Пепел к пеплу - Карина Хэлли

— Кошмар, — она обняла себя и посмотрела в сторону лестницы. — Не хотелось бы оказаться в здании с кем-то, кроме нас.

— Ты о призраках или людях? — осторожно сказала я.

— Людях, — громко сказала она. — Меня не беспокоят призраки. Откуда нам знать, что это не бездомный, что живет в здании? И у него может быть собака. Неплохое место наверху, и никто не знает.

— Я знаю, что видела, — сказала я. — Это была не собака.

— Но ты не знаешь точно, — сказала она. — Глаза могут обманывать, потому вы с Дексом видели разное.

— Но и призраки могут дразнить.

Декс помахал камерой.

— У меня есть материал, мы посмотрим и поймем, что делать. Уже одиннадцать. Мы можем остаться в мотеле.

— Не можем, — напомнила я. — Мы заперты, забыл? У Карла ключи, а не у нас.

— Детка, в другом конце есть черный ход. Мы просто получим за это.

— Уже получим, ведь активировали датчик движения, — проворчала я, прижала пальцы ко лбу и посмотрела на Ребекку. — Ладно, босс. Что нам делать? Наверх я не пойду. Но и тут одна сидеть не хочу. Если хочешь исследовать с камерой и светом, то сама.

— Ладно, — она протянула руки. — Давайте.

Я прижала фонарь к груди, отошла от нее.

— Ребекка… я шутила.

— А я нет. Вы что-то видели. Я хочу поискать. Они уже завтра узнают, что мы были наверху, так что стоит выжать все, что можем. Я хочу пойти наверх. Одна.

Я посмотрела на Декса.

— Она сошла с ума, — иначе не скажешь.

— Знаю, — она посмотрела на нас. — Я сейчас не в себе, еще и время позднее. Но я хочу разобраться с этим, так что позвольте, — она пошевелила ладонями.

— Это может быть опасно, — сказал Декс, но я слышал, что он сдавался.

Она сжала губы.

— Может, я хочу немного дикости, — она выхватила у него камеру, забрала у меня фонарь. Она поправила настройки и кивнула нам. — Если не вернусь через полчаса… ждите еще.

Мы смотрели, а она ушла.

— Мне стоит пойти за ней, — Декс шагнул туда.

— Не смей, Декс, — я схватила его за куртку. — Не смей бросать меня тут. Ты не можешь.

Его лицо смягчилось, когда он увидел мою панику.

— И не буду. Прости. Я просто переживал за нее.

— Как и я! — сказала я. — Мы знаем, что видели. Отчасти, — чем больше я думала об этом, тем сильнее считала это обманом зрения. Может, то была собака. Может, сверху есть бомж. Забавно, но я надеялась, что это не так. С Ребеккой призраки казались меньшей угрозой. — Первая ночь оказалась адовой, — пробормотала я.

— Точно, — он схватил меня за руку. — Нет смысла ждать ее. Приготовимся спать, и когда будем засыпать, она вернется.

А если нет? Что тогда?

Хоть сон казался невозможным, мы с Дексом надели пижамы и собрались ложиться. Он проводил меня до туалета, стоял на страже, потому что мне было страшно одной. Когда мы вернулись и легли в кровати — я решила втиснуться с Дексом на одну этой ночью — Ребекка вернулась.

Она появилась на пороге как тень, чуть не вызвав мой крик, пока я не поняла, что это она.

Мы с Дексом сели, и я чуть не упала с кровати при этом.

— Что случилось? — спросил он.

Она вздохнула и вошла, закрыла за собой дверь со щелчком. Она плюхнулась на стул напротив нас, оставив камеру и фонарь на стойке.

— Я ничего странного не увидела. Может, необычное. Свет в комнате горел, когда я пришла. Там был старый плесневелый стол и лампа на нем. И она горела… не знаю, как. Значит, электричество там есть. Я не обнаружила признаков жизни. Может, они на других этажах. Но тени не двигались, и дети не говорили.

— Но ты нам веришь, — напомнила я ей.

Она кивнула, утомленно глядя в пространство.

— Да, Перри, я вам верю. Я слышала музыку до этого. Я верю, что что-то здесь… особенно это ощущается на том этаже. Словно давление воздуха другое. Но видела ли я что-то странное кроме той лампы? Нет. Посмотрим материал?

— Знаете, что, — сказала я, — Не думаю, что стоит делать это сегодня. Может, посмотрим в свете дня?

Должна признать, что то, что с ней ничего страшного не произошло, успокоило меня. Но, когда она легла, я встала и подперла дверь стулом. Если кто-то решит войти, это их не пустит. Так мне было проще. И в сильных руках Декса, обнимающих меня.

Жаль, нельзя было сделать так с головой, помешать себе думать о темных фигурах, что ползали на четвереньках, или призраках детей, что бегали за мячом.

Казалось, уже восходило солнце, когда мое уставшее тело смогло уснуть.