Невеста безликого Аспида - Полина Рей

– А в ком? Или в чём?

Я стёрла с подбородка стекающий сок, и Теогард взглядом задержался на этом жесте. Всего на мгновение, но мне хватило его, чтобы понять: Адальмар точно так же реагирует на всякие эдакие штучки, как любой другой мужчина, а значит – этим стоит воспользоваться. Не потому, что я хочу заполучить его – совсем нет. Просто я знала цену таким приёмам.

– В том, что мы оба этого не желали.

– Но теперь нам совсем не стоит об этом говорить. – Я снова принялась за персик, и Теогард отвёл глаза. Теперь он чуть откинулся назад, опираясь на локоть, глядел на воды реки и пил вино. – А вот о том, чтобы узнать друг друга – вполне.

– Вот и я желаю того же, Элла. Расскажите о себе.

Теогард повернулся ко мне и посмотрел серьёзным взглядом. А мне стало окончательно не по себе. Ну что я могла ему поведать? Я люблю суши, учусь на врача, подрабатываю медсестрой. А ещё у меня в планах – объездить половину мира – Италию, Эмираты, Исландию… Интересно, как быстро я окажусь у лекаря?

– Я уже говорила вам… мне совсем нечего рассказывать о себе. Жизнь в монастыре была довольно унылой и однообразной.

– И всё же? Что вы любите? Чем увлекаетесь? Где так научились рисовать?

Опять он со своими рисунками! Будто бы это вообще всё, что стоит обо мне знать.

– Я люблю сладкое. Порой себе его запрещаю, но люблю.

– Почему запрещаете?

– Потому что от него можно поправиться.

– Вот как? Как мне кажется, вы чересчур худы.

Я даже задохнулась от таких слов. Во-первых, в моём мире это вполне можно было счесть за комплимент, хотя я совсем не была поклонницей селёдкообразных форм. Во-вторых… Теогард намекал на то, что в голом виде я слишком угловатая?

– Я не о том, о чём вы подумали, – быстро заверил он меня, не успела я возмутиться. – Просто хотел сказать, что… В общем, вам не стоит ограничивать себя в еде. Вы и так… прекрасно выглядите.

Последнюю фразу Адальмар произнёс с таким выражением на лице, что я невольно хихикнула.

– Тео… вы совершенно не умеете лгать, – покачала головой, откладывая персик, после чего сделалась серьёзной.

– А что касается вас? Расскажете, что любите вы?

– Я? – Он переспросил это так искренне, что мне показалось, будто я и впрямь пытаюсь вызнать что-то удивительное и сокровенное.

– Да, вы. У нас же перекрёстный допрос, то есть, я хотела сказать – узнавание друг друга. Хотите, я буду задавать вам вопросы? А вы – отвечать?

– Да, пожалуй, так будет легче.

– Какой цвет у вас любимый?

Мои губы тронула улыбка, когда на лице Адальмара появилось выражение: «Не сбрендила ли моя жена?». Но я молчала. В целом ничего странного в моём вопросе не видела, потому ждала на него ответа.

– Тёмно-красный, – наконец снизошёл до признания Теогард. – А у вас?

– А у меня жёлтый. Люблю всё яркое, привлекающее внимание, но тёплое. Так… О чём вы мечтали в детстве? Вообще, может расскажете мне о нём?

– О детстве?

– Да. Знаете, это такая штука, когда человек ещё маленький, и все проблемы кажутся несущественными, – я улыбнулась, и лицо мужа тоже осветила скупая улыбка.

– Мне нечего рассказывать вам, Элла. Я много болел в детстве, отец думал, что уже не оправлюсь. Тэона всегда была рядом. Опекала, помогала во всём. В общем и целом же мои детские годы не были такими, когда все проблемы кажутся несущественными. А ваши?

– О, о моих могу сказать то же самое, – махнула я рукой, опасаясь, что Адальмар станет копать глубже. – И мне очень жаль, что ребёнком вы пережили столько всего.

– Благодарю. Надеюсь, эта участь не коснётся моих детей.

Я даже глаза округлила, и вовремя прикусила язык, едва не уточнив: «У вас есть дети?». Впрочем, заданный следом вопрос Теогарда заставил меня ещё сильнее поразиться:

– Вы хотели бы детей, Элла?

Это он сейчас просто так спрашивает или на что-то намекает? И с чьей позиции мне отвечать? Аделины или Эллы? Господи, как всё запуталось.

– Очень бы хотела, – тихо проговорила я и добавила поспешно: – Со временем. И кстати, нам не пора возвращаться?

– Вы уже желаете этого?

– Да. Вы же сказали, что нас ждёт приём.

– Небольшой. У нас всё ещё траур. Хотя, я уверен, отец желал бы, чтобы мы с вами как можно скорее стали выходить в свет как муж и жена.

– Тогда мне нужно подготовиться, чтобы быть как можно красивее.

Я принялась подниматься на ноги, и Адальмар поддержал меня под руку. А когда я встала, так и не выпуская моего локтя, проговорил:

– Мне действительно искренне жаль, что до сего момента всё между нами было так, как было.

– Мы с вами уже прошли этот этап, – заверила я Теогарда и всё же мягко высвободилась. Прикосновение его ладони рождало внутри совершенно неуместное и неправильное ощущение. – А теперь давайте возвращаться. У нас с вами впереди ещё много дел.

И направилась к замку, испытывая в душе настоящее смятение.

«Небольшой», в понимании Адальмара, приём собрал в зале пару сотен человек, среди которых были и те, кого я уже встречала у военачальника короля на балу. Например, Руфеус Сигианд тотчас нарисовался возле меня, стоило только мне появиться среди гостей. Музыки не было, по крайней мере, пока – но её прекрасно заменял гомон голосов. Дамы в основном были в тёмных одеждах и у каждой подол был оторочен чёрным кружевом – знаком, что каждая из них разделяет траур дома Адальмаров. Я надела простое тёмно-зелёное платье с точно такой же лентой, немного привела себя в порядок, и в общем и целом была весьма довольна своим внешним видом.

– Госпожа Адальмар, сегодня вы ещё прекраснее, чем в тот раз, когда мы встречались. – Сигианд склонился к моей руке в поцелуе, в то время, как я высматривала в зале мужа. И когда нашла его глазами, сердце моё пропустило удар. Сегодня Тео выглядел особенно мужественным. Тёмно-бордовый камзол с чёрными пуговицами подчёркивал стать его фигуры. Теогард коротко кивнул мне, улыбнулся, но улыбка тотчас померкла, когда Адальмар заметил мельтешащего рядом со мной Руфеуса. И мне стоило признаться самой себе – такая реакция мне нравилась.

– Благодарю, господин Сигианд, – как можно лучезарнее улыбнулась я оппоненту. – Всегда приятно радовать взор тех, кто готов оценить твою красоту по достоинству. И я тоже счастлива вас видеть.

Враньё высшей пробы. Я уже даже успела позабыть о существовании Руфеуса, но раз он сам невольно был готов дать повод Адальмару приревновать, грех было этим не воспользоваться.

– Если вы не заняты, может, прогуляемся по зале? – Сигианд предложил мне руку, которую я приняла после небольших колебаний. В целом, я ничего не нарушаю, а пройтись с мужчиной, который тебе симпатизирует – отчего бы и нет?