Кукушка - Дмитрий Скирюк

— Лучше бы ты помог мне выбраться отсюда ответил он.

Тил покачал головой:

— Ты знаешь, что это не в моих силах.

— Но сюда-то я как-то попал!

Тил не ответил. Вместо этого опять поднял голову к небу.

— Скоро совсем стемнеет, — как бы про себя сказал он, — Жаль, что ты не видишь всех этих цветов.

— Ну, жаль и жаль. Хрен с ними. А зачем они?

— Вот этого не знаю. Думаю, это погодная магия слегка разладилась. С той стороны уже весна, а здесь ещё снег лежит. Но до чего красиво! Прямо как тогда на севере. Ты уже ужинал?

— Нет еще.

— Давай тогда хоть что-нибудь съедим. — Тил поднял сумку, висевшую у него на плече, и похлопал по ней: — Я принёс хлеб, сыр, рыбу. И вино.

— Спасибо.

— Не за что. Прости, что не могу заглядывать почаще: я знаю, ты тоскуешь по людской еде. Пойдём, а то потом ещё гробанёмся в потёмках...

Жуга усмехнулся. Опасения его спутника были совершенно лишними: уж на этот счёт можно было не беспокоиться: старая магия исправно действовала, всякий раз зажигая на стене холодные огни по мере продвижения по лестницам и коридорам и так же исправно гася их за спиной, — за три месяца пребывания здесь он успел в этом убедиться. Сам Жуга прекрасно видел в темноте, а на самый крайний случай и он, и его спутник могли зажечь магический огонь. Предлог был явно надуманным, но спорить он не стал и первым двинулся вниз.

— Их четыре, — вдруг раздался голос за его спиной.

— Что? — Травник обернулся.

— Я говорю, что их четыре, этих крепостей.

— Таких, как эта?

— Да. Четыре пограничные цитадели Запада: две севернее — Авалон и Тир-Нан-Ог, Каэр Сиди — «Кружащийся замок» в Слиаб Мис, и эта, Катаэр Крофинд — «Крепость с белыми валами». Юго-западный рубеж.

Он умолк, и некоторое время только лёгкий звук его шагов раздавался в тишине.

— Что они оберегали, Телли? — тихо вопросил Жуга. — От кого?

— Какая разница? Теперь уже не важно. Мир не всегда был таким, как сейчас, Лис. Раньше доступ в Серединный мир, где обитают люди, был свободным. Не для всех, но всё-таки. А здесь была граница трёх миров. Сейчас она закрыта. Нет пути, и ничего не надо больше охранять. Заставы сняты. Гарнизон... ушёл.

Витая лестница закончилась.

— И давно это случилось?

— Давно. — Тил остановился и сбросил сумки на пол. — Расположимся тут?

Травник огляделся. Там, куда падал взор, стена начинала матово сиять, будто по ней бегал солнечный зайчик, а вернее сказать, не солнечный, а лунный — серебристое пятно отражённого света.

— Почему тут? — спросил он.

Тепло, просторно. Вид из окна хороший.

— Здесь нет стола.

— Об этом не беспокойся. Лучше принеси чего-нибудь из кладовой.

— Раскомандовался.

Телли усмехнулся, сбросил плащ и шапку и размял костяшки пальцев.

— Предлагаешь поменяться?

— Ладно, чего там, — Жуга махнул рукой, — делай, раз умеешь, у меня всё одно ничего не получится. Чего принести-то?

— Выбери на свой вкус. Мне всё равно.

Когда минут через десять Жуга вернулся, принеся посуду и провизию, стол был почти готов. Четыре ножки выросли из пола, дали в стороны отростки и теперь смыкались под рукою эльфа в ровную, хотя геометрически не очень правильную поверхность. Ещё минута, и всё было закончено.

— Скамейку или табуретки? — спросил Тил. — Скамейку быстрее.

— Опять возня. Какого лешего ты сделал его таким высоким? Сели б на пол. Давай твори свою скамейку. — Травник выложил на стол стопку лепёшек, запакованных в сухие листья, три горшочка и какой-то жбанчик. — Вот, — сказал он. — Уж не обессудь, не знаю, что там: взял, что подвернулось под руку.

— Там написано.

— Никак не научусь читать ваш алфавит. И руны вроде знакомые, а сложишь в слова — непонятно.

Тил хмыкнул:

— Жуга, ты меня удивляешь. Это же простой тенгвар... А впрочем, ладно. Дай сюда.

Не отрывая ладони от растущей лавки, Телли развернул горшочек надписью к себе и нахмурил брови.

— Ореховый паштет, — объявил он, прочитав. Повернул другой. — Лесные яблоки в сиропе. — Дотянулся до третьего. — Так, а это... крупяная запеканка в белом соусе. Сойдёт?

— Сойдёт, — одобрил травник. А что в коробке?

— Не знаю, не написано. Скорее всего хрень какая-нибудь. Давай раскупоривай.

— Как там лавка?

— Готово. — Тил потряс руками. — Можно садиться. Он в свою очередь извлёк из сумки мягкий сыр, бутылку в ивовой оплётке и корзинку, от которой шёл копчёный дух. Выдернул затычку и разлил вино по кружкам. Травник вскрыл берестяной «стаканчик» и вдруг рассмеялся.

— Тил! — позвал он, — погляди-ка.

— Что там?

— Хрен. Ты угадал. — Он принюхался. — И уксус с яблоком.

Некоторое время оба молча насыщались. По мере того как за окном темнело, стены в комнате светились всё ярче. Наконец с едой было покончено.

— Ты не ответил на мой вопрос, — напомнил травник. Тил повертел в ладонях двузубую деревянную вилку и вздохнул:

— Я уже сказал, что не могу тебе помочь.

— Но почему? Яд и пламя! Ты приходишь и уходишь, значит, я тоже мог бы рискнуть. Раз Рик принёс меня сюда, значит, можно и выбраться отсюда.

— Выбраться? — Тил поднял брови и повёл рукой. — Да запросто! Граница изнутри не заперта, ничего тебя не держит. Можешь хоть сейчас открывать портал и уходить.

— Но ты говорил...

— Да. Говорил и снова повторю, если ты меня не понял: коль ты решишься, это будет твой последний день. Эта крепость — «Оплот пустоты», понимаешь? Здесь особое заклятие. Ты не умрёшь, ты просто потеряешь память. Очень действенное средство против нарушителей. Помнишь, как ты встретился со мной? Помнишь, что со мною было?

— Помню, — одними губами произнёс Жуга, но Тил услышал.

— Помнишь? Превосходно. Будет то же самое. Так устроено, — продолжил он, — что, проходя через границу, каждый, кто не получил дозволения, начинает терять память. Да, не до конца, но главное он забывает: самого себя, сложные знания и все намерения, с которыми он заявился. Так сделано нарочно, чтобы враг, пусть даже и прорвался, сделался бы неопасен.

— Но дракон пронёс меня, хоть я и плохо это помню.

— Так то дракон! — ответил Тил. — Потом, ведь сюда проход не возбраняется! А Рик ушёл, и я не знаю, какими делами он занят во внешних сферах. Ни мне, ни тебе туда доступа нет.

— И у тебя ни разу не было желания его найти? Ведь столько лет прошло!