Жажда и желание - Карла Николь

– К нам приближаются гости.

– Мы знаем этих гостей? – спрашивает Асао через плечо.

– Я не уверен… – говорит Харука. Он не узнает запахи, но… Он сосредоточивается и снова вдыхает. Чайное дерево. Может быть, он его знает.

– Как далеко? – спрашивает Асао.

– Возможно, час.

Чувствовать присутствие другого вампира не является точной наукой. Он может лишь приблизительно определить расстояние, но это довольно надежная и архаичная черта, заложенная в биологии каждого чистокровного вампира. Вампиры других рангов тоже обладают этой способностью, но их навыки гораздо менее убедительны.

Асао выключает воду и хватает полотенце для посуды, чтобы вытереть руки.

– Что ж, мы должны оказать им достойный прием.

* * *

Проходит час, а их гости ведут себя странно застенчиво. Харука сидит с Асао в кабинете. Темная чаща леса по другую сторону стеклянной стены зловеще освещена мягким сиянием полной луны. В кабинете царит тишина, только теплое потрескивание камина раздается в другом конце комнаты. Асао резко зевает, заставляя Харуку перевести взгляд на своего слугу, сидящего напротив него.

– Мы можем покончить с этим? – сказал Асао, вставая. – Я хочу спать.

Харука тоже встает. Хватит. Он выходит из кабинета и идет по коридору к главному входу. Он хватает свое длинное шерстяное пальто и накидывает на плечи. Когда он открывает парадную дверь и выходит в лунный свет, его слуга стоит рядом с ним.

Ночной воздух холодный и свежий. Харука выдыхает, чтобы развязать узел своей ауры глубоко внутри, его дыхание вырывается наружу в виде струйки дыма. Давление внутри него расширяется, заставляя его глаза загореться ярко-красным в кромешной темноте. Выглянув наружу и осмотрев лес, он сосредоточивается. Прошло уже много времени, и он не хочет совершить никаких легкомысленных ошибок.

Два-один-два.

Он давит тяжелым весом своей вампирской ауры на широкое пространство леса. Она простирается перед ним, как широкий веер света, устремляясь вперед по земле в поисках своих целей.

Громкие крики раздаются в воздухе один за другим, когда Харука успешно захватывает каждую из своих жертв. Когда все жертвы оказываются в его власти, он медленно поднимает голову, заставляя каждого вампира подняться над темными деревьями. Они появляются в поле зрения, их тела совсем не видны на фоне ночного неба, как группа красных туманных астероидов, дрейфующих в космосе.

Направляя их вперед, прямо в поле его зрения, Харука держит их на небольшом расстоянии от крыльца, где он стоит. Он убирает руки в карманы и идет вперед. Когда Харука встает перед тем, который находится в центре – самым большим из всех, – вампир смотрит на него снизу вверх, в его темное, напряженное лицо.

– У тебя есть привычка к поздним ночным визитам без предупреждения, – говорит Харука, наблюдая за тем, как взгляд Гаэля в панике мечется по сторонам.

Асао зевает, становясь рядом с Харукой.

– На этот раз он привел друзей.

– Полагаю, я должен быть польщен этим? В прошлый раз я был слаб, но он все равно попросил помощи.

– Да, но неужели он не понял, что вы знаете, что они прячутся прямо за этой чертовой дверью? – сказал Асао, нахмурившись. – Дайте мне передохнуть.

– Асао, пожалуйста, позвони в полицию и Эмори. Он лидер королевства, поэтому он должен разобраться с этим. Я уверен, что Оливер тоже не отказался бы побыть с Гаэлем наедине.

– Конечно, – говорит Асао, поворачиваясь. Он ухмыляется. – Полиция не сможет удержать кучу громоздких вампиров первого и второго поколения. Вы должны им помочь.

Харука наклоняет голову, раздумывая.

– Я позабочусь о том, чтобы у полиции было преимущество.

Асао движется к дому, его громкий смех эхом отдается в ночи.

– Напомните мне поцеловать Нино, когда он придет в следующий раз.

Харука теряет концентрацию, но лишь на то время, пока мужчины не падают с высоты фута, где он их держит. Он быстро ловит их снова и качает головой, решительно вытесняя из головы фразу «поцеловать Нино». Он поднимает взгляд на Гаэля. Харука оставляет их сознание нетронутым, поэтому, хотя они не могут двигаться или говорить, они могут слышать и понимать.

– Эта книга так важна для тебя? – спрашивает он. – Что ты пытаешься напасть на меня дважды?

Харука вынимает одну руку из кармана и поднимает ее. Он протягивает пальцы к груди Гаэля, особым образом удерживая легкие, диафрагму, голосовые связки и рот вампира первого поколения, чтобы тот мог говорить.

Улыбка Гаэля зловеще-жуткая, когда он смотрит на Харуку.

– Me dê isto, старая кровь. Agora^[7].

– Não dou^[8]. Что ты хочешь этим сказать? – Харука хмурится. Нет. Что бы ты сделал с книгой? Гаэль только фыркает от досады. Разозлившись, Харука ударяет его по ногам. Гаэль издает пронзительный крик, и обе его ноги безвольно повисают, точно сломанные в пяти местах.

– Ответь мне, – говорит Харука. Огромный вампир жалобно скулит, как раненое животное. Харука закатывает глаза. – Нелепо. – В зависимости от качества крови, которую он получит, Гаэль полностью исцелится в течение месяца или двух.

Без предупреждения сознание Харуки улавливает мощный поток прохладной энергии, его природа подсказывает ему, что сейчас здесь присутствует другой, незнакомый чистокровный вампир. Запах чего-то тяжелого и землистого, похожего на шалфей, одурманивает его чувства. Широко раскрыв глаза, Харука поворачивается и поспешно осматривает лес. Как только он ловит взглядом черную фигуру, стоящую между деревьями, она исчезает. Растворяется, как будто он видел только тень. Голос Гаэля внезапно становится громким, в тишине в его крике отчетливо слышится паника.

– Não! Por favor^[9].

Харука отступает назад, наблюдая, как Гаэль медленно испаряется на его глазах. Его тело, словно густой туман, клубится, постепенно растворяясь в воздухе. И затем ничего не остается. Как будто его никогда не существовало.

Присутствие чистокровного тоже исчезло, и Харука остается стоять с четырьмя заложниками. Он неподвижен, его разум бешено работает, пытаясь понять, что только что произошло. Кто это был? Откуда, черт возьми, они взялись? Во всей Англии нет других чистокровных, кроме него и Нино. Но вдруг они появились. И вампир манипулировал их энергией – так же, как Харука может управлять его сущностью, но в корне иначе.

Он моргает, его концентрацию нарушает звук сирен, прорезающий холодную ночь.

Сосредоточившись на оставшихся четырех вампирах, он быстро перемещается и наносит удары по воздуху, точно управляя своей энергией, чтобы ломать кости, разрывать связки и сухожилия. Крики вампиров приглушены, и поскольку они ниже по рангу, чем их испарившийся лидер, их ноги неизбежно будут заживать гораздо дольше.