Второй шанс для мачехи - Айли Иш

— Граф, — это был уже дрожащий голос матери полный слёз. — Я не знаю, что Фида наговорила вам про нас, но это ложь. Мы заботились всегда о ней и любили. Да, мы сожалеем, что вам досталась бракованная жена, Фида пуста и не может родить…

Послышался странный звук. Альфидия даже задержала дыхание. Калистен отвесил её матери пощёчину? Или нет? Графиня не смогла понять.

— Никогда не смейте так говорить о моей жене, — в голосе графа проступили злые нотки. — Я не потерплю подобного.

Альфидия нервно сглотнула, только сейчас поняв, что в коридоре с ней находятся обеспокоенный дворецкий и пара слуг. Боже, неужели они тоже всё это слышат? Какой позор!

— Ты хочешь отнять у нас и вторую дочь, — графиня даже удивилась, что отец продолжает гнуть линию в такой ситуации. — Сперва убил Эгину, а теперь хочешь и Фиду отнять?

На какой-то миг воцарила тяжёлая тишина. Графиня не могла поверить в услышанное. Как её отец осмелился обвинять в подобном Калистена?

— Эгина умерла в стенах вашего дома, — холодно сказал граф. — Я выслал её, хотя после её измени должен был развестись, но не стал делать этого ради Лейфа. На чью сторону вы тогда встали? Что мне сказали? Вы пылинки с неё сдували, обвинив во всём меня, уверен, руки бы в жизни на неё не подняли. Так почему осмелились ударить Альфидию?

Графиня зажмурилась. Всё, теперь все всё поняли, как же теперь ей неловко!

Но в груди разгорался маленький огонёк благодарности Калистену. За неё впервые в жизни заступались, её интересы отстаивали. Кто-то оказался на стороне Альфидии. И это оказалось так важно.

— Я предупредил — вас больше не пустят на порог моего поместья, а если узнаю, что вы где-то пересеклись с моей женой или сыном или попробовали с ним связаться — я лично за вас возьмусь.

— Да как ты..!

— И барон, — голос Калистена стал тихим, графиня не смогла расслышать его слов и взволновалась из-за этого сильнее. Муж чем-то пригрозил?

Графиня сперва услышала приближающиеся шаги и успела отпрянуть от двери, прежде чем та раскрылась.

— Альфи, — на миг застыл Калистен, а заем решительно шагнул к жене и взял её на руки.

— Что вы делаете, граф? — воскликнула Альфидия, вцепившись в его плечи и с волнением заглянув в глаза, перешла на шёпот. — Поставьте меня, на нас все смотрят!

— Ты не в состоянии дойти до своих покоев, так что я сам тебя отнесу, — усмехнулся Калистен, бросив стоявшему рядом Кнею. — Позаботься о бароне.

— Стойте, граф…

— Альфи, — шепнул он в её покрасневшее ушко, направившись к лестнице, — я задолжал тебе два поцелуя. Знай, что я не поцеловал тебя сразу, потому что нужно сперва позаботиться о твоей щеке.

— Что? — Альфидия, смущённая до нельзя, почувствовала, как краска заливает лицо.

— И я почти не почувствовал твоей благодарности. Тебе обязательно нужно будет повторить своё «спасибо», чтобы я хорошо его почувствовал!

Альфидия проиграла, просто прижалась к нему, спрятав пылающее лицо на груди у мужа, сердце казалось и вовсе выпрыгнет из груди.

К большому облегчению Альфидии, как только Калистен ставит её на ноги, то их уединению мешает появившийся слуга. Граф выходит с ним ненадолго, а потом возвращается в комнату.

— Альфи, — граф заключает жену в объятия, ласково поглаживая по спине. — Мне срочно нужно уехать. За родителей не волнуйся, их уже отправили из поместья, ты с ними больше не столкнёшься. Я вернусь поздно, если не приеду к ужину, вряд ли буду ночевать дома. Если будет страшно, спи в комнате у Лейфа.

— Что-то случилось? — взволнованно спросила графиня.

Калистен молча посмотрел в её лицо, мягко поцеловал в губы и отстранился, выпуская из тёплых объятий.

— Надо разобраться кое с чем, — сказал граф и направился к выходу. — Позаботься о себе в моё отсутствие.

Альфидия взволнованно обняла себя за плечи, смотря на закрытую дверь и чувствую странную пустоту в груди. До неё дошло не сразу — она была расстроена, что Калистен ушёл.

Пришли служанки и начали колдовать над её лицом, потом прибыл лекарь, который так же обработал уже не болящую щёку, дал какую-то настойку, после которой Альфидия продремала пару часов.

К ужину они ели с Лейфом в столовой вдвоём. Альфидия поняла, что поместье без графа впервые чувствуется таким пустым, а предстоящая ночь казалась тревожной и лишённой сна.

Калистен не был против, чтобы она пришла в комнате к Лейфу. Знал ли он, что ей будет невыносимо спать одной? Да и где? В своей кровати? После возвращения в молодое тело, не было ни одной ночи, которую она спала бы одна. Возвращаться в свою кровать — это как в прошлое, где она была несчастна. Вот и скитается по чужим кроватям. Но стоит ли тревожить Лейфа, если она больше не приходила к нему? Тогда куда идти ей? В комнату к графу? Имеет ли она право спать в его кровати, пока его там нет и сможет ли без него уснуть?

— Сегодня учитель истории меня похвалил, я сдал тест на отлично, — робко похвалился Лейф, посматривая на мачеху.

Альфидия искренне улыбнулась. Она была рада достижением пасынка. Но больше этого она была счастлива тому, что он решил поделиться с ней успехами, разделить эту радость.

— Ты большой молодец, — сказала Альфидия ему те слова, которые ребёнком мечтала услышать от родителей. — Я горжусь тобой.

Щёки Лейфа зарумянились, он нервно сжал вилку и кивнул, пытаясь подавить улыбку.

— Учитель фехтования тебя хвалил, — сказала графиня. — Я передала его слова графу и он был доволен.

Пасынок активно кивнул, светясь от счастья. Про отца он никогда не спрашивал сам, но с замиранием слушал всё, что про него говорила мачеха. Наверное, Лейф нуждался в родном отце ещё больше, чем в ней.

Стоит ли просить Калистена уделять внимание сыну? Не разозлится муж, что она лезет не в свои дела?

— Я исправлюсь, Лейф, — пообещала ему Альфидия. — Я буду лучшей… мачехой для тебе.

Он вновь поднял на неё взволнованный взгляд.

— Если ты хочешь, — она нервно сглотнула, в горле резко стало сухо, — то можешь называть меня мамой.

Глаза Лейфа шокировано распахнулись, он в молчание уставился на неё.

И Альфидия побоялась добавить что-либо ещё. Поспешила ли она с этим предложением? Но Лейф из её прошлого говорил, что