Тимиредис. Упасть в небо - Надежда Кузьмина

Мы проторчали в музее ещё два часа. Сначала Шон показывал магическим зрением нам обоим, как правильно гранить драгоценные камни, ориентируясь на низкоиндексные плоскости. Потом ткнул мне в нос кубок с безумно красивым рисунком эмалью — казалось, что на боку сосуда — целый мир: синее море, острова в осеннем ярком убранстве, корабли с белыми парусами и город с высокими башнями вдали. Но смотреть я должна была не на паруса, а на материал металлической подложки под эмалью. Выяснилось, и тут есть хитрая хитрость. Для того чтобы делающаяся на основе стекла эмаль хорошо держалась на металле, не отваливалась, не трескалась, коэффициенты линейного расширения основы и эмали должны были быть близки. У стекла он небольшой, и для прочного сцепления следовало брать золото или железо, у которых он тоже невелик. А вот медь или серебро не годились. А я и не подозревала… мне-то серебро было милее всего — благородное, красивое и уже по карману. А оказывается — нельзя.

Напоследок мы втроём прокатились по залам музея на скелете того самого шестилапого крокодила. Особенно мне понравился галоп вверх-вниз по лестницам. Я тут же начала мечтать, что хорошо бы заиметь скелет лошади. А что? Бегает, возит, но при этом не надо чистить, убирать, кормить, проезжать… Может, завести?

«Кузнечик! Ну каким местом ты думаешь? Выкатывается такая герцогиня на скелете верхом на городскую площадь — и восстание на северных рубежах Империи обеспечено!»

Гм. О восторге жителей я как-то не подумала. Жаль. Идея казалась такой разумной.

Ас хмыкнул.

В постели я очутилась ближе к четырём ночи. И очень сердитая. Потому что Шон, пройдя с нами через телепорт, пошёл провожать Аса, чтобы для него порычать. А для меня? Я же тоже хочу!

Вздохнув, повернулась носом к стенке и закрыла глаза…

Шон — это Шон. Такое стихийное магическое бедствие в чёрном балахоне. Налетает, кружит как вихрь, так что полностью теряешь ориентацию в пространстве… а потом уносится дальше, по своим делам. А ты остаёшься стоять, растерянно хлопая глазами и пытаясь прийти в себя. Можно ли дружить со стихией? С ливнем, смерчем, штормом? Вот то-то и оно…

Проснулась я под утро, оттого, что меня ущипнули клювом за нос.

«Через час вам вставать. Давай сделаю то, зачем прилетел».

Шон? Откуда он взялся?

«Порычал для Аса, перелетел к тебе. А то ведь опять надуешься, как мышь на крупу. А ты уже спала».

Он прилетел, потому что почувствовал, что я обиделась? Но я ж и не обиделась, я ему благодарна. Просто понимаю своё место, свой масштаб рядом с Шоном. Мы — гора и божья коровка…

«Кузнечик, от твоих заморочек спятить можно. Интересно, все девчонки в переходном возрасте — такой нестабильный трансцендентный ужас? Ладно, давай порычу, пока есть время».

Ничего не поняла. Запомню и попробую обдумать потом. Но драконий зов — это здорово, хочу!

«Только это всё же не совсем птичье…» — Ворон исчез, а рядом возник парень в чёрной мантии, внимательно глядящий на меня карими выпуклыми глазами. Кстати, а где он спал, если прилетел после того, как рычал для Аса?

«Здесь. Мраком. Ты ему симпатична, и тут энергетика хорошая. А мне всё равно, где ночевать, лишь бы выспаться нормально».

Ага, понятно. Выходит, он обо мне не забыл… а вот я опять не туда думать начала.

Уставилась на Шона виноватым взглядом. Тот мотнул головой, протянул руку и легонько щёлкнул меня по лбу. Мол, ничего, проехали.

Шмыгнула носом. Какой он хороший! А обнять его можно? Очень хочется.

«Лучше не надо. Когда мы встретились, ты была ребёнком, а сейчас уже подрастающая девица. Поцеловать руку, приглашая тебя на танец, я могу. А вот обниматься нам ни к чему».

Зря он заговорил об этом. В голове тут же всплыли мои эксперименты с фантомом Шона, когда, сотворив с утра пораньше морок в чёрной рясе и решив для проверки дееспособности оного с ним потанцевать, я до смерти напугала Бри. Точнее, до визга на весь этаж.

Шон вытаращил на меня глаза, часто заморгал, а потом не по-герцогски захихикал.

«Как-как? Окатила ведром воды старосту и ещё четырёх девиц? Ну ты даёшь! Ладно, кончаем трепаться — слушай!»

А мы весь этаж и Аса в придачу не перебудим?

«Не, все будут спать. Я позаботился».

Шон завозился и, брыкнув меня пяткой в бок, переместился к стенке.

— Ползи ближе, гляди в глаза!

Ползу, глядю.

Я знала, что Шон невероятный… но его Мрак был чем-то вообще запредельным. Низкий мощный рык на грани инфразвука, так, что теряешь опору, связь с реальностью, вибрируя, разлетаешься на осколки, чтобы почувствовать себя кем-то совсем другим — могучим, вольным, крылатым… Вместе с ним я неслась над горами, освещёнными закатным солнцем, пикировала вниз и взмывала к облакам… Чем я была? Чешуйкой на его гребне? Бликом на крыле? Просто мыслью?

Я летела бы так вечно за солнцем вслед… и я бы его догнала… но внезапно зов стих. Я, задыхаясь, с колотящимся сердцем, сидела, вцепившись в мантию Шона и уткнувшись носом в его бок. Подняла голову — карие глаза сияли.

— Ты уже и так сердцем дракон…

Сердцем. Мне этого мало — хочу крылья и гребень, зубы и хвост. И магию в придачу!

— Потерпи, всё придёт в своё время. Если справишься с собой.

Задумалась. А могу не справиться? Это как? И ещё… Не вслух. Такое выходило только подумать:

«Шон, я вчера вечером и вправду расстроилась, что ты ушёл с Аскани. Но почему ты вернулся?»

«Потому что понял, что ты расстроилась. Тебе показалось, что я опять о тебе забыл. А ты так привыкла доверять только себе, что если дать тебе малейший шанс — замкнёшься в ледяной броне снова. А это не дело».

«А что такое трансдентный? И почему не дело?»

«Трансцендентный? Непостижный уму. Глазастый кузнечик, дорасти хотя бы до воробья — тогда поговорим. А сейчас ты — личинка дракошки любопытная… — Приподнял пальцем мой подбородок и заглянул в глаза. И усмехнулся: — Перетерпишь с объяснениями, пока не повзрослеешь!»

Так бы и стукнула этого весельчака. Замахнулась кулаком и въехала — по стенке. Шон исчез. Зато я, потеряв равновесие, сама долбанулась о стену лбом. Краш фэк!

— Тим! Что ты делаешь?

Обернулась. С кровати напротив на меня сонно таращилась Бри.

— Показалось, что моль пролетела… — попыталась я объяснить неадекватное поведение.

— Моль? А у нас шаль! И шубы! И моё новое шерстяное платье! — с Бри разом сдуло весь сон. — Тим! У тебя лаванда есть?!

Ну и что я сейчас сдуру наделала?

Послышалось, что вдалеке кто-то хихикнул.

Ночью опять падал снег. Такой густой, что руки не увидать. Казалось, что земля и небо перемешались, став холодной белой кашей без формы и границ… И шёл, шёл… Поутру школа утопала в снегу. И после завтрака лорд Йарби отправил нас с Асом на улицу с заданием расчистить все тропинки, дорогу к воротам, путь к конюшне и лошадиный загон в придачу. Я отомстила, сообщив о четверговых Советах Лордов, которые мы еженедельно должны посещать. Соответственно, прогуливая два последних урока. Росс вздохнул: