Сновидения Ехо - Макс Фрай

Я вообще выдающийся мастер слова.

– О, а у вас тоже так не бывает? – внезапно оживилась леди Лари.

– Что именно?

– Ну конечно! – почему-то обрадовалась она. – И в Куанкурохе не бывает, и в Чангайе, я же расспрашивала…

– Да что не бывает-то?

– Дети так, как у нас, не появляются.

– Что?!

– Не все дети, конечно, а только некоторые.

Я всерьез задумался, не припарковать ли амобилер у какой-нибудь обочины. Потому что, похоже, меня вот-вот сведут с ума. И лучше бы мне в этот момент не управлять движущимся транспортным средством.

Но леди Лари сжалилась и пустилась в объяснения.

– У нас порой случается, что если чья-то семья слишком мала – вот как у нас с Ди: родители умерли, дедушки и бабушки тоже, дядей и теток нет, подходящие спутники жизни пока не встретились, и людей это печалит, в семье вдруг появляется ребенок. Никто его не рожает, никто ниоткуда не приносит, ребенок просто появляется, и все. Говорят, таких детей дает само Великое Крайнее море, которое только кажется суровым, а на самом деле милосердно, хоть и не любит это показывать. Такой ребенок похож на всех членов семьи, и вообще сразу ясно, что он – не подкидыш, а свой, родной. Только ни матери, ни отца у него нет, поэтому их обычно называют «племянниками» и «племянницами» – просто чтобы как-то обозначить кровное родство. Вот и у нас с Ди появился Иш. Мы были очень ему рады – ну, то есть ей; неважно, пусть будет, кем хочет, лишь бы самому нравилось.

– Ого! – присвистнул я.

– Так вот почему ты смогла почувствовать вкус моей еды, – сказала подружке Базилио. – А я-то все голову ломала! Теперь понятно. Наверное, ты тоже немножко овеществленная иллюзия. Надо будет Старшему Помощнику Придворного Профессора о тебе рассказать, то-то он обрадуется! Он говорил, что нас, овеществленных иллюзий, способных долго жить, никуда не исчезая, очень мало, а в Соединенном Королевстве сейчас вообще только я одна. К тому же, в некоторые игры лучше играть втроем, я точно знаю. А Макс вечно занят. И все остальные тоже.

Все-таки она у нас очень практичная барышня. И умеет позаботиться о своих интересах, по крайней мере, в вопросах, которые считает важными.

– Было бы здорово, – откликнулась Иш. – Но, по-моему, я все-таки самая обыкновенная, никакая не иллюзия, ничего особенного во мне нет. Даже чудовищем никогда в жизни не была.

– Это тебе крупно повезло, – заверила ее Базилио. – Когда я только родилась, все вокруг только и думали, будто я хочу их съесть, представляешь? Даже Макс признался, что тоже сперва так решил, хотя виду не подал. Он вообще очень храбрый.

Никогда не знаешь, где, когда и от кого получишь самый увесистый комплимент в своей жизни. Я так обрадовался, что передумал сходить с ума на почве особенностей урдерской демографии. Было бы от чего! Этот Мир исполнен магии – весь, целиком. И ее проявления, как я в последнее время начал понимать, чрезвычайно разнообразны. Мало ли, где какие чудеса у нас тут творятся. При настолько слабо развитых информационных технологиях совершенно нормально практически ни о чем ни хрена не знать.

В общем, я благополучно довез всю компанию к месту назначения. Высадил их у входа во двор и сам вышел следом, твердо рассчитывая, как минимум, на остатки вчерашнего Ледяного Горного рулета, ну или что еще там мы не успели доесть за ужином.

Правильно сделал, что отправился за ними, а то пропустил бы удивительное зрелище: на пороге закрытого трактира сидел Малдо Йоз. В шляпе, как ему и положено. С таким видом, словно вчера нанялся работать в этот трактир посудомойщиком и вот, явился на службу, а тут – никого.

– Я просто случайно мимо проходил, – невозмутимо сказал он. – Подумал, почему бы не заглянуть? Никого не застал и решил дождаться. Обидно было бы уйти, так и не пожелав вам хорошего утра. Ну или уже не утра; ай, все равно.

И посмотрел на Иш, да так, что я наконец понял, какого черта он вчера засиделся в «Свете Саллари» до ночи. И с утра снова пришел. Ничего себе дела.

Хорошо хоть она сегодня в мальчишку не превратилась, а то был бы свежеиспеченному ухажеру сюрприз. Впрочем, еще, надо полагать, будет. Ладно, пусть сам разбирается. Взрослый человек, хоть и гений. А кто, собственно, не гений в наши трудные времена? Все хороши.

В трактире я устроился за столом поближе к Ди. Разговор о его родственниках требовал завершения. Потому что шокировали меня урдерцы, конечно, знатно, но надежду на существование какого-нибудь семиюродного внучатого племянника, влачащего тяжкий груз разноцветного проклятия, пока не отняли. И этот вопрос следовало немедленно прояснить.

– Так у вас с леди Лари и Иш больше вообще никакой родни? – спросил я.

Бесцеремонно, конечно. А что делать.

– Никакой, – печально подтвердил Дигоран Ари Турбон.

На лице его явственно проступил лиловый цвет огорчения. Я растерялся. Совершенно не хотел его расстраивать. Никогда не угадаешь, где у кого больная мозоль.

– Извините, – сказал я. – В голову не пришло, что вам может быть неприятно, а то ни за что не стал бы расспрашивать.

– Нет-нет, что вы, – запротестовал он. – Нет ничего неприятного в ваших вопросах. Просто я подумал… Мне показалось…

На этом месте мой собеседник смущенно осекся и умолк. Но от меня так просто не отделаешься.

– Что вам показалось?

– Что вам хотелось бы подружиться с человеком, у которого большая семья. Потому, что вам именно этого в жизни не хватает. А у нас семья совсем маленькая. И это жаль, потому что вы хороший человек, и я хотел бы считать вас своим другом, – простодушно сказал он.

Мама дорогая. Куда я попал.

Но Ди нуждался в утешении, поэтому пришлось задвинуть свое изумление подальше и срочно придумывать какой-нибудь душевный ответ, способный его успокоить. Желательно, без уменьшительно-ласкательных суффиксов, но если не получится, черт с ними, пусть будут. У всего своя цена.

Однако для начала я решил попробовать обойтись малой кровью. То есть пафосом. Принял торжественный вид и сказал:

– Это честь для меня, сэр Дигоран. Конечно, вы можете считать меня своим другом, я буду только рад. Численность семьи совершенно не влияет на мое отношение к людям. Я вас просто из любопытства расспрашивал. Когда встречаешь таких прекрасных людей, как вы трое, да еще и приехавших из другой страны, хочется узнать об их жизни побольше.

– Ой, – с явным облегчением сказал Ди. – Как же глупо, что я расстроился! Ну, зато услышал от вас такие приятные слова. Спасибо вам за них.

Я испугался, что на этом разговор о родственниках с разноцветными лицами закончится раз и навсегда, и поспешно добавил:

– На самом деле я еще и потому вас о семье расспрашивал, что в Кумоне, столице Куманского Халифата, по рассказам очевидцев, в последнее время часто появляется человек с красным лицом. А в Нумбане недавно видели на ярмарке человека с белым. Я подумал, может быть, это ваша родня по всему Миру разъехалась? И вам интересно о них узнать?