Повелитель Островов - Дэвид Аллен Дрейк

— Это медальон Каруса, — сказала колдунья. — Его отчеканили в день коронации Повелителя Островов.

На лице ее было написано удивление.

— Знаешь, у меня сохранилось много воспоминаний о тех временах, — продолжала она. — Просто в самом конце они перемешались, как фрагменты старой фрески, когда штукатурка начинает осыпаться. Когда я прикасаюсь к Старому Письму или вещам из моего времени, что-то оживает в памяти, но все по-прежнему перемешано.

— Теноктрис… — осторожно спросил Гаррик. — Тебе доводилось видеть Каруса?

Женщина покачала головой. Движения ее были скупы и осторожны. Илна подумала: многие, наверное, недооценивают эту старуху, что является большой ошибкой. При всей своей внешней неказистости она таила в себе грани алмазной твердости.

— Я никогда прежде не бывала на Хафте, — пояснила Теноктрис, затем улыбнулась и добавила: — Полагаю, я могла бы увидеть Каруса на Йоле, если б его флот не потопили.

Два бурундучка, отчаянно вереща, гонялись друг за другом по верху стены. Заметив людей, они на мгновение замерли, а затем порскнули в сторону, откуда появились.

— А вы видели когда-нибудь мужчину в черном плаще с капюшоном, который скрывает все его лицо, даже глаза? — Гаррик задал вопрос, глядя под ноги. — Не могу его лучше описать, потому что…

Теноктрис медленно приблизилась к юноше и, подняв подбородок, поглядела ему в глаза.

— Где ты мог встречаться с Клобуком? — тихо, потрясенно спросила она.

— На самом деле он не настоящий, — совсем смутился Гаррик. Чтобы отвести взгляд, он принялся возиться с медальоном, снова надевая его на шею. Он чувствовал себя неловко — примерно так же, как Илна, прикасаясь к платью колдуньи. — Я видел его во сне.

— Возможно, это был всего лишь сон, — произнесла Теноктрис, опуская взгляд. — Но не сомневайся, он вполне реален.

Она снова потрясла головой, как бы желая привести в порядок свои перепутанные воспоминания.

— Не знаю, кем является Клобук на самом деле и откуда взялся, но он — самый могущественный волшебник, которого я когда-нибудь видела. Он называл себя Малкаром, хотя, думаю, это всего-навсего хвастливая ложь.

— Он называл себя злом? — Илна не могла опомниться от удивления. Малкаром называли боуги[22], которыми пугали детей. Это не было божество, как Госпожа или ее супруг Пастырь. Или даже Сестра, правящая подземным миром. У Малкара не было поклонников. Поклоняться ему — все равно что поклоняться выгребной яме.

— Малкар — это не… — принялась было возражать Теноктрис. Она перевела взгляд с Гаррика на Илну и обратно, думая о доходчивости своих объяснений. Затем кивнула: — Ладно, давайте попытаюсь растолковать по-другому.

Прежде чем продолжить свою речь, колдунья взгромоздилась на стену. Для этого ей пришлось встать на цыпочки, но и тогда ограда загона была для нее высоковата. Загоном пользовалась вся деревня, весной и во время осенних сельскохозяйственных ярмарок, когда сюда съезжались за шерстью покупатели из Каркозы и более отдаленных городов.

— Основным источником энергии волшебства, — начала Теноктрис, — являются солнце и… И Малкар. Однако никто не может использовать такой источник напрямую. Силы, с которыми работают маги, не бывают чистыми, так же как вода, которую мы пьем, не совсем чистая.

— Так вы утверждаете, что Малкар не является злом? — нахмурился Гаррик. Илна никогда раньше не видела у него этой складки меж бровей. Обычно на лице у Гаррика ор-Райза играла мальчишеская улыбка, заставлявшая забывать о мужественности и силе юноши. — И вы служите Малкару?

— Нет, — ответила Теноктрис, для вящей убедительности хлопнув ладонью по стене. Она сидела на известковом кубе, взятом из кладки древнего храма. — Никто не служит Малкару. Другое дело — силы, проистекающие из Малкара. Их можно использовать по-разному. Например, я не пью морскую воду, но могу ее использовать.

Илна невольно обернулась и посмотрела на морские волны, танцующие на свету. У берега море было темным, почти фиолетовым. Дальше, в перспективе Внутреннего Моря, цвет переходил в нежно-зеленый, напоминая прекрасный нефрит. Это было куда красивее, чем обычая бесцветная вода, принесенная из колодца. Но, тем не менее, ни один человек в здравом уме не станет пить морскую воду…

— Клобук был очень могущественен, — задумчиво продолжала Теноктрис. — Ему хватило сил опустить морское дно под кораблями Каруса. А также, пусть и невольно, потопить Йоль… Удивительное дело… Ни один волшебник не поверил бы в это… Силы, с которыми работал Клобук — собственно, с которыми работают все колдуны — так вот, они возросли стократно менее чем за год. Простые человеческие объяснения здесь не подходят.

— Может, за это надо благодарить Малкара? — предположила Илна. Разговор будил в ней странные чувства — по всему телу разливалось тепло и в то же время что-то болезненно сжималось в душе. Похоже было на то, будто заплываешь без оглядки в безумно прекрасное, но опасное море.

Теноктрис раздраженно мотнула головой — ей никак не удавалось объяснить этим двоим.

— Это так же бессмысленно, как спрашивать зиму, хочет ли она быть холодной, — сделала она еще одну попытку. — Существуют циклы и силы. И они работают независимо от того, способны мы их понять или нет. Малкар нарастает и спадает, но не они…

Она замолчала и посмотрела на молодых людей.

— Не думаю, что солнце или Малкар сами по себе имеют какие-нибудь желания. Но наверняка я не знаю, так ведь?

И она улыбнулась очаровательной улыбкой. Теноктрис даже в дни ее молодости никто не назвал бы красавицей. Тем не менее смотреть на нее было приятно — как на лист хорошего, качественного пергамента.

— Но зато мне доподлинно известно, — продолжала она, — что сейчас магические силы формируются и существуют точно так же, как в мое время. Те же силы, что погребли в морской пучине Йоль, и вышвырнули меня на берег Хафта. Наверное, это совпадение.

Гаррик нахмурился. Он снова прикоснулся указательным пальцем к медальону и, поймав себя на этом, уныло покачал головой.

— Не знаю, что и думать, — признался он. — И сомневаюсь, стоит ли ломать над этим голову. Наша Барка — место, которое мало меняется, независимо от происходящих событий.

Илна обратила внимание, как напряжен Гаррик. Лицо его казалось вырезанным из тяжелого дуба.

— В конце, я помню, Клобук сидел на своем черном троне, — сказала Теноктрис. — Он настаивал, что это Трон Малкара, буквально — место силы. Но при первом же толчке эта штука развалилась на мелкие кусочки.

— Так Малкар реален? — настойчиво спросила Илна, сохраняя спокойное выражение лица, в то время как в душе чувствовала напряжение, холодное, как морская глубина.