Дороги скорби - Павел Серяков

Как и предполагал боец Янтарных Скорпионов, скрывавшийся под личиной гнездовского стражника, бургомистр Марк был на месте. Он видел Псаря в окно и теперь ожидал гостя в зале собраний. Безусловно, шумиха, поднятая вокруг прибывшего в город наёмника, дошла и до его ушей, но сейчас Марка это не интересовало.

Весьма тучный и неряшливый на вид человек с копной чёрных волос. Ожидание рождало волнение, а ситуация усиливала его во сто крат.

Вопреки ожиданиям Гончей, Марк был молод, но мысли витали вокруг другого. Псарь рассуждал над тем, как янтарной бригаде удалось внедрить своего человека в городскую стражу. После той жуткой войны даже самая прогнившая сволочь не позарилась бы на золото Трефов, но, как говорил Кац, если не знаешь, в чем дело, — дело в деньгах. Возможно, человек по имени Лукаш действительно поступал на службу в стражу, но также вероятно, что тот самый Лукаш давно помер, а его место занял специально обученный человек. «У Лукаша даже говор гнездовский», — подумал он.

— Ты… Вы… — Марк, одернув полы дублета, одернул свой же язык. — С кем имею честь?

— Я из простых, — ответил Иво и осмотрел каждый угол ратуши, — ваш телохранитель может перестать прятаться, я вижу его сапоги.

Бургомистр кинул гневный взгляд в сторону выхода.

— Издержки профессии, — начал он, — ты должен понять.

— Понимаю.

— Ты прибыл сюда после известия о кончине твоего коллеги.

— Верно.

— И чего ты хочешь от нас?

— Зависит от того, как он умер, — ответил Псарь, — если его убили после выполнения условий контракта, принять меры.

— А если он не исполнил оных?

— Принять меры, — повторил наёмник, — если так, на кону репутация.

— Второе. После его смерти не изменилось ровны счетом ничего… — бургомистр замялся. — Кхм… Хотя…

— Что?

— Вы дорожите репутацией? — Сказав это, Марк содрогнулся. Иво сообразил, что перед ним человек весьма мягкий. — В любом случае я внес аванс и не отказываюсь платить дальше. У Вранов, знаешь ли, тоже есть репутация.

Иво извлёк новый контракт и, подойдя к градоправителю на расстояние десяти шагов, положил документ на лавку.

— На оборотной стороне нужно вписать мое имя. Я Иво. Вам следует написать, что я доделываю работу за другого Псаря, и указать сумму желаемой компенсации.

— Компенсации? — переспросил бургомистр Гнездовья. — Даже так?

— Даже так, — Иво улыбнулся. — Мы ценим ваше терпение и возместим, как их… Мать моя… Моральные убытки.

— Ну… мы заплатили немалые деньги и… — Он поймал на себе пристальный взгляд Иво и замялся еще сильнее. — Давай так: ты убьешь негодяев, а мы не станем взимать с вас компенсации. Ситуация плачевна. Настолько плачевна, что в случае твоего успеха я доплачу тебе сверху.

— Псарню это устраивает. Доплаченные вами деньги переведёте на счёт ростовщической конторы Каца.

Бургомистр, заметно волнуясь, приблизился к Иво и перешёл на шёпот:

— Но обо всем, что ты узнаешь, пообещай хранить молчание.

— Псарня не торгует информацией. Мы оказываем другие услуги.

Марк взял с лавки пергамент и аккуратно спрятал в кожаный футляр.

— Тебя же интересуют детали?

— Да.

— Тогда присаживайся.

Иво с радостью уронил зад на лавку. Ему было дурно. Псаря мутило, и он не мог понять с чего. Казалось, что все это с ним уже происходило.