Волчьи войны - Анри Лёвенбрюк

Епископ встал, обошел вокруг сундука, открыл его и вынул оттуда Меч Нуаду, тщательно завернутый в темную ткань.

— Я ухожу. Один. Ваши люди задерживают меня, никакая защита мне не нужна.

— Ва… Ваше Преосвященство, — растерянно пробормотал тот, — надеюсь, вы шутите?

Самаэль прикрепил меч к поясу, не разворачивая его, и собрал в мешок одежду и припасы.

— Напротив, я очень серьезен. Мне нужно как можно скорее перехватить Мерианда Мора, нельзя терять ни минуты. Один я ничем не рискую, меня хранит Господь. Приготовьте мне лучшую из лошадей. Завтра вы поедете в Харкур и сообщите обо всем Томасу Эдитусу и графу Ал'Роэгу. Я берусь образумить Мерианда Мора и привести его в Харкур для переговоров об объединении наших сил.

Спорить с епископом командир отряда не решался, хотя был уверен, что если не обеспечит сопровождение высокого духовного лица, то по возвращении в Харкур получит от Томаса Эдитуса нагоняй. Но епископ был полон решимости действовать в одиночку, а опытный воин уже видел, как тот ведет себя в бою, и понимал, что старый безумец действительно способен постоять за себя.

Он сдержанно кивнул, вышел из палатки, не сказав более ни слова, и только утром следующего дня сообщил обо всем своим людям.

Самаэль к тому времени был уже очень далеко.

— Кто вы?

— Киаран. По крайней мере, так я выгляжу в мире Джар.

У него другое лицо. Но голос его. И глаза его. И мысли, я узнаю его образ мысли… Но почему он так не похож на себя?

— Я не узнаю вас, друид. Но я видела вас в Сай-Мине. Здесь вы моложе, и эта одежда… Друиды одеваются по-другому!

— Я был таким, когда был чуть постарше тебя, Алеа…

— Вы были бродячим актером?

Он кивнул. А еще улыбнулся мне. Кажется, он не удивился, увидев меня здесь.

— Что вы здесь делаете?

— Я бываю здесь каждый вечер, как и ты. И давно за тобой наблюдаю. Все эти парящие вокруг мысли, пересекающиеся судьбы…

— Давно?

— С самого начала. С тех пор, как ты пришла в Сай-Мину. Я увидел твой образ, сначала он был нечеткий. Тебе не удавалось его контролировать, не так ли? Тогда тут еще была волчица…

Он знает Ималу.

— …И был еще образ Эрвана Аль’Дамана, молодого магистража, сына Галиада. У тебя к нему чувства…

Он как будто смеется надо мной, но я знаю, что он делает это не нарочно. Он самый необыкновенный из всех Великих Друидов, я заметила это еще в Сай-Мине. Может быть, он шпионит за мной по поручению Совета?

— А еще здесь был Маольмордха, помнишь?

— Он тоже наблюдает за мной, не так ли?

— Разумеется, но не сейчас. Я не знаю, что он сейчас делает… Может быть, даже что-то опасное.

Это так. Сейчас я его здесь не чувствую. Но я знаю, что он стоит на моем пути. Маольмордха. В самом конце моего пути…

— Вы следите за мной по поручению Совета?

— Я наблюдаю за тобой очень давно, а Совет только недавно узнал, что я могу бывать в мире Джар. Я им сказал, что видел тебя здесь, но больше они ничего не узнают.

А вдруг он лжет?

— Я думаю то же, что и Фелим, Алеа. Я думаю, что ты Самильданах. Я знаю это. И я хочу защитить тебя от Совета так же, как и он.

— Но ведь вы сами член Совета!

— Это не означает, что я всегда согласен с его решениями. Я дитя Мойры…

Я не уверена, что понимаю, что он говорит. Так называют бродячих комедиантов. Но что именно это означает?

— Фелим мертв. Он один хотел защитить меня, но он мертв.

— Я знаю. Трое друидов, которых отправили искать тебя, вернулись. Они нам это и сообщили. Но Фелим был не один, так же, как он, думаю и я, и юный Фингин. Вчера он ушел из дворца.

— Фингин? Он ушел из Сай-Мины?

— Да. Он ищет тебя.

— Он меня найдет. Он мне нужен. Мне нужно столько узнать…

— Это ты должна научить нас многому. Ты Самильданах, Алеа.

— Как ты приходишь сюда, если другие друиды этого не могут?

— Они смогли бы, если бы меньше занимались интригами и больше работали над сайманом. Но не я один прихожу сюда, Двое отступников тоже. Маольмордха и Самаэль. Тебе следует опасаться Самаэля. Он уже близко. Не знаю, куда ты идешь и что хочешь сделать, но он все время рядом с тобой.

— Он сейчас тоже наблюдает за мной?

— Нет. Не думаю, чтобы он видел тебя здесь.

— Откуда вам все это известно, Киаран?

— Я часто прихожу сюда. Смотрю, слушаю. Братья считают, что я витаю в облаках, а я здесь. И правда этого мира открывает глаза на ложь за его пределами.

— Как мне узнать, могу ли я вам доверять?

— Ты никогда не сможешь доверять мне. Ты никогда больше никому не сможешь доверять. Тебе надо всегда быть настороже, Алеа.

— Мы еще увидимся?

— Каждый раз, когда ты будешь приходить сюда, если захочешь.

Мне кажется, захочу. Мне есть чему поучиться у Киарана. Но надо бы поменьше ему рассказывать. Не давать лишних сведений.

— Хорошо, пусть будет так. Я буду видеться с вами каждый вечер, Киаран, но вы должны обещать, что не станете незаметно наблюдать за мной, когда я буду приходить сюда для встречи с кем-то другим.

— Обещать тебе?

Действительно: какой толк в подобном обещании, если он сам только что сказал мне, что я не должна никому доверять? Наверное, он меня боится.

— Если я еще раз замечу ваш взгляд, Киаран, я поступлю с вами так же, как и с Князем герилимов.

Молчит. Думаю, он понял меня.

— А теперь мне надо кое-что сделать, Киаран. Я очень рада, что вы дали о себе знать. Мне очень не хватает Фелима. И мне необходимо поговорить с друидом. Один Фингин, очевидно, не справится.

— И я тоже не справлюсь, Алеа, но я научу тебя всему, что знаю сам.

— Благодарю вас.

Повернулась. Ухожу. Он за мной не идет.

Далеко от этого места. Я должна подумать, что я далеко от этого места.

Мне надо найти Эрвана.

Дверь Джара. Я могу ее найти. Вот она.

Я подхожу к ней.

Он там. Этот свет, я узнаю его. Я уже здесь. Похоже на голубой колодец. А там, внизу, — Эрван.