Дикарь - Александр Васильевич Коротков

Времени на раздумия особо не было. Я услышал, как по городу разнесся гулкий, похожий на колокольный, звон, который мог означать только тревогу. С минуты на минуту здесь появятся стражники, у которых к нам наверняка наберется несколько вопросов. Поэтому я встал в круг и набрал в грудь воздуха, как вдруг Розмари резко произнесла «Карфаген!».

— Ты что творишь, стерва?! — взъелась Ямила.

— Всегда мечтала там побывать.

Рыжая чертовка обворожительно улыбнулась мне сквозь золотистые всполохи заработавшего портала, полностью игнорируя яростные взгляды бывшей рабыни. Через мгновение невидимая рука резко дернула меня за пупок и мы провалились в кромешную тьму с редкими золотистыми проблесками. Несколько секунд падения и мы оказались на открытом пространстве, с одной стороны упирающемся в величественные, высотой метров в пятнадцать, с которой на нас внимательно смотрели облаченные в легкие туники лучники. Карфагеняне оказались умнее массилийцев и не стали располагать дорожный камень внутри города.

Здесь нас тоже встречали вооруженные охранники. У всех фалькаты, но чуть более длинные, чем у греков, а также большие овальные щиты. Светлая, несмотря на палящее солнце, кожа. Стройное жилистое телосложение, а из брони только небольшие нагрудные пластины, размером с тарелку. Моя Мудрость любезно показала мне, что передо мной скутарии. Что бы это ни означало.

— С чем пожаловали в Карфаген, путники? — В голосе обратившегося к нам не было ни капли враждебности и я не преминул возблагодарить судьбу за то, что кровь здесь исчезает так быстро.

Помня, что из себя представляют карфагеняне, я заранее подготовил ответ:

— Мы хотим найти в вашем славном городе работу. Возможно, кому то из почтенных торговцев понадобятся охранники или воины.

— Конкуренты, значит, — хмыкнул старший, потерев шрам на подбородке. Непонятную фразу про конкурентов я решил не уточнять. — Извини, парень, но на воина похож только ты. Две бабы с тобой потянут разве что на полковых шлюх. Ну а пацан может с поручениями бегать.

Его товарищи заржали, словно услышали отличную шутку.

— Впрочем, дело твое, — продолжил старший, когда смех поутих. — платите по три денария с носа и милости просим.

Я скрежетнул зубами, но полез в кошелек. Спорить бесполезно, тогда он просто еще поднимет плату. Пришлось расстаться больше чем с половиной имеющейся наличности.

— Ну вот теперь милости просим! — Старший лихо спрятал монеты в кармане, что-то показал в сторону ворот и направился к только что появившемуся из портала богато одетому смуглому старику в сопровождении двух огромных, черных как смоль негров.

Вблизи ворота поразили своим величием. Высокие, в три человеческих роста, массивные, обитые железом. Не могу представить таран, который смог бы их пробить. Впрочем, у римлян будет свое мнение на этот счет.

Два стражника на воротах, вооруженные так же, как и встречающие на дорожном камне, с интересом наблюдали за нашим приближением, но тут скорее сыграло роль то, что смотреть больше было не на что.

— А не подскажете, любезные, где здесь можно найти работу?

«Любезные» откровенно скучали, поэтому искренне обрадовались возможности поболтать.

— Можешь обратиться в здание совета, парень. Торгаши любят нанимать себе на службу людей, знающих, как обращаться с оружием. Сами-то они давно позабыли, как это делается, ну, кроме Священного отряда. Твои жгучие спутницы могут податься в театр. Там любят смазливые мордашки. Если вдруг надумают — пришли весточку, хочу глянуть на их представление хоть одним глазком. — говоривший весело подмигнул мне.

Его товарищ не собирался оставаться в стороне и добавил:

— Ну ты их еще к суффету отправь, Амусин. Скажешь тоже, в совет обратиться. Иди на рыночную площадь, парень. Там всегда кто-то кого-то ищет, для той или иной работы. Я слышал, что торговец шелком по имени Ганнон ищет того, кто сможет выполнить для него поручение. Но иберы и нумидийцы ему почему-то не подходят. В общем, походи, поспрашивай.

Я поблагодарил оказавшихся столь приветливыми стражников ворот и шагнул в открытую высокую, в два человеческих роста, дверь.

Глядя на величественную неприступную цитадель, возвышающуюся над остальным городом, я с удивлением понял, что отчасти даже благодарен Эн-Зану. Каким еще образом я смог бы посетить один из величайших античных городов Средиземноморья?

А еще я очень надеялся, что хотя бы из этого города не придется бежать сломя голову. А то хреновое у меня какое-то путешествие получается…

Не боги горшки обжигают

Римский ланиста Кантидий со своего места в ложе амфитеатра Марсового поля уже час наблюдал за проходящими на арене. Успели пройти поединки двух бестиариев, которые были предсказуемо растерзаны голодными тиграми, а также бой мурмиллона против гопломаха, в котором вооруженный коротким мечом мурмиллон смог сломать копье противника. Толпа черни сегодня прибывала в кровожадном настроении, поэтому побежденный в конечном итоге оказался пронзенным от шеи до сердца. Ну, туда ему и дорога. Еще на тренировках Кантидий понял, что долго ему не протянуть. Слишком мало опыта.

Теперь же ланиста с нетерпением ждал завершающего боя. Три дня назад к нему в людус заявился неизвестный римлянин и заявил о своем желании участвовать в боях в качестве димахера. Довольно редкий тип гладиатора, надо сказать. Мало кто умеет сносно обращаться с двумя клинками, намеренно отказываясь от возможности использовать щит.

Кантидий, несмотря на удивление, согласился выпустить новичка на арену. Если его убьют, то дурак будет сам виноват и своей смертью потешит толпу. Однако что-то подсказывало опытному ланисте, что новичок прекрасно отдает себе отчет, что делает.

Так и оказалось. Неизветный продемонстрировал недюжинную силу и сноровку и в первом же бою показал удивительные навыки, за минуту распотрошив выставленного против него фракийца. Зрители хоть и оказались недовольны скоротечностью боя, но по достоинству оценили умения новичка и хотели снова его увидеть.

В следующем поединке Кантидий выставил против новичка двух опытных провокаторов. С ними воин, котором благоволил сам Марс, не иначе, провозился чуть дольше пяти минут. Парные фалькаты в его руках превращались в размытое стальное смертоносное облако и за все время поединка противники смогли достать его лишь дважды, чего явно недостаточно, чтобы убить подобного воина.

И теперь, особо не прислушиваясь к беснующейся и свистящей толпе, Кантидий лихорадочно размышлял, сможет ли новичок, которого распорядитель объявлял странным именем Фалмек, что-либо противопоставить трем опытнейшим рудиариям. Бывшие гладиаторы, своим умением заслужившие себе свободу, даже в одиночку были грозными противниками, а уж втроем… Да вместе с ними можно набеги на галльские города устраивать!

Рудиарии, к слову, уже вышли на арену, поприветствовали толпу и со спокойствием, присущим