Работа над ошибками - Андрей Буторин

— Да нет же! Мои мысли стали доступны только мне самому! Равно как и я сам ничего не понимал уже из разговора Илмы и ее братьев. Я видел только, что смотрят они на меня — ох, как плохо!

— И они сразу привязали тебя к этому столбу?

— Нет, — совсем земным жестом покачал головой Лекер. — Привели сначала в этот дом, сходили куда-то — видать, посовещались с остальными, а потом повели… — тут Лекер судорожно всхлипнул. — Причем, вежливо так все, достойно, я и не думал даже, что они затеяли меня казнить! И за что? Скажи, Алексей, за что?!

Алексей подумал, закурил, выпустил густое облако дыма и спросил, стараясь глядеть прямо в глаза Лекеру:

— А ты знал, что эти ваши «хроники» здесь вытворяли?

— Хронисты… — машинально поправил Лекер.

— Хронисты, фашисты — какая разница! — досадливо махнул рукой Алексей. — Скажи, ты знал, или нет?

— Да откуда я мог это знать! — подскочил Лекер с бревна. — Думаешь, они афишируют подобные операции?! Ну, ходили, правда, слухи среди наших, что «временщики» будто бы нашли какое-то место, где время течет нормально, и хотят там устроить себе что-то вроде базы… И еще… Я ведь медик, однажды, совсем недавно, пришлось стать свидетелем, как в лечебнице оказывали помощь группе «черных патрулей». Они, несомненно, вернулись из боя, были грязными, усталыми, помятыми, но что характерно — раны у всех были только резанными и колотыми, ни одной огнестрельной!

— Значит — отсюда! — подытожил Алексей.

— Скорее всего — да, но и я смог это только сейчас сопоставить! — снова сел на бревно Лекер. — И разве можно казнить только за то, что я принадлежу к одному виду с преступниками?!

— Лекер, ты же умный человек, — сказал Алексей. — Ты, наверное, успел заметить, какой здесь уровень цивилизации! Не знаю ход вашей истории, но у нас подобное было лет пятьсот назад, если не больше! И у нас в те времена казнили порой по причинам куда как менее серьезным, чем принадлежность к вражеской нации… Все-таки, как мне кажется, здешнее общество находится даже на более высоком уровне — если не технического развития, то уж морально-нравственного — точно! У нас бы, в так называемые средние века, никто бы и не подумал даже из-за слов женщины отменять казнь! Так что, дорогой Лекер, будь милосердней к местным жителям и прости им это мелкое недоразумение!

— Ничего себе «мелкое»! — возмутился Лекер. — Я чуть было не погиб!

— Ну, не погиб же! — улыбнулся Алексей.

Лекер с такой обидой глянул на Алексея, что тот не выдержал и рассмеялся.

— Ну, прости, прости! — похлопал он Лекера по плечу. — Это я шучу так!

— Что значит «шучу»? — не понял Лекер.

— О, брат, как у вас все запущено! — с сожалением посмотрел Алексей на Лекера. — Вы даже шутить не умеете?

— Да ты объясни, что это значит! Может, и умеем.

— Хорошо, попробую, — сказал Алексей. — Вот, например, ты сидишь сейчас такой злой и надутый, а я тебе говорю: «Не дуйся, а то лопнешь!»

— Я не могу лопнуть, как бы я не вдувал в себя воздух своими легкими, — немного подумав, очень серьезно сказал Лекер. — Если только мощным насосом…

Алексей не выдержал и захохотал.

— Почему ты смеешься?! — снова обиделся Лекер.

— То, что ты лопнешь — это и есть шутка! — воскликнул Алексей. — Я знаю, что ты не можешь лопнуть, ты знаешь, что ты не можешь лопнуть, но говоря так — я просто шучу, чтобы ты как бы представил себе это и рассмеялся, или просто улыбнулся! Чтобы поднять тебе настроение! Понял?

— Чего же смешного в том, если человек лопается? — все еще угрюмо ответил Лекер. — Пусть даже и не по-настоящему, а только мысленно…

— Да-а-а… — только и нашелся что ответить на это Алексей.

— Ладно, теперь я попробую пошутить! — встрепенулся вдруг Лекер. — Можно?

— Ну, давай! — обрадовался Алексей.

— Если ты сейчас не встанешь с бревна — у тебя отвалятся ноги! — радостно выдал Лекер, явно гордясь собой.

Алексей печально посмотрел на своего «ученика». Тот, поняв, что не добился желаемого эффекта, добавил:

— И руки!

Алексей грустно вздохнул.

— И голова! — выпалил Лекер.

Алексей посмотрел на Лекера с сожалением.

— Больше отваливаться нечему… — обреченно произнес Лекер. — Почти…

И вот тут-то Алексей засмеялся.

— У меня получилось? — обрадовался Лекер.

— Почти! — все еще смеясь, ответил Алексей.

Лекер расплылся довольной улыбкой.

Урок юмористики неожиданно был прерван. Во двор стремительно вбежал один из братьев Илмы и скрылся в доме. Через пару минут он выбежал назад, а за ним столь же поспешно из дома показалась Илма. Она была очень встревожена. Брат нетерпеливо крикнул ей что-то, а потом посмотрел на Алексея с Лекером. Илма тоже посмотрела на них и сказала:

— Новое нападение!

— Из серого мира? — сразу спросил Алексей.

— Нет, не похоже… Не там и не те!

— А кто же? — поторопил Алексей девушку. — И где?

— Там, где я попала в твой мир, — ответила Илма, — в лесу. А кто — не видно.

— Илма, ты что-то совсем разучилась говорить по-русски, — недовольно поморщился Алексей. — Что значит «не видно»?

— Я говорю правильно, — топнула ногой Илма. — Их не видно! Они убивают и ранят наших воинов, но их самих не видно!

Алексей вскочил на ноги.

— Твой брат хочет, чтобы мы пошли туда с ним? — спросил он.

— Он не может тебя об этом просить, — ответила девушка. — Ты — наш гость и не обязан воевать за нас… Он только просит, чтобы я спросила у тебя: знаешь ли ты, кто это может быть и как их можно победить?

— Я не знаю, — развел Алексей руками.

Брат Илмы без слов понял жест Алексея. Он сказал Илме что-то и быстро побежал со двора.

— Постой! — крикнул ему вслед Алексей. — Я с тобой!

— Нет! Не ходи! — вцепилась вдруг в руку Алексея Илма. — Ты не умеешь воевать! Ты погибнешь!

— Илма, — мягко отвел ее руки в сторону Алексей. — Твои братья обратились ко мне за помощью…

— Нет! — оборвала его девушка. — Я же сказала тебе: они только хотели узнать…

— Но я не знаю! — твердо сказал Алексей. — Но, может быть, смогу узнать, если увижу сам!

— Но их не видно!

— Вот и посмотрим!

— Это тоже шутка? — спросил вдруг молчавший до сих пор Лекер. — Можно смеяться?

— Думаю, пока не до смеха, — ответил Алексей. И сказал, обратившись уже к Илме: — У вас найдется какое-нибудь оружие для меня?

— И для меня! — подскочил неожиданно Лекер.