Грани нормального - Анна Шульгина

- Вопросы. Я хочу понять, как это все работает, например, есть ли какие-то отличия на физиологическом уровне? Покажет ли что-то углубленный анализ крови или аутопсия?

- Нет. Вернее, покажет, но тот, что не знает, куда смотреть, ничего не поймет.

Я сделала пометку в извлеченном из сумки блокноте.

- Ты сказал, что отец примерно равен тебе по силам, а как её вообще можно измерить? Есть какая-то градация, ну, не знаю… Шкала?

- Ты ещё начни в меня ручкой тыкать и записывать результат, - Антон не сменил позы, и легкая полуулыбка с губ не сошла, но мне показалось, что он погрустнел. – Есть, но тебе это не нужно.

А вот это было уже обидно. Как помочь на чистую воду его врагов вывести, так расшибись в лепешку и рискуй своими мозгами, а как раскрыть мне истинную картину окружающего мира, так не лезть, пока нос не прищемили.

- Почему?

- Потому что по-настоящему сильных среди нас не так, чтобы много, но тебе с ними общаться ни к чему.

- Да-да, именно поэтому я сижу в твоей приемной в ожидании этих сильных. Ведь если твой отец не смог помочь, хотя ты сам сказал, что он силен, значит, это кто-то сильнее него. И тебя.

Он тяжело вздохнул, потом неохотно кивнул:

- Твоя правда. Поэтому в приемной ты никогда не останешься одна, если Тимур куда-то выходит, сразу иди ко мне в кабинет. Через пару часов я отвезу тебя домой, потом буду занят до позднего вечера, тебя покараулит Алеська.

- А она сильнее тебя или слабее?

- Вот же ж упрямая… В чем-то сильнее, в чем-то слабее. – Подумав, добавил. – Но, скорее, первое.

- Почему я по-разному ощущаю ваше влияние на себя?

- Поясни.

- Ну, ощущение от воздействия разное. От Алеси тепло, от твоего отца, наоборот, какой-то сыростью и холодом веет.

Вот теперь Антон задумался всерьез, я не дергала, давая возможность переварить мой вопрос. За это время официантка принесла нам салат, вот на нем я и сосредоточилась. Но посматривать на Васильева не забывала, потому даже не могу сказать, вкусно ли тут готовили.

- Скорее всего, это зависит от того, как ты изначально настроена в отношении влияющего. Если насторожена, ощущения будут неприятными. Но это не точно, честно говоря, я раньше не задумывался над этим вопросом. Нужно будет поэкспериментировать…

- Только не на мне!

- Тебе интересно, значит, на тебе. Считай, жертвуешь собой на благо науки.

Мне хотелось ответить, в каком месте я видела эту науку и жертвы в её честь, но не успела, потому что зазвонил мой телефон. И можно было бы просто не обратить внимание, но звуки имперского марша намекали, что это чревато. От бабушки так просто ещё никто не уходил, увы, я не колобок…

- Привет, бабуль, - я сделала собеседнику категорический жест молчать. Не дай Бог, она услышит, что рядом кто-то говорит мужским голосом… Идея фикс по поводу того, что я уже провыбиралась и останусь навечно в старых девах, появилась у моей бабушки, едва мне исполнилось двадцать.

- И тебе. – Она сделала паузу и я прям, как наяву, представила, что моя продвинутая бабуля затянулась сигареткой. Курила она последние лет пятьдесят, плевать хотела на все предупреждения Минздрава и свысока посматривала на своих ровесниц, с трудом таскавших сумки на колесиках в сторону рынка и обратно. Зимой бегала на лыжах, да так, что я её вовек не догоню, а прошлым летом умудрилась козочкой проскакать по горам Абхазии. Платочкам, линялым плащам и растоптанным туфлям «прощай молодость» она предпочитала джинсы, кроссовки и толстовки, а свои благородные седины экстремально коротко стригла, сверкая бритыми висками и затылком, чем повергала в шок и злословие соседок пенсионного возраста. В общем, иногда я испытывала в отношении бабули здоровую зависть и только надеялась, что в её возрасте буду примерно настолько же бодрой. А ещё благодарила судьбу, что живу на другом конце города, потому что иногда от неё хотелось спрятаться под одеялом, как от злого бабайки. – Сегодня вечером ты идешь на хоккей.

Я как раз хотела отпить воды, но только клацнула зубами по краю стакана. Хорошо хоть не откусила кусок стекла.

- В смысле?!

- В прямом. Посмотришь на настоящих мужиков, а то…

- Ба, я ценю твоё чувство юмора, но не пойму, где тут смеяться. Что я там забыла? Ну, помимо мужиков.

Антон оторвался от тарелки и, приподняв брови, посмотрел на меня. Пришлось скорчить рожицу, но написанного на его лице любопытства это не умалило.

- Не перебивай старших! Мы с Маргаритой хотели сходить на игру, но эта старая обезьяна слегла с давлением, так что будем сидеть дома и играть в карты. – Зная бабушку, не иначе как в покер на раздевание… В очередной раз прокляла своё богатое воображение и попыталась забыть представленную картинку. Потому что Маргарита была её лучшей подругой, рьяно участвующей во всех эскападах, так что от этого тандема можно было ожидать, чего угодно. – Билеты мы купили заранее, я тебе их уже скинула на электронку, можешь даже не распечатывать, просто предъявишь на входе с экрана смартфона. И не благодари, я знаю, как ты польщена.

- До глубины души.

- Вот и я об этом. Возьми с собой какую-нибудь подружку, всё равно у тебя мужика нет. А если и есть, то это как в Тулу с самоваром. Завтра пришлешь мне фотки, чтобы я знала, что ты там точно была. Всё, мне пора.

И отключилась. Ну, бабуля… А ведь с неё станется стребовать с меня эти фотографии, и если я забью на матч, то она потом из меня душу вынет. К счастью, подобные закидоны у бабушки бывали нечасто, а пару-тройку раз в год можно и потерпеть. В конце концов, отчего и не сходить на игру? Осталось только придумать, с кем идти. А в свете того, что в ближайшее время мне по городу лучше передвигаться под охраной…

- Что-то случилось? – Антон терпеливо подождал, пока я не спрячу телефон в сумку.

- Да, но уже давно. Семьдесят шесть лет назад. Скажи, а как Алеся относится к хоккею?