Спасите ректора! - Ольга Валентеева

– Доброе утро, Аманда, – кивнул мне.

– Доброе утро, ректор Денвер, – ответила я.

Как раз подали автомобиль, и Рей протянул мне руку, помогая в него забраться. Ладонь была теплой, и я удержала ее чуть дольше положенного, а когда подняла голову, встретилась со странным, испытующим взглядом.

– Что-то не так? – спросила тихо.

– Нет, все так, – ответил Рей и занял свое место. Я уставилась в окно, чтобы не смущаться и не чувствовать себя виноватой. Да, не так мне представлялся миг триумфа! На носу важнейшая конференция в жизни, а я могу думать только об одном надутом, как индюк, мужчине. И почему, спрашивается? Потому что сказала правду? Без короля ведь в его назначении не обошлось. Я ведь не говорила, что он этого не заслужил.

Но Рей молчал, и мне тоже пришлось, потому что начинать разговор первой не собиралась. Только поправила оборки голубого платья – достаточно закрытого, чтобы быть приличным, и красивого, чтобы вызывать всеобщее восхищение. А за окнами уже тянулись улочки столицы. Я обожала Гарроуз, столицу Целиции. Каждый его уголок. Это было удивительное место, в котором скрывалось столько возможностей! Так и хотелось попросить остановить авто, пройтись по улочкам, вдохнуть аромат свежей выпечки.

– Вам так нравится этот город? – все-таки не сдержался Рей.

– Очень, – искренне ответила я. – Он волшебный, правда?

– Не знаю, я не люблю столицу.

– Как это? – уставилась на него, будто на дух восставшей прабабки.

– Просто. Слишком напыщенно, высокомерно и фальшиво.

– Сами вы…

И промолчала, не стала усугублять конфликт.

– Какой? – Рей снял очки и изогнул брови. – Напыщенный, высокомерный или фальшивый?

– Скорее, второе, – снова смутилась и уставилась в окно. – Но не сильно. Просто вы не знаете Гарроуз так, как знаю его я.

– Я часто бывал в столице раньше.

– Бывать и жить – разные вещи, ректор. Когда-нибудь я вам это докажу.

– Буду ждать с нетерпением. Тем более и жить приходилось. Поэтому вряд ли вам удастся изменить мое мнение, Аманда.

– Вот и посмотрим.

И снова отвернулась. И все-таки напыщенный, в эту самую минуту. Только фальшивый пока не подходит. А еще без очков – очень даже симпатичный, хоть и блондин. Разговор прервался, никто не собирался его возобновлять. Я мысленно повторяла основные тезисы своего выступления, Рей смотрел в окно. А еще самоуверенный! Вот так вот.

Когда автомобиль остановился у высокого здания, украшенного островерхим шпилем, я готова была бежать первой, но пришлось соблюдать приличия, и под своды высшего магического совета мы с Реем входили чинно – под руку, как и предписывалось этикетом.

– Добрый день, – поклонился нам парнишка в бордовой мантии. – Могу я узнать ваши имена?

– Рей Денвер и Аманда Дейлис, – за меня ответил ректор. – Университет Гарроуз.

– Распишитесь вот здесь, – он протянул Рею свиток. – Отлично. Прошу за мной.

Нас проводили в огромный зал, уже наполовину заполненный людьми. На сцене установили длинный стол для президиума конференции и кафедру для выступающих. Сердце быстро-быстро забилось. Все-таки определенная доля волнения никуда не делась, но и вчитываться в свой доклад на глазах у коллег считалось дурным тоном, поэтому я чинно сидела в кресле, сложив ладони на папке с докладом, а Рей разговаривал со знакомыми профессорами.

– Мисс Дейлис! – подлетел ко мне полненький коротышка в смешном костюме. – Не узнаете? Винс. Винс Шутер.

– Профессор Шутер! – вспомнила случайного знакомого по отдыху два года назад. – Какими судьбами? Тоже на конференцию?

– На нее, родимую. Ах, какой приятный сюрприз. Вы похорошели, расцвели. Наверняка вышли замуж?

– Нет, пока не планирую.

И при чем тут замужество?

– Вам, говорят, повезло с ректором? – подмигнул Шутер. – Я сталкивался с мистером Денвером по работе, очень приятный молодой человек, хоть и слишком молод для такого ответственного поста. Но молодость проходит быстро.

– Да, вы правы. Нам повезло, – ответила я. – Несмотря на возраст, ректор Денвер – прекрасный специалист и руководитель.

– Да-да, конечно.

Шутер затарахтел что-то еще, а я покосилась на Рея. Он стоял и смотрел на меня, заметил мой взгляд – и отвернулся. Наказание, а не мужчина! К счастью, остальные гости прибыли быстро. И наконец пожаловал президиум. Пятеро сильнейших магов Целиции, трое – и вовсе седые старцы, еще двое – мужчины лет сорока – сорока пяти. Последним явился тот, кого никак не ожидала увидеть, – его величество Фердинанд собственной персоной. Хотя это ведь международная конференция, ничего удивительного. Как и во время визита в университет, его величество был безупречен.

– Добрый день, лорды, леди, – обратился он к нам. – Сегодня мне особенно приятно начинать ежегодную всемирную научную конференцию, потому что количество стран-участниц приблизилось к пятидесяти, и для Целиции большая честь, что все вы собрались здесь, в Гарроузе. С каждым годом все больше ученых именно на конференции представляют свои открытия, которые затем меняют мир. Так давайте же начнем! И пусть торжествует наука.

Заиграл гимн Целиции, а я вдруг почувствовала, как земля уходит из-под ног. Страшно! Столько людей, и не просто людей, а передовых ученых разных стран.

– Не волнуйтесь, Аманда, – прошептал Рей, когда музыка стихла. – Все будет хорошо, вы справитесь.

– Спасибо, – легонько пожала его ладонь. Так было спокойнее. Лучше, чем кусать губы и рвать на себе волосы.

Первым выступил старейший маг. Несмотря на то что он недавно отметил девяностолетний юбилей, мистер Уоткинс мог служить примером всей молодежи. Мы с Реем терпеливо ждали. Стоит ли упоминать, что наши выступления поставили ближе к концу? Странно, что я должна была выступать первой. Ректор ведь он.

– Мисс Аманда Дейлис, – вызвали меня на сцену, и я едва доплелась до кафедры. Но только начала говорить, как тут же попала в свою стихию. Кристаллы демонстрировали примеры вычислений, я рассказывала и показывала, затем долго отвечала на вопросы коллег – и провожали меня овациями.

– Вы прекрасно выступили, Аманда, – улыбнулся мне Рей.

– Спасибо, – ответила я. – Удачи!

Рей подхватил свою папку и поднялся на сцену. Открыл ее – и вдруг переменился в лице. Что-то не так? А Рей молчал и таращился на записи. Затем поднял голову и так взглянул на меня, будто там были как минимум мои конспекты лекций вместо его доклада. Но вот Рей начал говорить. Спокойно, уверенно и не глядя в записи. И мне почему-то подумалось, что с папкой действительно что-то не то. Но энергия – это формулы. Неужели он все их помнит наизусть? О волнении Рея говорили только красные пятна, покрывшие лицо и шею. Но больше он ничем себя не выдал. Еще бы, если бы у меня перед глазами не было опоры, я бы сквозь землю провалилась. Так у меня формул мало!