Черный клан - Алекс Градов

В этот момент Ники тронула Грега за руку и что-то прошептала. Нехорошая задумчивость на его лице тут же сменилась интересом. Он пристально взглянул на меня и спросил:

— Насчет какого знака ты расспрашивал Веронику?

— Какого еще знака? — не понял я.

— Знака, который ты видел у себя на лбу. Я там сейчас ничего не вижу, но, даже если тебе почудилось, это может быть значимо. Так что же ты видел?

Я опустился на корточки и пальцем нарисовал в пыли цветок с четырьмя сдвоенными лепестками. Все трое немедленно склонились над рисунком.

— Что это? — удивленно спросила Ники.

— Вентилятор, — предположил Валенок.

— Вот как! — сказал Грег, выпрямляясь. Как он ни старался держать лицо, а я на этот раз заметил, что он поражен. — Да, пожалуй, это знак… для меня.

— В каком смысле?

— Ну… теперь я представляю, что делать с тобой и твоим светом. Дальше решать тебе. Ты в самом деле хочешь стать моим учеником?

Я сглотнул. Решать? Прямо сейчас?

Ситуация была дурацкая. Я ничего про них не знал — кроме того, что они не такие, как все.

Что они появляются из воздуха, летают, не тонут в воде и видят Млечный Путь невооруженным глазом (если, конечно, не врут).

И вполне может быть, что они вообще не люди.

И что Грег готов на каких-то условиях учить меня неизвестно чему…

Потому что я во что-то превращаюсь, и деваться мне некуда.

— Да, — сказал я. — Я хочу стать таким, как вы.

— Ты даже не понимаешь, о чем просишь, — тихо сказал Грег.

— И все же безопаснее было бы прикончить его, пока он еще ничего не понял, — проворчал Валенок.

Я глубоко вздохнул и оглянулся. Темнота была полна мерцания. Переливчатое сияние новостроек; россыпь звезд, пригашенная городским смогом; огни пробегающих внизу автомобилей… Вокруг шелестел сухой бурьян. Налетел порыв холодного ветра, и провода слаженно загудели, словно басовые струны.

Я принял судьбоносное решение, и ничего в мире не изменилось. Даже странно.

— Ну за что мне это? — услышал я голос Грега. — Столько лет относительного покоя, и тут за полгода сначала Вероника, а теперь еще и ты! Почему вы все на меня валитесь?

— Потому что ты лучший, — ответила Ники преданно.

Я ожидал от Валенка очередного издевательского комментария, но он, кажется, был на этот раз солидарен с девушкой.

— Что ж, я помогу тебе, — сказал Грег. Теперь, выйдя из задумчивости, он стал собран и деловит. — Подготовлю, выберу правильный момент и способ. Но превращаться будешь сам. В это я не имею права вмешиваться. Кстати, сколько тебе лет?

— Двадцать два.

— Возраст подходящий. Ты не женат, надеюсь?

— Нет, — удивленно ответил я.

— Вот и хорошо, не надо будет разводиться.

— При чем тут это?

— Будь морально готов к тому, что семьи у тебя никогда не будет. Но это так, мелочи по сравнению с прочим.

Да, этот тип явно умел вогнать человека в ступор. Пока я молчал, переваривая его слова, Валенок вкрадчиво сказал:

— Да забей. Давай я тебе быстренько вырву глаз, и ступай домой. Зачем тебе это все?

— Зачем? — повторил я. — Знаешь, Валенок, скажу правду: мне просто нечего терять.

— Ты уверен?

В темноте глаза Грега казались двумя черными ямами на бледном лице. Вокруг нас возникло какое-то странное напряжение — мне даже стало на миг трудно дышать.

— Я не обещаю, что в твоей жизни появится что-то замечательное, — заговорил он неспешно. — Даже не могу гарантировать, что все перемены будут к лучшему. И что ты мне потом скажешь спасибо…

— А можете сказать, в кого я превращаюсь? — не выдержал я.

— Нет.

— Почему?

— Потому что сейчас никто не знает, каким ты станешь. Это зависит от случая — или судьбы, как тебе больше нравится… А также от наследственности… Но в основном все-таки от тебя самого. Ты должен идти вперед сам, и то, что ты получишь, — будет только твое. Но одно я обещаю точно — ты изменишься, причем необратимо.

— Это именно то, чего я хочу, — бодро ответил я. — Моя нынешняя личность мне не нравится. Я хочу расти над собой!

— Прекрасно. Чем ты готов пожертвовать ради превращения?

У меня по спине поползли мурашки.

Этот же вопрос он задавал Ники.

Впервые промелькнула мысль — нашла она в итоге ответ?

Я очень хорошо подумал и сказал:

— Я бы рад. Но у меня ничего нет.

Этот ответ показался мне беспроигрышным. И безопасным.

Грег покачал головой.

— Неправда.

Его слова прозвучали равнодушно и почти беспечно, но мне снова стало как-то зябко. И почему-то почудилось, что, так удачно и гладко проведя переговоры и добившись желаемого, я под конец совершил нехорошую ошибку.

А Валенок, словно подтверждая мои опасения, заметил:

— Вот-вот. На крайняк, у тебя есть ты сам.

— Что значит «ты сам»?! — Я недоверчиво посмотрел на Грега.

Но тот больше ничего не сказал, позволяя трактовать свои слова как угодно.

На этой оптимистичной ноте официальная часть переговоров закончилась.

Мы ударили по рукам.

— Подписываться кровью не обязательно? — плоско пошутил я, ежась на холодном ветру.

— Что, очкуешь? — осклабился Валенок.

— Прежде чем мы приступим к подготовке, — сказал Грег, спрыгивая с края бетонной плиты, — я должен узнать, на что ты годен. Поэтому тебе придется пройти ряд испытаний.

— Испытаний? — повторил я. — А, ну да, само собой. Что же это за тайное общество без испытаний-то? Это же не кружок резьбы по дереву!

Ники фыркнула за моей спиной. Грег как ни в чем не бывало продолжал:

— Это может быть неприятно. Страшно. Больно и обидно. Я даже не исключаю небольшой вероятности, что ты умрешь. А если ты струсишь и решишь слиться, не доведя дела до конца, то почти наверняка попадешь в дурдом.

Не могу сказать, что меня это очень вдохновило, но отступать было поздно.

— Риск — дело благородное, — залихватски ответил я. — Что ж, приступим!

Глава 12
Уход от мира

По возвращении домой меня ожидал сюрприз. К квартирной двери была скотчем прилеплена записка. Точнее, не просто записка, а настоящее послание.