Избранная на подмену - Рина Рэйн

Утро начинается раньше обычного: прислуга появляется в спальне, как только за окном брезжит рассвет. Приносит легкий завтрак и, неожиданно, совсем не бежевое платье.

Сегодня мне предлагают одеться в нечто сложное сине-зеленое. Цвет подобран точно для того, чтобы подчеркнуть оттенки моих глаз и волос. Сам же наряд состоит из пышной волнистой юбки, под которую надевается нижняя из хлопка или льна, и плотного лифа, похожего на корсет, но без шнуровки, а на застежке-молнии. Не иначе, чтобы я могла при желании снять с себя эту красоту самостоятельно.

Лиф красиво расшит серебром и имеет такую широкую зона декольте, обрамленную белоснежным ажурным кружевом, что это просто на грани приличий. А что, без панорамного обзора моих молочных желез никак нельзя обойтись, да?

– Что это? – спрашиваю, ужаснувшись и заодно прикидывая, как вот с этим нарядом прятать на груди сагим. Ответ только один – никак. И меня это, мягко сказать, сильно напрягает.

– Дорожное платье для рунни – подарок шанов, – затарахтели три юные служанки, тут же бросившиеся расписывать особенности моего нового статуса.

Итак, с этого прекрасного дня я официально становлюсь рунни. Обращение, выдуманное специально для невест Отбора. Само же платье – это часть условий не то шанов, не то Совета. Но, как я поняла, женихам не положено знать раньше времени, с какого сословия та или иная девушка. Поэтому невестам на Отборе запрещено чаровать, чтобы не было заметно разницы между знатными анирэ и лишенными магии нэннэ. Также на Отборе запрещено использовать магические артефакты, кроме тех, которые выдадут на месте, если что-то вообще выдадут.

А еще, сюрприз, рунни не положено иметь личный гардероб. На Отборе девушки абсолютно во всем на попечении женихов. А те уже придумали, как и во что будут наряжаться невесты. И, судя по выданному платью, решили себя ни в чем не ограничивать.

Спасибо, что хоть голыми не заставили явиться! А что? Точно никаких секретов от будущего мужа. Но, наверное, тут взыграла шановская гордость. Все-таки поглазеть на красиво поданную грудь – одно. А вот выставить на показ обнаженное тело возможной жены – совсем другое.

У меня этот поток прелестных новостей вызывает только нервный смех. Особенно та их часть, которая касается использования магии и артефактов. Служанки по секрету сообщают, что еще пару дней назад это правило существовало не в столь жестком виде. И хоть они не произносят этого вслух, но они так многозначительно кивают на свою хозяйку, что, уверена, это как-то связано с долгом Нариссы перед Дэреком. Теперь, пока длится Отбор, тот не мог требовать исполнение Долга Жизни, а, значит, решать за нее – кому же ей быть женой. Подозреваю, что именно на это Нарисса и намекала ночью любовнику. И совсем не удивлюсь, если окажется, что она придумала что-то еще.

Но если себя ужесточением этого правила она обезопасила, то мне только ухудшила жизнь. Допустим, я как-нибудь изловчусь и спрячу сагим. Но если его найдут, что будет со мной? А если не найдут, а увидят на мне чары подчинения? Или она снимет их с меня?

Ну ведь не станет же она создавать себе проблемы почем зря? Но я их ей точно желаю, и чтобы это было что-нибудь крайне неприятное. Диарея, например. Или зубная боль на всю челюсть. Но все это – невинные шалости. Ведь эта стерва планирует меня убить. А я совсем не знаю, как от нее защититься. Да и тот кинжал, о котором она говорила любовнику и что вогнали в мою грудь еще при ритуале, и который торчит, как я поняла, где-то в моей алие, надо вытащить...

Но как? Мало вводных, да и надо бы, все-таки, осмотреться на Отборе. Это настолько важное политическое событие для местных, что что-то интересное для меня там точно будет. А еще там будет Дэрек, от которого стоит держаться подальше, раз он уже как-то странно на меня влияет, а с Нариссой у него вообще непонятная связь.

Да мне вообще лучше держаться подальше ото всех здесь. Но сама я не выберусь из этих проблем. Тут и к гадалке не ходи. Значит, нужны союзники. Где их взять? Могу ли я считать таковым Саара? Анир относится ко мне хорошо, знает откуда я и даже пожалел. Но я все еще не знаю его мотивов. Зато знаю, что он подчиненный Макса и клялся тому в верности. Так что рассчитывать на него целиком тоже нельзя.

Да только не один Саар теперь знает, что у его хозяйки есть двойник. Поведение прислуги, помогающей мне собраться, не оставляет сомнений: девушки знают, что я – не Нарисса. Инкогнито в этом мире у меня больше нет. И, чувствую, мне это еще аукнется.

Думаю об этом, пока совершаю утренний туалет и, заодно, продолжаю поражаться обновкам, а именно – нижнему белью. Уж не знаю, был ли Макс первым киннатцем на Земле, но шаны точно знали о существовании белых ажурных чулок с подвязками и кружевном бикини.

И сразу понятно, что невесты решают что-то только на словах. А на деле Отбор – это праздник в честь высоких господ. И кто бы знал, как я не хочу в нем участвовать! Да только выбора нет.

Освежившись под струями воды и переодевшись в кружевное-воздушное нечто, отбрасываю все мысли в скарлетовское «подумаю завтра» и заинтересовано рассматриваю сагим – это важнее. Нужно же придумать, как снимать медальон без риска для собственного разума и куда повесить, чтобы хотя бы он не бросался на глаза.

И вижу, что сагим решил присоединиться к удивительным событиям утра. Он радует взгляд чистейшим серебристым корпусом, лишенным даже намека на паутину чар. И еще совсем немного специфически сияет. Тьмой.