Настоящие охотники за галлюцинациями - Дмитрий Мансуров

— Институт разгромили, Витя, — признался он. В глазах сына загорелся огонек интереса, а черт на заднем плане и вовсе упал на пол, перед этим согнувшись пополам от злорадного хохота.

«Вот ведь собака… — эмоционально подумал Владислав. — Еще и злорадствует!»

— Ух, ты! А зачем? — поинтересовался Витя.

Владислав перевел взгляд с черта на сына.

— Нужен был повод начать ремонт, а его никак не находили.

— Правда?! — восхитился Витя. — Пап, а ведь мы тоже в квартире давно ремонт не делали. Можно, я прямо сейчас дам повод?

— В отличие от института, у нас нет денег на ремонт, — остановил его Владислав. — И на самом деле не мы разгромили институт.

— А кто?

— У нас какая-то аномалия завелась.

Черт захохотал пуще прежнего, что не помешало ему посмотреть на Владислава с укоризной: сам ты аномалия! Тебя за хвост дерни — еще посмотрим, сколько зданий по кирпичику разнесешь от обиды и злости!

— Круто! — прокомментировал сын. — Нам бы такую в школу перед контрольной.

Черт воссиял и положительно закивал головой.

— Даже не думай! — приказал Владислав, по большей части обращаясь к черту, а не к сыну.

— Почему? — не понял Витя. Черт показал язык.

— После такого разгрома вам придется учиться во время летних каникул, — пояснил Владислав. — Оно тебе надо?

Сын оказался здравомыслящим.

— Хм…действительно… — сказал он. — Ладно, я тогда погулять схожу.

— Уроки сделал?

— А нам ничего не задали.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

— А почему ничего не задали?

— Эксперимент, — пояснил сын, но в подробности не пустился.

— Пусть так, — кивнул Владислав. — Но если меня вызовут в школу наблюдать за катастрофическими последствиями этого эксперимента, определенной части твоего тела не избежать многократного столкновения с моим ремнем.

Сын удивился:

— А почему сразу моего? — спросил он. — Я — обычная подопытная свинка. Это все завучи с учителями химичат, вот им и должно доставаться за катастрофические последствия.

— Учителя тоже не при делах, — уточнил Владислав. — Им сверху директивы присылают.

— Значит, — подытожил сын, мысленно проведя цепочку до самого верха, — за провал эксперимента ты устроишь столкновение ремня с определенной частью тела министра образования?

— Нет, — отрицательно кивнул головой Владислав. — Наши министры изучают опыт западных стран и перенимают его на нашу голову.

— Ты отправишься бить ремнем американского президента? — сделал вывод сын.

— Поздно его бить ремнем… — вздохнул Владислав. — Уже не поможет.

— Угу… — глубокомысленно ответил сын. — Значит, за катастрофы в нашей жизни виновных не найти?

— Именно… — поддакнул Владислав. — Слушай, Витя, вы в школе философию начали изучать, что ли? Я от тебя никогда еще таких ответов не слышал.

— Я сам по себе такой умный! — гордо ответил сын.

— Ну, раз так, то можешь смело идти гулять, — разрешил Владислав и отправился на кухню подогревать вчерашний борщ.

Сын позвонил другу по сотовому телефону и пулей выскочил на улицу.

Оставшийся наедине с компьютером черт не стал терять времени.

— Билл Гейтс маст дай! — азартно прокричал он и, прежде чем Владислав поел и позвал черта на серьезный разговор, успел устроить в операционной системе форменный беспорядок.

— Что значит, как мы определяем, кого долбить по голове? — удивился черт, когда Владислав поделился с ним своими соображениями и идеей Геннадия. Против поимки сородичей черт ничего не имел — сказывалась мелко-злодейская натура последнего и желание посмотреть, чем это шоу закончится. А некоторых чертей он был готов и лично упрятать куда подальше, лишь бы не видеть их до скончания времен. — Никак не определяем. Просто знаем, и всё.

— И ни разу не ошибались?

— Во-первых, — пояснил черт, довольно улыбаясь, — сидение на чужой шее приятно само по себе, даже на ошибочно занятой, а во-вторых, мы же знаем, на чьи шеи садиться. Хотя… — не стал он отпираться, — всякое бывало. И лупили по башкам не тех, кого надо… Сам, наверное, помнишь, как голова начинала болеть ни с того, ни с сего. Как раз такой случай. А бывает, нас еще сгоняют с шей конкуренты.

— Прости? — не понял Владислав. — Какие конкуренты?

— О! — черт запрыгнул на диван и весело заболтал ножками. На вид — ребенок ребенком, только с рожками. — Желающих использовать людей в качестве подопытных организмов хватает с избытком. Есть мы, занимающиеся избиением алкоголиков. Есть существа, которые вызывают долгую головную боль… есть такие, которые… э-э-э… доводят наркоманов до безумства… в общем, много всего вокруг вас обитает, долго перечислять. Пока что ты видел самую малость из окружающего вас мира.

— Самую малость? — ужаснулся Владислав.

— Ага! На Земле, знаешь ли, такое творится… — черт артистически закатил глаза, — Настоящий Армагеддон, приведенный в культурные и мирные рамки. Но тебе лучше об этом не знать — будешь спать спокойнее.

— Я уже об этом знаю — ты рассказал.

— Я всего лишь намекнул, — возразил черт. — И вообще, давай сделаем так: я и дальше буду тебе только намекать на наши действия, но не стану выкладывать информацию о наших слабых местах на блюдечке с золотой каемочкой.

— Почему?

— Если меня отыщут, то свернут в бараний рог, а это крайне болезненное действо. Так что тебе лучше самому выяснить, что к чему.

— Хорошо, тогда намекни, как вы узнаете «ваших» людей?

— Если коротко, то чем дольше человек пьет, тем сильнее он нас притягивает, — сказал черт. — Ключ к загадке ищи сам. Он лежит на поверхности, и его поиски не займут много времени.

И исчез, словно корова языком слизнула.

Владислав в нетерпении уселся за компьютер. Намереваясь пойти по пути наименьшего сопротивления и получить ответ на искомый вопрос с помощью поисковика, он нажал на иконку браузера и сразу же схлопотал виртуальный удар под дых: ярлыки программ не соответствовали самим программам. Нажатие на иконку основного браузера вызвало «к жизни» игру в дурака, а попытка включить любимые песни восьмидесятых обернулась вызовом не менее древней программы, предлагавшей отформатировать диски. Остальные программы и вовсе отказывались запускаться, из-за чего Владислав уже через три минуты заковыристо чертыхался сквозь зубы.

«Похоже, черт времени даром не терял, — подумал он. — Больше некому. Дети давно уже разбираются в компьютерах больше меня, и ломать любимую игрушку не станут ни за какие коврижки. Они скорее телевизор с балкона швырнут, чем позволят компьютеру заглючить. Явно черт».