Ключ для пешки - Ирина Кайлес

— А сейчас, уважаемые гости, я расскажу вам…

«За ограждение, по идее, нельзя заходить… — думал Федя, — но, с другой стороны, охраны вроде нет никакой…»

— Федя, что с тобой? — озабоченно и взволнованно спросила Наташа.

— А?

— Что с тобой? Ты не перегрелся? Дать тебе воды?

— Что со мной? Все нормально.

— Ты какой-то странный.

— Мам, не выдумывай!

Наташа успокоилась и продолжила слушать гида.

Федя с волнением думал только об одном: дадут или не дадут свободное время. Желание исполнилось: на осмотр дали целых полчаса. Теперь надо было незаметно улизнуть от матери с Олегом. И вот подходящий момент наступил.

— Пойдемте поднимемся наверх, сфотографируемся, — позвала Наташа.

Олег кивнул. Федя вдохнул побольше воздуха и сказал:

— Я пока здесь посмотрю. Не хочу наверх подниматься, жарко очень.

— Потеряемся ведь, Федя, пойдем вместе.

— Мам, ну где мы потеряемся? Давайте через пятнадцать минут у лестницы встретимся.

Наташа колебалась, и тут на помощь пришел Олег:

— Наташ, он ведь уже не ребенок. Хватит его опекать. Все с телефонами…

Мама вздохнула, но согласилась.

Федя подождал, пока Наташа с Олегом скроются из виду, и побежал к гробнице. Вблизи она оказалась намного выше, чем виделось издалека, но юношу это ничуть не смутило. Не задумываясь о последствиях, он перелез через ограждение и проворно вскарабкался вверх по скале. В толпе туристов многие переглянулись, но никто не задержал обнаглевшего парня. Федя же добрался наконец до той гробницы и влез внутрь через дырку в стене. Его передернуло от мысли, что здесь когда-то лежало чье-то мертвое тело и, возможно, не одно. Но любопытство было намного сильнее страха и здравого смысла. Подросток лихорадочно огляделся вокруг. Он прекрасно понимал: в любой момент его могут выгнать отсюда, и то, что он сейчас делает, в принципе, противозаконно. Дырка небольшая, внутри все развалившееся, полусгнившее. Федя торопливо принялся обследовать стены и внезапно увидел наверху тот же блеск. Засосало под ложечкой. За камнем, отвалившимся наполовину, торчал едва заметный блестящий край чего-то. Литвинов, не задумываясь, отломил от стены камень. Глаза расширились от удивления. Федя взял в руки вторую часть той же самой таблички, которую он нашел в гроте. Юноша был уверен: это точно ее вторая половина! Внизу раздался резкий звук свистка, послышались возмущенные крики. До подростка вмиг дошло: пора вылезать. Он сунул табличку в карман брюк, выбрался из дырки и начал быстро спускаться. Внизу уже собрался народ и стояли двое полицейских. Только Литвинов спрыгнул на землю, один из стражей порядка схватил его за руку, начал что-то кричать по-турецки. Федя лихорадочно думал, как ему сейчас выпутаться из этой ситуации, и тут же увидел Олега с Наташей, спускавшихся с лестницы. Вот черт! Надо же так влипнуть!

— Вы по-русски не говорите? — в отчаянии спросил он полицейского.

— Ньет! — не замедлил тот ответить.

— English?[14]

— Yes.[15]

Юноша по-английски попытался извиниться и объяснить, что он просто хотел посмотреть. Турок произнес в ответ нечто крайне непонятное. Федя не смог разобрать ни слова и засомневался, действительно ли его собеседник имеет в виду под словом «english»[16]английский язык.

Быстрым шагом подошли Олег с Наташей.

— Тебя точно ни на секунду нельзя одного оставить! — Олег был вне себя. — Что здесь происходит?!

— Я… Я хотел гробницу поближе посмотреть, просто за ограждение зашел… — начал оправдываться Федя.

— Ничего себе, зашел! — вмешалась какая-то толстая тетка. — Он вон туда, по скале, в саму гробницу залез! Вам стыдно должно быть, мужчина, сын такой взрослый и не понимает таких элементарных вещей!

Федя, готовый убить эту кучку жира в безразмерных шортах, покраснел до корней волос.

— Это же осквернение древней… — возмущенно продолжила тетка, но ее перебил полицейский, пытавшийся что-то втолковать Олегу.

Наташа, бросая на Федю гневные взгляды, судорожно схватила мужа за руку. Олег, не понимая ни слова из весьма странного монолога полицейского, достал из кармана стодолларовую купюру и сунул ему в руки:

— All right?[17]

Полицейский молча смотрел то на деньги, то на Олега, то на Федю, руку которого он не отпускал. Олег, воспользовавшись всеобщим замешательством, сунул блюстителю порядка еще сто долларов. Жадность победила.

— О’кей, — полицейские отошли в сторону.

Наташа облегченно вздохнула. Олег размахнулся и со злостью отвесил Феде такой подзатыльник, что тот чуть не упал. Наташа гневно сжала губы, но промолчала. Сели в автобус, и всю дорогу никто не проронил ни слова.

Когда подходили к отелю, у Феди сердце сжалось в комок. Предстоял нелегкий вечер. Подросток вошел в номер. Внутри все напряглось, будто в ожидании удара.

— Придурок! — Олег едва сдерживал желание размазать Федю по стенке. Наташа мягко положила ему руку на плечо.

— Олег, не надо. Я сама с ним поговорю, ладно?

Едва сдерживая ярость, Олег прошипел:

— Ладно! — и ушел к себе.

Федя выдохнул.

— Идем в комнату, — голос Наташи не обещал легкой беседы.

Зашли в спальню. Мать села в кресло, Федя — на кровать. Пауза затянулась. Подросток, напрягшись, тупо смотрел в пол.

— Ты знаешь, мне еще никогда в жизни не было за тебя так стыдно, — произнесла наконец Наташа. — Что происходит?

Федя молчал. Он лихорадочно думал, каким образом объяснить свой поступок, но мысли из головы словно испарились.

— Что ты молчишь? Объясни, зачем тебе понадобилось туда лезть! Мы с Олегом такой позор из-за тебя пережили! Имею я хотя бы право знать, зачем и для чего?!

— Мам, ну извини. Я сам не знаю, зачем это сделал. Просто посмотреть захотелось.

— Что посмотреть, гробницу? Ты на кладбище могилу будешь раскапывать, чтобы посмотреть, что там внутри?

— Ну я не знал, что туда нельзя…

— Тебе сколько лет? А? Ты взрослый парень, а ведешь себя как неразумный ребенок! Не передать, как мне за тебя стыдно!

Федя молчал, опустив глаза.

— Я в тебе сегодня очень разочарована. Я просто в шоке. Чтобы мой сын вот так себя вел…