Маг и его кошка - Алина Лис

— Не трогай, будет хуже. Извини, не успел предупредить насчет вспышки, — я подал ему руку.

— Это пройдет? — в его движениях скользила легкая неуверенность.

— Должно. Хочешь — я посмотрю. Правда, излечения не обещаю. Заживлять мелкие порезы — мой потолок.

— Смотри, — согласился он.

Глаза не пострадали, но зрачки сжались в крошечные точки с булавочную головку в расплавленном золоте радужки.

— Нормально. Пройдет через пару часов, может, раньше. Кстати, спасибо за помощь. В одиночку было бы трудновато.

— Ага, — он хмыкнул. — Мне тоже.

— Дверь исчезла. Собираюсь пойти и проверить, что там.

Будь он в порядке, я не успел бы уклониться от удара. Акинак встретил пустоту, а фэйри слегка пошатнулся.

— Ты что творишь?

— Не могу позволить тебе сделать это. И не смогу остановить, пока не вижу. Придется убить.

Вот упертый баран!

Как назло, я его убивать совсем не хотел. Даже если забыть, что был ему должен за помощь. Фэйри оказался отличным напарником, да и просто жаль терять такого мечника.

Я вообще не люблю убивать, пусть в это и нелегко поверить, если вспомнить, сколько крови на моих руках.

— Это глупо. Остановись! — Сгусток огня в нескольких дюймах от его лица заставил противника замереть.

— Так-то лучше. Я мог бы оглушить тебя, но не хочу унижать. Поэтому просто положи оружие и выслушай меня.

Фэйри опустил акинаки. На лице его не было ни гнева, ни растерянности. Вот же хладнокровная бестия!

— Не знаю, за кого ты и твой князь приняли меня, но я здесь впервые. И не для ритуалов во славу Черной.

— Тогда кто ты и зачем ты здесь?

— Просто вольный искатель приключений и всяких магических штучек. Встретил в дневниках де Бриена упоминание, что он когда-то давно развлекался в гробнице Ипполита и оставил там свои записи вместе с одним занятным артефактом. Клянусь, я понятия не имел, что у князя до сих пор проблема со служителями Чиннамасты!

Он молчал, всматриваясь в меня невидящими глазами. Словно пытался на слух определить степень моей искренности.

— Почему ты сразу не пошел к князю?

Я даже улыбнулся такой наивности:

— А что — ваш князь привечает расхитителей гробниц?! Вот ведь незадача, я и не знал. Думал, начнутся обвинения в воровстве.

— А ты не считаешь себя вором?

— Нет. Тайник и его содержимое не принадлежит князю, наследников у де Бриена не осталось, а мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы раскопать эти сведения. Не понимаю, на каком основании я должен отдавать свою добычу.

Он еще колебался:

— Как ты узнал, что у нас есть проблемы со служителями Черной? Я ничего не говорил.

— Ну, здесь элементарно. Князь не послал бы своего лучшего воина — ты ведь лучший, не так ли? — если б речь шла о просто заброшенной гробнице. Да и дверца эта… будь я проклят, если на ней не свежие чары. Не более пары месяцев. Только странно, с чего эти ублюдки резвятся у вас, если Черная мертва уже почти четыре столетия.

Фэйри тяжело сел на пол:

— Это началось недавно. Стали пропадать люди. И… не только люди. Мои собратья и разумные вули. Потом пришли гриски. Много. Очень много. Мы зачищаем улицы каждую ночь, но их не становится меньше. В городе трудно дышать. Ты видел наемников?

— Их трудно не заметить.

— Люди тоже что-то чувствуют. По-своему. Это выльется в резню или войну.

Я кивнул, забыв, что он не сможет этого увидеть.

— Умерло очень много… наших. А месяц назад все прекратилось. Мы не сразу вышли на святилище Черной. Князь приказал не трогать дверь, но следить за незнакомцами, которые отираются рядом.

— И тут приезжаю я. Понятно, почему Тальпус стукнул князю. Кстати, где этот маленький засранец?

Вуль не сбежал, как я сперва подумал. Тушка, похожая на сдувшийся шарик, лежала у стены рядом с выходом. Один из фантомов просто походя раскроил ему череп. Фэйри поднялся и, пошатываясь, пошел на звук моего голоса. Положил руку на выпуклые глаза и зашептал прощальное обращение к Скорбящей и Проводнику.

— Он был трусоват. И не очень умен. Но он был хорошим другом, — сообщил мне воин. В голосе его звучала неподдельная печаль.

— Мне жаль.

Мы еще немного посидели у тела. Потом я додумался спросить:

— Как тебя все-таки зовут?

— Рэндольф.

— Ты не из Разенны?

— Я родом с Гэльских холмов. Но не был дома очень давно.

Только сейчас, после этого признания, я заметил тонкую сеточку морщин вокруг кошачьих глаз. Годы оставляют свой след даже на волшебном народце.

— Ты один из лучших фехтовальщиков, что я когда-либо встречал.

— Знаю. Я — лучший, — он признал это спокойно, и в голосе не было и тени хвастовства или самодовольства.

— Ага, а еще скромный.

Он покачал головой и тяжело поднялся. Ноздри его дрогнули, втягивая воздух:

— Кто ты? Ты пахнешь и выглядишь как обычный человек. Но сам признался, что таковым не являешься.

— Забудь! Я просто случайный путник.

— Ты из Братства Стражей, — сказал он. Это не было вопросом.

— А ты догадлив.

— Мне уже приходилось встречать тебе подобных. Как твое имя?

Я не удивился. Мир фэйри невелик. Куда ни плюнь, попадешь в знакомого знакомых.

— Элвин.

— Девятый Страж.

— Ага. Сдашь меня Марцию Севрасу?

— Я должен.

Этого следовало ожидать. Как и последующих проблем со стороны князя Церы.

— Что делать со святилищем? Предлагаю проверить его, раз уж есть возможность. Вдруг там прячется еще какая-то пакость?

— От меня будет мало толку.

— Не бойся, если что — прикрою. Давай руку.

Рэндольф не стал упрямиться или делать вид, что слепота ему нипочем. Покорно протянул ладонь, во вторую взял один из мечей.

— Я уже немного различаю контуры, — сказал он, сделав несколько шагов.

— Отлично, — другой рукой я подхватил факел.

С первого взгляда стало ясно, что если в гробнице и находился храм, то никак не заброшенный. Ощерившаяся лучами фигура с круглым жертвенником в центре сияла уже знакомым лиловым светом. Восемь основных векторов и множество поменьше придавали ей сходство со снежинкой. Вдоль кромки каждого луча шла вязь рунических символов. Снова умбра, футарк и даже огам, о котором я помнил еще меньше умбры. Воздух над знаком гудел от напряжения.