Вы все жжете! Часть 1 - Бронислава Вонсович

Франциск покружил немного по лаборатории, поцокал над особо крупными пятнами и неожиданно заявил:

— Огонек, нечего терять время. Почему бы тебе самой не ставить иллюзии для тренировки? Это тоже требует участия минимума дара.

— Потому что не умею, Ваше Величество.

— Не умеешь, огонек? — поразился он. — Это же так просто. Оптическая иллюзия без остальных составляющих требует минимума дара и концентрации. Ставишь — развеиваешь, ставишь — развеиваешь. — Он защелкал пальцами, подчеркивая легкость действия. — И так пока не устанешь или не закончится энергия. Но ты устанешь раньше, намного раньше.

После чего в совершенно нормальных выражениях и без всяческих подначек объяснил, как ставить иллюзии. Это оказалось настолько неожиданным, что я поняла с первого раза и тут же создала копию толстого тома, лежащего на столе. Теперь там лежали два тома. Правда, перепутать их было невозможно. И даже не потому, что мой висел на пару пальцев над столом, а потому, что мой был кривым и просвечивающим. Но главное — был. Я гордо посмотрела на Франциска.

— Для первого раза неплохо, огонек, — неохотно выдавил тот. — Но нужно делать более прочную структуру и точнее размещать в пространстве. Попробуй взять что-то посложнее. Кого-нибудь из знакомых, например. Тогда тебе будет самой стыдно, если он окажется перекошенным, — неожиданно закончил Франциск и нехорошо улыбнулся. — Так что постарайся.

— Но люди — это слишком сложно.

— Не сложнее, чем стул. Главное — четко представлять, что хочешь получить. — Он подлетел совсем близко, наклонился ко мне и тихо сказал: — Дарю секретное умение. Закрой глаза, четко представь того, кого хочешь изобразить, покрой появившийся образ частыми энергетическими линиями и очень медленно их напитай, буквально по капле. Представляй, как капля собирается на кончике пальца, и отправляй ее по назначению. Действуй.

Я задумалась, с кого сделать иллюзию. С Франциска или дедушки не стоит: не уверена, что все получится как надо, и будет куда лучше, если смеяться придется над кем-то другим. Может, с Жана-Филиппа? Или с его друга? Да, с Бернара. Если получится, покажу дедушке своего жениха. Глаза я прикрыла, как советовал Франциск, и представила Бернара. Образ получился четкий, до самой мелкой черточки: от коротко подстриженных светлых волос до чуть обтрепанного манжета на рукаве рубашки, в которой его видела в последний раз. Получился почти как живой. До того как начала покрывать энергетическими линиями, я даже полюбовалась на жениха, который пока не знает о своем счастье. Покрывала плотно, так чтобы даже щелочки не осталось. Удерживать одновременно с этим образ Бернара оказалось на удивление сложно: я почувствовала, как по виску потекла капелька пота, сначала одна, потом еще несколько. Руки подрагивали от напряжения. Оказывается, вливать магию по капле куда тяжелее, чем ливануть сразу со всей дури. И концентрация, я ужасно боялась потерять концентрацию — будет обидно, если образ Бернара получится столь же близок к нему настоящему, как и иллюзия книги к прототипу.

— Неожиданный выбор, огонек, — внезапно сказал Франциск, — я понимаю, по принципу «кого не жалко», но, на удивление, получилось очень даже узнаваемо.

Я успела удивиться перед открыванием глаз, где он мог видеть Бернара. Но стоило посмотреть на иллюзию, как вопросы отпали. Рубашка получилась в точности, как я задумывала, даже потертость на месте, только надета на совсем другого инора: на меня смотрел застывший Шарль, и его ехидной улыбке не мешала даже полупрозрачность. Сразу вспомнилось, что он знает про потайной ход и, может, как раз сейчас висит у стены, пытаясь обнаружить ту самую дырку, через которую я выпала. Наверняка поэтому и улыбается столь радостно.

— Пожалуй, из тебя выйдет толк, — удовлетворенно продолжил призрак, и я не стала его разочаровывать. — Я уверен: это знак.

— Какой еще знак?

— Что все идет как надо. — Призрак потрогал иллюзию пальцем, который прошел бы и через настоящего Шарля, а уж его изображение преградой не стало. — Уверен, Богиня приготовила нам приятный сюрприз.

Он подмигнул и опять ткнул в многострадального Шарля. Дырка не появилась, но я все равно развеяла. Нечего портить мои труды, пусть даже получился совсем не тот, кто планировался. В мою иллюзию тыкать пальцами могу только я.

Вестник от дедушки появился с серебристым перезвоном и взорвался такими же искрами.

— Николь, зайди в кабинет.

— Я ж говорил, знак, — воодушевился Франциск. — Робер сейчас непременно скажет что-то важное.

Он ввинтился в потолок, перебирая ногами от нетерпения. Все-таки некоторые привычки не уходят вместе с жизнью. Я же активировала телепортационный артефакт и оказалась в кабинете раньше монарха. Дедушка оказался не один: напротив него на стуле развалился небрежно одетый плотный инор с доброжелательным лицом. Почти такую же доброжелательность, с поправкой на женский вариант, излучала настоятельница, когда говорила, как была бы рада видеть меня под своим началом.

— Мэтр Фаро, разрешите представить вам мою внучку Николь.

Мэтр Фаро? Глава магического Совета? Не зря он мне сразу не понравился. Я заволновалась. Такие важные особы не приходят просто так в гости без предварительного уведомления, если только не состоят в дружбе с хозяевами, а значит, здесь он из-за меня — не зря же дедушка попросил подойти. Но я в дом дяди не вернусь. Все это промелькнуло в голове за короткий миг, а сама я присела в глубоком реверансе, нацепив на лицо приторную улыбку.

— Зря вы это затеяли, — недовольно цыкнул Фаро. — Девочка, конечно, миленькая, но стоит ли она того скандала, что поднялся?

— Разумеется, — невозмутимо ответил дедушка. — Кто-то сомневается в моем праве принять Николь в род?

— Можно подумать, это бы вас остановило, лорд де Кибо. Остается только надеяться, что вы знаете, что делаете. Хотя кому я говорю. — Фаро вздохнул. — Антуан Альвендуа получил приглашение на бал, посвященный бракосочетанию наследного принца Филиппа и леди Соланж Ламбер. На две персоны — себя и свою невесту. Как вы понимаете, отказать ему не могли.

Он выжидательно на нас посмотрел. Больше всего обрадовался Франциск. Не тому, разумеется, что его давний потомок женится, а тому, что его навязчивое желание попасть в королевский дворец почти исполнилось.

— Огонек! — радостно завопил он. — Я же говорил, что Богиня снизошла к моим нуждам. На королей боги всегда пристально смотрят. А твой жених оказался не столь туп, как я уже заподозрил. Прекрасный, прекрасный молодой лорд.

Мэтр Фаро призрака не увидел и не услышал, дедушка еле заметно поморщился от воплей, я же нежно прошелестела:

— Антуан мне ничего не говорил.

И улыбнулась. Лучше бы не получилось даже у Вивианы. Притворства я не любила, но сейчас без него не обойтись. Чует мое сердце: вместе с мэтром Фаро пришли проблемы, которые, в отличие от визитера, никуда не уйдут, а останутся с нами. И самое малое, что я могу сделать для дедушки, — уменьшить их хотя бы на одну.