Эления - Дэвид Эддингс

— Это что-то новое, — сказал сэр Тиниен сэру Улэфу. — Я никогда еще не видел человека с вылезающими из ушей мозгами.

— Да, Кьюрик — мастер в своем деле, — согласился сэр Улэф.

— Вам еще что-то не понятно? — угрожающе спросил Спархок остальных солдат.

Те молча стояли, уставившись на него.

— Вам был дан приказ сложить оружие, — пояснил им Келтэн.

Солдаты спешно отбросили в сторону все, чем были вооружены.

— Мы сменяем вас на посту, приятели, — сообщил им Спархок. — А вы можете присоединиться к вашим друзьям на площади.

Солдаты быстро бросились вниз по ступеням.

Пандионцы, оставаясь верхом на лошадях, медленно наступали на солдат церкви, столпившихся на площади. Наиболее ретивые из них пытались оказать сопротивление, но тут же были наказаны тем же самым способом, о котором упоминал лорд Вэнион. По площади рекой лилась кровь, тут и там попадались отрубленные головы, руки, ноги. Все больше и больше солдат церкви, осознав, на чьей стороне сила, бросали свое оружие и, поднимая руки, сдавались. Одна упорная кучка сопротивляющихся никак не желала примириться с обстоятельствами, тогда рыцари оттеснили их к одной из стен и устроили им там кровавую баню.

Вэнион оглядел площадь.

— Отведите оставшихся в живых на конюшни и поставьте стражу, — приказал он. Затем спешился и пошел назад к разбитым воротам. — Все кончено, матушка, — позвал он Сефрению, поджидавшую снаружи вместе с Телэном и Беритом.

Сефрения выехала на площадь верхом на своей белой лошадке, одной рукою прикрывая глаза. Телэн, наоборот, с мальчишеским любопытством озирался по сторонам.

— Давай-ка уберем его отсюда, — сказал Кьюрику Улэф, приподнимая за плечи убитого офицера. Они оттащили мертвое тело в сторону, а Тиниен заботливо отшвырнул ногой с верхней ступени небольшую кучку вытекших мозгов в сторону.

— Вы что, всегда своих врагов рубите на куски? — спросил Телэн Спархока, пока тот помогал Сефрении спуститься с лошади.

— Думаю, что нет, — пожал плечами Спархок. — Просто Вэнион хотел, чтобы солдаты видели то, что с ними может случиться, если они будут дольше оказывать сопротивление. Вид расчлененного тела весьма убедителен.

— Спархок, я прошу тебя! — дрогнувшим голосом произнесла Сефрения.

— Прости, матушка.

Тут к ним подошел Вэнион, а с ним двенадцать рыцарей.

— Сефрения, лучше будет, если мы пойдем вперед, а ты за нами, — сказал Магистр. — Во дворце могут скрываться солдаты.

В этом Вэнион оказался прав, но рыцари без особого труда вытаскивали солдат из мест их укрытий, отводили к дверям и давали весьма исчерпывающие указания присоединиться к своим товарищам на конюшне.

Палата Совета никем не охранялась, Спархок открыл ведущую в нее дверь и пропустил вперед Вэниона.

За столом в центре залы сидел съежившийся и трясущийся от страха Личеас, с ним вместе были толстяк в красном и барон Гарпарин, безуспешно дергавший шнур от звонка.

— Вы не смеете входить сюда! — визгливо крикнул Гарпарин своим высоким женским голосом. — Я приказываю вам от имени короля Личеаса немедленно убраться отсюда.

Вэнион холодно посмотрел на барона. Спархок знал, что Магистр питал к этому любителю мальчиков нескрываемое презрение.

— Этот человек раздражает меня, — сказал Вэнион ровным спокойным голосом, указывая на Гарпарина. — Позаботьтесь кто-нибудь о нем.

Улэф подошел к столу, крепко сжимая в руках свой боевой топор.

— Вы не имеете права! — пронзительно завизжал Гарпарин, съежившись от страха и все еще продолжая дергать шнур от звонка. — Я — член Королевского Совета. Вы не посмеете.

Однако Улэф посмел, и голова барона отскочила от его туловища, прокатилась по ковру до окна, где и осталась лежать, вытаращив на белый свет свои безжизненные глаза.

— Я вас правильно понял, лорд Вэнион? — осведомился Улэф.

— Приблизительно, да. Благодарю тебя, сэр Улэф.

— А как насчет этих двух? — спросил Улэф, указывая своим топором на сидящих Личеаса и толстяка.

— О, нет, не сейчас, сэр Улэф, — остановил его магистр и подошел к столу, по-прежнему неся с собой тяжелый короб с мечами павших рыцарей. — Итак, Личеас, где лорд Лэнда?

Личеас оторопело взирал на Вэниона и молчал.

— Сэр Улэф, — произнес Вэнион холодным как лед тоном.

Улэф мрачно поднял свой окровавленный топор.

— Нет! — закричал Личеас. — Лорд Лэнда заключен в подземной темнице, но мы не причинили ему никакого вреда, лорд Вэнион. Я клянусь вам, что он…

— Возьмите Личеаса и этого толстяка и ступайте с ними в темницу, — приказал Вэнион двум своим рыцарям. — Освободите графа Лэндийского, а этих посадите вместо него. Попросите графа прийти сюда.

— Разрешите, милорд, — попросил Спархок.

— Конечно.

— Бастард Личеас, — начал свою речь Спархок. — Мне, как Рыцарю Королевы, доставляет особое удовольствие присутствовать при твоем аресте по обвинению в государственной измене. Какое наказание тебя ждет за это — ни для кого не секрет. Мы займемся этим, как только наступит подходящий момент. Я думаю, мысли об этом скрасят длинные утомительные часы твоего заключения.

— Я могу сэкономить твое драгоценного время, Спархок, — с готовностью предложил Улэф, снова поднимая топор.

Спархок помолчал, размышляя над его предложением.

— Нет, — с сожалением в голосе произнес он затем. — Личеас виновен и перед всем населением Симмура, и мы не имеем права лишать людей превеселого зрелища публичной казни.

Сэр Перрейн и еще один рыцарь взяли под руки бледного и трясущегося Личеаса и потащили его к двери.

— Ты