Мост через Бездну - Андрей Ливадный

– Анвар, Хельга, почему не слышу докладов? – Резко осведомился Фрост, отворачиваясь от останков киборга. Комментировать увиденное не хотелось.

– Мы заканчиваем прочесывание. Пока все чисто. Здесь кто-то вел серьезный бой с машинами, мы насчитали пять человеческих тел и восемь эндоостовов киборгов. Некоторые помещения взорваны, энергоснабжение не работает. На развилке коридоров есть флуоресцирующий указатель направления. На нем написано: «Сектор испытательных лабораторий». Больше ничего заслуживающего внимания мы не встретили.

– Добро, – буркнул Фрост, и вдруг понял, что не имеет понятия, какой приказ следует отдать двум разведгруппам.

– Дрейк, ты слышал? – Скрепя сердце обратился он к Драйву. – Они заканчивают прочесывание. Что дальше?

– Пусть поднимаются на следующий уровень и так, шаг за шагом до самой вершины Башни. Нигде ничего не включать и не трогать.

– Ладно… – Фрост передал приказ, и повернулся к Дрейку, перегородив неширокий коридор.

– Дикс, пора бы тебе объясниться.

– В смысле?

– В прямом. Я, например, прилетел сюда с определенной целью. А ты? Только не говори мне, что решил переквалифицироваться из кибрайкера в археолога, ладно?

Драйв усмехнулся, но потом все же решил не конфликтовать с Фростом.

– Да, ты прав, у меня то же есть цель, но вряд ли она будет тебе понятна.

– А ты попробуй. Я понятливый.

– Хорошо. – Драйв посмотрел вглубь коридора и предложил:

– Давай совместим приятное с полезным. Мне нужно осмотреть обнаруженные лаборатории, а по дороге я поделюсь своими планами, идет?

Анджей молча посторонился, освобождая проход.

* * *

– Подумай сам, Фрост, мы что тупее Логриан? – Голос Драйва звучал в коммуникаторе шлема с легкой хрипотцой.

– В каком смысле? – Не понял его выпада Анжи.

– В техническом. – Дрейк свернул вправо на развилке коридоров.

– Ну, мы ведь не изобрели ничего подобного лограм. – Резонно с его точки зрения возразил Анджей. – У нас есть, конечно, микрокомпьютеры, но их мощность ничтожно мала по равнению с кристаллами двухголовых.

Дрейк остановился, резко обернувшись к своему компаньону. Свет плечевых фонарей его скафандра на миг ослепил Рогозина.

– Нам не дали их изобрести, понятно?

Анджей опустил светофильтр и недовольно ответил:

– Нет не понятно.

– Подумай сам. – Дикс попробовал толкнуть плечом дверь, но та не поддалась. – Во время Первой Галактической развитие кибернетики намного опередило другие направления науки, и в итоге мы едва не покончили с собой в прямом смысле этого слова. Людей осталось мало, а машин – миллионы.

– И что с того? Все равно машина без человека – это груда железа и электроники… Себе они не нужны. – Пояснил Фрост только что прозвучавшее утверждение. – Даже знаменитые модули «Одиночек», на сколько я знаю, не имеют реальной перспективы развиться до уровня разумного существа. – Анжи, который, не очень-то интересовался историей развития человечества, тем не менее, говорил уверенно даже убежденно. Видимо здесь все же сыграли роль процессы насильственной закачки информации, которую осуществляли переобучающие комплексы криогенной тюрьмы. Часть данных, в основном касающихся вопросов общей эрудиции, так или иначе, просочилась в сознание Фроста.

– Ты преувеличиваешь, Дрейк. – Продолжил он. – Да, я соглашусь: наши предки стояли на грани самоистребления, но разница между нами и машинами как раз и состоит в том, что люди способны возродиться, – выжившие дали бы начало новой цивилизации, а кибернетические монстры остались бы ржаветь на полях битв. Утрирую, конечно, но ты вряд ли сможешь меня опровергнуть.

– А я не собираюсь тебя опровергать. – Дикс понял, что дверь заклинило прочно, и отошел на пару шагов, жестом посоветовав Анджею сделать то же самое. – Галактическая война родила паранойю. – Он коснулся сенсора гашетки, и длинная очередь из импульсной винтовки вышибла участок дверного полотна в районе бездействующего замка. – Наши предки заразились страхом перед машинами и передали его по наследству. Везде, куда ни глянь, – техника будто остановилась в своем развитии. Неужели за целое тысячелетие мы не смогли бы изобрести что-то радикально новое? Я говорю не о мелочах, а о глобальных открытиях.

Фрост задумался, глядя, как Дрейк подобрал обломок трубы и, пользуясь ей, как рычагом сдвигает изуродованную выстрелами дверь по направляющим.

– Думаю, что ты прав. – Наконец, поразмыслив, согласился он.

– Вот об этом я тебе и толкую. Существует система сдерживания, и никто, – я убедился в этом, – никто в современном мире не смеет переступать определенной черты. Даже всемогущественные корпорации Окраины.

– Хм… Мне трудно представить, что финансово-промышленные группы Окраины станут остерегаться каких-то там запретов.

– И в этом ты прав… – Дверь, наконец, поддалась, со скрежетом сдвигаясь в сторону. Драйв обернулся. – Ты проспал самое интересное, Фрост, но начало корпоративных войн за контроль над ресурсами Окраины должно сохраниться в твоей памяти, верно?

Фрост только пожал плечами, не понимая, куда клонит Драйв. Он действительно помнил тот период: голодные враждебные к человеку планеты, с клочками терраформированных земель, население которых пополнялось не в силу высокой рождаемости, а в основном за счет потока эмигрантов. Из Центральных Миров в сектор Аллора стекалась далеко не гуманитарии… По реальному времени это происходило около сорока лет назад.

– Первые корпоративные войны начались, когда тебе стукнуло двадцать?

– Приблизительно.

– Значит, до момента ареста ты успел насладиться этим кровавым шоу?

– Какое к Фрайгу наслаждение? – Насупился Фрост, невольно припоминая жутковатые картины собственной юности.

– Те корпорации, что вышли победителями из серии локальных войн научились осмотрительности. Я говорю не о конкретных людях, – речь идет о поколениях, которые приняли политику всеобщего сдерживания, потому как понимают: еще десяток шагов вперед вне системы,и мы наизобретаем такого, что война будет длиться ровно пару секунд. Дальше возникнет озвученная тобой ситуация – горстке людей придется начинать все сначала.

– Тогда зачем ты так стремился попасть сюда?

– В первую очередь я бы спросил: почему? – Дрейк вошел в открывшийся дверной проем и закрепленные на его плечах фонари осветили покрытые прахом забвения сложные лабораторные комплексы. – Почему корпорация «Галактические Киберсистемы», успешно завоевала половину рынка робототехники, и отчего она внезапно, необъяснимо рухнула, распалась на тысячи отдельных предприятий?

Анджей промолчал, и Дрейк продолжил свой монолог, внимательно рассматривая окружающее его оборудование: