Черная дорога - Мэл Одом

А насекомые пролетали мимо жреца. Струящейся массой бирюзовых и бутылочно-зеленых щетинок и крыльев, блестевшей при свете факелов и фонарей, освещавших рабочее пространство, вливались они в неподвижный воздух пещеры. Добравшись до первого ряда рабов, насекомые стали впиваться в людей, точно стрелы: они вгрызались глубоко в тела жертв, разрывая одежду и добираясь до плоти.

Рабы кричали, но вопли агонии были едва слышны из-за жужжания множества крыльев.

С любопытством и смятением, надеясь, что рабов будет достаточно для жертвоприношения демону, Чолик наблюдал, как людей вытаскивают из их укрытий. Насекомые ворочались в телах рабов, словно дюжины живых опухолей и нарывов. Обезумевшие от боли и ужаса люди пытались бежать. Большинству не удавалось сделать и трех-четырех шагов – их тела лопались, и они валились на пол пещеры. Несколько факелов упало с ними, и по дороге к выходу занялись маленькие пожары.

В считанные секунды больше половины рабов, наемников и жрецов погибли, и адские насекомые обглодали их до костей, оставив окровавленные белые скелеты тускло поблескивать в свете факелов. Пока демонические твари обдирали плоть своих жертв, в воздухе стоял кровавый туман. Затем, оставив мертвецов, насекомые взмыли к потолку, найдя прибежище среди сталактитов. Их гудение немного утихло – теперь они превратились в пассивных наблюдателей.

Баярд Чолик вглядывался в темный провал открывшейся перед ним двери. Страх засел глубоко-глубоко в нем, но это не был страх перед тем, что лежит впереди. Скорее это был страх неизвестности. Но больше всего он боялся, что сила, которую он найдет с той стороны двери, окажется недостаточной для того, чтобы смыть с него следы безжалостного времени. Или что сила сочтет его непригодным и недостойным.

Быть отвергнутым демоном после того, как отошел от Церкви Захарума, – такое даже страшно представить.

– Господин, – прошептал Алтарин, каким-то образом избежавший уничтожения, постигшего большинство людей вокруг Чолика. – Господин, нам надо идти.

– Тогда идем. – Чолик даже не взглянул на служку.

– Это злое место.

– Ну конечно. – Чолик запахнул полы мантии, вдохнул глубоко-глубоко и зашагал к двери навстречу своей судьбе.

В открытом проеме виднелся лишь бесконечный простор тьмы. Жрец секунду помедлил на пороге, испытывая непреодолимое искушение крикнуть в эту черноту. Ответит ли ему демон? Он не знал. Прочтенные тексты доходили лишь до этой точки, а что дальше – в них не говорилось.

Где-то впереди, если записи верны, Кабраксис ждет человека, который освободит его и снова впустит в мир.

Порыв холодного ветра хлестнул старика по лицу. Возможно, следовало бы вернуться, но этот озноб лишь напомнил Чолику о холоде поджидающей его могилы. Лучше умереть внезапно сегодня ночью, чем жить с разбитыми или так и не родившимися надеждами.

Но еще лучше жить, добившись успеха.

Он шагнул вперед, во мрак. И немедленно непрерывный гул укрывшихся под сводом пещеры насекомых стих. Он знал, что это не потому, что он просто вошел в следующую пещеру системы катакомб под Рансимом и портом Таурук. Шум заглох потому, что всего один шаг унес его очень далеко от подземных покоев.

Мороз обжигал кожу Чолика, пробирая до костей, но его толкали вперед страх и решимость предотвратить свою смерть. При свете факелов, оставшихся за спиной, видны были стены узкого туннеля, тянущиеся с обеих сторон от жреца, но вновь ничего из того, что лежит впереди.

Ты человек,- громыхнул в голове жреца гулкий голос.

Удивленный Чолик едва не споткнулся.

– Да, – ответил он.

Всего лишь слабый человек. И ты ищешь демона? – голос звучал разочарованно.

– Люди уничтожили демонов, – сказал Чолик, продолжая шагать вперед по узкому проходу.

Не уничтожили, - настаивал бас. – Просто им удалось оградить свой мир от демонов. Но только на время. Диабло вернулся. Остальных даже не выгнали. Они остались в укрытиях, о которых никто не знает.

– Тебя вот выгнали, – заметил Чолик.

Ты насмехаешься надо мной, человек?

– Нет.

Чолик собрал всю свою храбрость. Древние тексты не говорили о том, что можно найти по ту сторону двери, но из других источников жрец знал, что демоны презирают страх. Это как орудие, вроде кузнечного молота, которым гнут и придают форму человеческим жизням, чтобы закалить их. А встреча с демоном означает, что ты должен закалить свой страх.

Не лги себе, человек. Ты боишься меня.

– Как боялся бы падения с высокой скалы, – согласился Чолик. – Чтобы взобраться наверх, человек должен встретиться со страхом и побороть его.

И ты поборол свой страх?

Чолик облизал губы. Вся боль прожитых лет накинулась на него снова, давая понять, что заклинание, с помощью которого он забрал жизненную энергию раба, истощилось.

– Куда больше я боюсь продолжать существование в ловушке разрушающейся оболочки тела, чем умереть внезапно.

Я демон, Баярд Чолик. Не боишься, что будешь умирать веками?

Чолик оступился во тьме. Он не думал об этом. В те годы, когда он изучал Кабраксиса и Черную Дорогу, он лишь преследовал знание. А после того как он заполучил Райтена, поставляющего ему рабов и обеспечивающего транспортом, жрец занимался лишь раскопками руин Рансима, стремясь найти дверь.

Однако Чолик попытался, чтобы голос его прозвучал твердо:

– Ты ищешь выход из своей тюрьмы, Владыка Кабраксис. Я могу стать этим выходом.

Ты? Такой хрупкий, слабый, стоящий так близко к смерти?

Демон расхохотался, и громыхнувшее в тесном каменном туннеле гулкое эхо родило в теле Чолика чудовищную разрушительную вибрацию.

– Ты можешь вновь сделать меня сильным, – сказал Чолик. – Ты можешь вернуть мне мою молодость. Я читал, что это в твоей власти. Тебе нужен человек, юный годами, чтобы помочь тебе вновь обрести силу, которой ты обладал когда-то в моем мире. – Он умолк на мгновение. – Ты можешь сделать меня этим человеком.

Ты в это веришь?

– Да.

Баярд Чолик верил в силу демона, как он верил во все, чему учила его Церковь Захарума. Если одно – ложь, то ложь и все остальное. Но если правда…

Тогда иди, Баярд Чолик, бывший жрец Церкви Захарума, бывший недруг демонов. Иди, и посмотрим, что из тебя можно сделать.

Нервный страх и предвкушение чего-то неизвестного испытал старый жрец. Слабость как змея свилась кольцами в его желудке, и на миг ему показалось, что его сейчас вырвет. Однако жрец взял себя в руки, использовав все приемы, которым научился, служа Церкви, и заставил свое усталое, больное тело двинуться вперед.