Северный перевал - Вера Чиркова

Горизонт, спрятанный за высокими соснами, стеной окружающими охотничье имение, еще даже не начал светлеть, а маленький поселок уже не спал. Хлопали двери, метались огоньки фонарей, сделанных из пустых винных бутылей и ведьминого мха. И уже стояли перед кибиткой запряженные кони, с тоской вспоминавшие недоеденный овес, и торопливо допивали свой кофе хмурые лэрды.

Знахарки с ними не было, как сообщили гостям женщины, принесшие завтрак, девушка уже выпила парного молока и увела на прогулку зверей. По именью бегали выпущенные на ночь собаки, и нужно было проследить, чтобы они не встретились с барсами.

– Я готов, – первым поднялся из-за стола наследник и вопросительно глянул на мага, – прихватить твой саквояж?

Тот лишь кивнул, рот был занят нежным блинчиком, обильно политым сметаной и медом. Проводил взглядом ученика и продолжил безмятежно есть, теперь нескоро придется спокойно посидеть за столом. Чтобы добраться до замка засветло, они собирались ехать почти без остановок, меняя на заставах лошадей. И править кучер будет по очереди с Герсом, одному трудно высидеть день на облучке. Не такая уж это простая работа, как кажется со стороны.

Выйдя во двор, маг обнаружил, что все готово к отъезду. Заперты в багажнике звери, сидят на своем месте знахарка и Дарвел, а у дверцы застыл в ожидании невозмутимый Герс, в этот раз едущий в кибитке четвертым. Анвиез кивнул ему и прошел к коням. Постоял чуточку возле каждого животного, поднося на ладони краюшку чёрствого хлеба, присыпанного солью и сдобренного заклинанием. Затем вздохнул, покосился на начавшее сереть небо, на звёзды, тающие в далеком пока свете дня и направился к дверце.

Заскочив в кибитку, маг прошел на свое место, в который раз мысленно хваля пройдошливых сыскарей за любовь к удобствам и бегло, но внимательно оглядел свою новую ученицу. Непонятно как, но она умудрялась каждый раз выглядеть по-новому, причем другими казались не только внешность, но и её статус и характер. В приюте она была строгой, аккуратной, но участливой знахаркой, во время пути до долины – опытной путешественницей, смелой и общительной. А за ужином вдруг показала себя воспитанной, умной и ироничной лейдой с хорошим вкусом и твердым характером.

Сейчас перед магом была новая девушка, казавшаяся в поношенной, но аккуратной юбке и свободной блузе из черной фланели более женственной и мягкой, чем вчера. Впечатление усиливала накинутая на плечи ажурная вязаная шаль с кистями и свободно переброшенная через плечо пышная коса. Все эти детали делали Ильду не только моложе, но и по-провинциальному простодушней и наивнее. И хотя маг точно знал, что это обманчивое впечатление и перед ним сидит сильная и решительная знахарка, его не покидало подсознательное желание прикрыть девушку пледом или предложить ей еще пару подушечек.

Впрочем, пледом она укуталась сама, едва кибитка тронулась с места. Пробормотала, что не против часок подремать, устроилась поудобнее и закрыла глаза, небрежно надвинув на лицо край шали. Спутники восприняли этот поступок с невозмутимостью хорошо воспитанных лэрдов, однако губы наследника едва заметно разочарованно дрогнули, он явно желал что-то спросить. А во взоре хладнокровного Герса скользнула тень осуждения и пропала.

– Хорошее решение, – негромко одобрил Анвиез, показывая свое отношение к желанию спутницы досмотреть утренний сон, – сегодня нам предстоит непростой день, особенно вечер.

Однако маг крупно ошибся, хотя не его в том вина. Даже предусмотрительные и здравомыслящие маги не в силах предугадать сюрпризов, заготовленных капризной и своенравной судьбой. Анвиез понял это через три часа, когда Ильда уже проснулась и предложила перекусить. Из-под сиденья была извлечена одна из корзин, и выяснилось, что она набита разнообразной снедью, от пахнущих вишневым дымком колбасок до горшочков с солеными маслятами и с янтарной рыбной икрой.