Берсеркер Скверны - Руслан Мельников

– Ну? – Василь уставился на него. – И чего там?

– Ничего, – буркнул Виктор. – Придется немного подождать.

Однако ждать пришлось долго.

* * *

Костоправ вышел первым. По губам лекаря гуляла задумчивая и такая редкая на этом хмуром лице улыбка. Физиономия у лекаря, кстати, была поцарапана, а под левым глазом наливался синяк. Зато былой печали во взгляде не было и в помине. Все, кажется, излечился мужик от хандры полностью.

– Ну-ка, ну-ка, – Виктор сразу потянул Костоправа в сторонку, подальше от Василя. Шепнул в ухо: – Колись, давай, как это у вас вышло?

– Чего вышло-то? – закосил под дурку Костоправ.

– Того. Я видел, чем вы занимались.

– А какого хрена подглядывал?! – вскинулся лекарь.

– А такого же, какого и ты нас тогда с Костяникой застукал, – не растерялся Виктор.

Костоправ осекся. А чего тут скажешь? Было ведь, было такое. В Большом Котле, в старом полуобвалившемся доме.

– Я думал, вас обоих в пещере мутанты сожрали, вот и полез, – прояснил ситуацию Виктор. И снова потребовал объяснений: – Ну так с чего это у вас любовь такая страстная вдруг случилась? От долгого воздержания, что ли?

– Сам не пойму, – кажется, лекарь даже немного смутился, что было на него совсем не похоже. – Как-то само собой все вышло… Хотел проучить су… девочку… А она вырывалась так, что… Короче, сначала ругались, потом еба… э-э-э… л-любовью занялись, в общем.

– Тебя что, заводит, когда баба во время этого дела матерится, как сапожник?

– Ну не знаю, как-то раньше не пробовал, – пробубнил, отводя взгляд, Костоправ. И поспешно добавил: – Да нет, Золотой, не мели чепухи. Просто девочка… ну…

– Ну?

– Бойкая… Ты же сам говорил. Шибко хороша, в общем. Здорово, что вы ее с собой взяли.

Ах, девочка хороша?! Ах, здорово, что взяли?! Виктор только покачал головой. А о чем же ты, дружище Костоправ, говорил до того, как затащил Змейку в пещеру? И до того, как сам в ее пещерку… М-м-да… Надо же, как быстро и сильно может измениться мужчина там, где замешана женщина! Даже такой мужик, как Костоправ.

– Вообще-то мы ее не брали, – заметил Виктор. – Она сама…

Сама, блин, взялась на нашу голову. Виктор, честно говоря, находился сейчас в большом замешательстве. Он всего ожидал от встречи лекаря и Стрелец-бабы, но не такого.

К тому же теперь непонятно было, как относиться к Змейке. Как к случайной попутчице? Как к подруге друга? Как к наглому «зайцу» на корабле? Как к коварной, соблазняющей мужиков направо и налево стервозе? Хотя нет – судя по поведению Змейки, соблазнять Костоправа она явно не собиралась. Трудно назвать те слова, которыми Стрелец-баба осыпала лекаря, завлекающим мурлыканием. Да и ее глазки, когда эта сладкая парочка обменивалась «любезностями», смотрели отнюдь не кокетливо.

Ага, а вот и сама героиня-любовница, так ее разэдак!

Змейка, целомудренно одергивая одежду, вышла из грота. Глаза – долу, щечки горят. Ну, прямо случайно нашкодившая пай-девочка, а не только что трахавшаяся Стрелец-баба. Значит, и женщины тоже способны меняться при определенных условиях. Даже такие.

Следы «прелюдии», кстати, имелись и на ее лице. Расквашенные губы, подсыхающая сукровица под носом, кровоподтек на щеке и следы от пальцев на шее. Славно, в общем, повеселились ребятки.

Раскрасневшаяся и довольная, как самка быконя после удачного спаривания, Змейка поправила косу и с загадочной улыбочкой прошла мимо Василя. Попыталась пройти, вернее. Ошалевший капитан в последний момент все же поймал девку за рукав:

– Слышь, ты чего там натворила, подруга?

– Не трожь ее, Василь! – развернулся к помору всем корпусом Костоправ. – Пасть, на хрен, порву до пупа! И это… Не твоя она подруга, усек?

Василь дураком не был, и, разумеется, все, что требовалось, понял с лету. Помор отпустил Змейку, хмыкнул, качнул головой, звонко прицокнул языком – то ли одобрительно, то ли наоборот – и направился к берегу.

– Жду на коче, – сказал он, не оборачиваясь. – Поторопитесь: скоро отплываем.

«Значит, все-таки подруга друга, – подумал Виктор, наблюдая за Стрелец-бабой. Та, демонстративно покачивая бедрами и словно дразня Костоправа, шла за Василем. – Ну, что ж, может быть, так оно и к лучшему. Теперь все Змейкины закидоны будут на совести лекаря. Пусть сам следит за своей пассией и расхлебывает все заваренные ею каши».

– А ты чего пялишься, Золотой? – недовольно просипел Костоправ, проследив за взглядом Виктора.

Та-а-ак, еще один сюрпризец: ревнивец Костоправ. Мама родная, что же теперь будет-то на корабле?!

* * *

Первым делом Костоправ вытребовал, чтобы Змейке вернули оружие и доспехи. Из уважения к лекарю, выходившему раненых, поморы пошли навстречу. Правда, Василь пообещал снова разоружить Змейку после первого же косяка с ее стороны. Однако Стрелец-баба больше не косячила.

Удивительное дело, но после стычки, переросшей в случку, Змейку будто подменили. Девчонка стала более любезной, доброжелательной и покладистой. На рожон не лезла, на конфликты не нарывалась. Да и Костоправ сделался как-то мягче, что ли, и приятнее в общении.

«Неужто ему просто бабы не хватало? – гадал Виктор. – А Стрелец-бабе – мужика? Вот, блин, что называется, встретились два одиночества!»

Впрочем, идиллия продолжалась недолго. Дальнейшее плавание омрачили две проблемы. Во-первых, лекаря быстро скосила давняя беда – морская болезнь. А во-вторых, предположение Виктора оказалось верным: Костоправ ревновал свою подругу ко всем и каждому напропалую. Каких-то особых поводов для этого не требовалось: все зависело от настроения лекаря. А поскольку Костоправа постоянно мутило от качки, то его скверные черты характера, обостренные болезненной ревностью, так и перли наружу.

Пару раз дело чуть не дошло до драки. Красно-зеленого от гнева и морской болезни Костоправа едва успевали оттащить от какого-нибудь бедолаги, который, по мнению лекаря, вздумал покуситься на его драгоценную подругу.

Змейке, похоже, пришлось по вкусу такое агрессивно-собственническое проявление внимания к ее персоне. Стрелец-баба все время держалась возле Костоправа, помогала присматривать за зашуганными еще на острове, а потому тихими и послушными ранеными, помалу обучалась врачеванию сама и, как могла, ухаживала за лекарем, испытывающим на море постоянное недомогание.

Команда старалась без особой нужды не общаться со Змейкой и Костоправом. Что, впрочем, ничуть не напрягало ни Стрелец-бабу, ни лекаря. Казалось, этим двоим для полного счастья вполне хватало друг друга. Правда, Виктор и время от времени Василь тоже входили в круг общения «сладкой парочки». Остальных же вполне устраивало, что Костоправ и Змейка живут на корабле своей обособленной жизнью.

В общем, ситуация постепенно устаканивалась, и обстановка на судне становилась не то чтобы идеальной, но все же терпимой. До Соловков было уже недалеко. Плавание продолжалось. И пока без приключений.