Потерянные сказки - Анна Джеймс

– Да что я? – ответил Джек, потягиваясь. – Так, помаленьку. Вот, продал мамину корову за несколько волшебных бобов, из них вымахал огромный бобовый стебель до небес, я залез на него и украл у великана волшебную курицу. В общем, ничего особенного.

– Ах, Джек, ты просто чудо, – нежно проворковала Мама Медведица. – Слушай, я уже рассказывала тебе, что наш король объявил что-то вроде состязания? Он, видишь ли, не может понять, чем занимаются каждую ночь его двенадцать дочерей, и готов отдать замуж любую из них тому, кто эту загадку разгадает! Можешь себе представить?

– А у самих-то принцесс есть при этом право голоса? – не удержалась Тилли, хотя прекрасно знала, что нет никакого права голоса у двенадцати танцующих принцесс. Читала она эту сказку.

– Да как тебе такое в голову прийти могло? – удивилась Мама Медведица, с улыбкой глядя на Тилли. – Что за бред! Где это видано, чтобы принцессы сами себе мужей выбирали?

– Что тут о мужьях говорят, а? – прогремел низкий голос, и по лестнице со второго этажа спустился ещё более крупный медведь без рубашки, но зато в галстуке, приколотом прямо к его бурой шерсти заколкой, и с большими золотыми часами на огромном волосатом запястье. Он дружески хлопнул Джека лапой по спине, отчего Джек согнулся в три погибели, и чмокнул в нос Маму Медведицу, которая громко захихикала в ответ.

– Эй! – раздался тоненький голосок, и вслед за Папой Медведем по лестнице спустился совсем маленький медвежонок в балетной пачке и с очками в толстой оправе на носу. – Прекратите! Ведите себя прилично!

– Прости, Мишутка, – откликнулся Папа Медведь и пощекотал Маму Медведицу. Она снова захихикала, а Мишутка с недовольным видом закрыл себе уши лапами.

– Вообще-то, я ужасно строгий хозяин, – сказал Папа Медведь, приближаясь к Тилли, которая невольно съёжилась. Он действительно был огромным, такого кто хочешь испугается. – Ну-ну, не бойся! – рассмеялся Папа Медведь. – Тебе ничего не угрожает, если… Если только ты свои пальцы в нашу овсянку запускать не будешь! Шучу, шучу! Как тебя зовут?

– Я Тилли, – нервно ответила она и протянула свою дрожащую руку.

– И что же тебя привело сегодня к нам? – поинтересовался Папа Медведь, со всей осторожностью пожимая ей руку.

– Да вот, мы надеялись, что, может быть, вы поможете нам найти кое-кого, – начала Тилли. – Двое. Они только что здесь проскакали. На одном коне.

– Ты кого-нибудь видела, моя дорогая? – спросил Маму Медведицу Папа Медведь.

– Откуда? Да за кого вы меня принимаете? За сплетницу, которая подсматривает из-за занавесок, надеясь увидеть что-нибудь этакое? Да никогда! – откликнулась она и как бы машинально поправила край кружевной занавески, слегка сдвинутой в сторону, чтобы удобнее было наблюдать в окно.

– Я видела, – раздался мелодичный голос. Все повернулись и увидели стоящую в дверном проёме юную и потрясающе красивую блондинку. Джек смотрел на неё так, словно она была создана из волшебных бобов. Медведи отнеслись намного спокойнее.

– Так вы видели мужчину с мальчиком верхом на коне? – нетерпеливо уточнила Тилли.

– На самом деле я не уверена, – протянула прекрасная незнакомка с золотистыми волосами. – Честно говоря, не обратила на это особого внимания. Думаю, что это действительно была лошадь. Хотя мог быть и осёл. Или кролик. Да кого это волнует, в конце-то концов?

– Меня! Меня волнует! Очень! – воскликнула Тилли. – Это крайне важно, и если бы вы попытались напрячь свою память…

– Возможно, я смогла бы попробовать вспомнить поточнее, кто там был, но для этого мне сначала нужно слегка отдохнуть и освежиться, – сказала девушка, подходя к дивану. Она села на него, недовольно поморщилась, перебралась на стул, снова поморщилась, перекочевала в уютное кресло, поёрзала в нём, устраиваясь, и, наконец, устало выдохнула, улыбнувшись. – Ну, вот. Теперь хорошо.

– Так могу я теперь спросить, что же именно вы видели? И кого? – продолжала давить на неё Тилли. – Думаю, что если вы сильно напряжёте свою память, то вспомните, что это был принц и…

– Принц! – взвизгнула Златовласка (а это была именно она). – Почему ты сразу не сказала, что это был принц? Я уделила бы ему гораздо больше внимания, если бы знала, что он принц…

– На самом деле он уже положил свой глаз на Рапунцель, – ввернул Джек, по-прежнему не сводя зачарованных глаз с Златовласки. – Так что в настоящий момент можно считать этого принца вроде как недоступным.

Златовласка моментально надулась.

– Рапунцель, ты сказал? – подала голос Мама Медведица.

– Да! – горячо откликнулась Тилли, ухватившись за возможность вернуть разговор в нужное русло. – Вам известно, где она живёт?

– Скажите, до вас дошли те же слухи, что и до меня? – заговорщицким тоном спросила Мама Медведица. – Нет, я, конечно, не собираю сплетни, ни-ни, но совершенно случайно слышала, будто Рапунцель ушла сквозь трещину в небе. Впрочем, это рассказывал Мальчик-с-Пальчик, который слышал об этом от Румпельштильцхена, так что правда это или нет, кто знает?

– Ты знаешь, где она? – спросила Тилли, поворачиваясь к Джеку. – Трещина в небе?

– Да, – медленно произнёс он. – Знаю. Только никогда не ходил сквозь эту трещину.

– По-моему, это очень опасно, – заметила Мама Медведица. – Вы уж там осторожнее, ладно?

– Обещаю, – заверил её Джек. – Мы просто сходим и посмотрим, не удастся ли нам отыскать какие-нибудь следы.

– Отлично! – вскочила на ноги Тилли. – Можем мы отправиться туда прямо сейчас?

Мама Медведица негромко, но недовольно проворчала что-то в ответ.

– Вы уж простите, что мы так резко срываемся, – сказала Тилли, пытаясь умаслить её. – Просто дело в том, что мы потеряли моего лучшего друга, и его отец будет сильно волноваться, если мы не вернёмся с ним к обеду. И спасибо вам огромное за гостеприимство, у вас чудесный дом!

Тилли взглянула на Джека, и тот, к счастью, сразу понял намёк и подошёл к Златовласке, чтобы попрощаться с ней. Но Златовласка на него никакого внимания не обратила: сидела, дулась и внимательно разглядывала свои безукоризненные ногти.

– Заходи к нам в любое время, Тилли, – сказала (не слишком искренне, впрочем) Мама Медведица. – А ты, Джек, расскажи потом, какая она, эта Рапунцель. Я, например, слышала, что у неё удивительные волосы. Просто чистое золото, а не волосы!

– Не думаю, – сердито хмыкнула Златовласка. – Скорее, солома. И не слишком чистая. Лично я так слышала.

Обнявшись на прощанье по очереди со всеми тремя медведями, Джек и Тилли выбрались на свободу.

– Так что же это за трещина такая в небе? – спросила Тилли, шагая рядом с Джеком по дороге.

– Трещина как трещина. Ты что, трещин не видела? Она недалеко отсюда… Ох, чёрт, – внезапно остановился он. – Я забыл своё золотое яйцо в домике у трёх медведей.