владислав ощущал себя победителем в схватке с нечистыми, но понимал: не окажись рядом Наташи — и результат побоища стал бы совсем другим. Ведь черти все-таки умудрились разбить окна и выбить двери. Избивай они Владислава с такой же силой — он лежал бы сейчас не дома на кровати, а в морге, представляя собой один огромный синяк.

Он запоздало сообразил: при всей злости чертей, они пощадили виновника и не сделали из него настоящую отбивную. Что стало тому виной — восхищение первым в мире человеком, который сумел дернуть чертей за хвосты, или что он вообще сумел их увидеть, не пребывая при этом в мире алкогольных грез, Владислав не знал. Но знал, что теперь обратного хода нет. Да и коллеги не пожелают отказаться от шанса заработать на черный день. При скромной институтской зарплате подобное желание вполне понятно и оправдано. Поэтому срочно придется придумать способ изгнания чертей, чтобы они не почувствовали себя оскорбленными до глубины души или не смогли нанести целителю и его команде ответный удар.