Звездное колесо - Андрэ Нортон

– Разве я не сказал, что линии снова полны Силы? Если правильно позвать, открываются врата и выходят те, кто живет за пределами нашего мира. И в бесчисленных мирах в других временах есть гораздо более сильные слуги, чем этот. Столетиями люди рассказывают сказки о дьяволах и чудовищах, и над ними только смеются – а ведь они говорят правду. И есть люди, которые проглочены Силой и выброшены в другие миры.

Я уже предложил вам однажды свободу Силы, возможность полностью использовать то, что дремлет в вас. Но без меня вы этого сделать не сможете…

Гвеннан удалось отогнать тошноту, которую вызвало в ней скорчившееся существо. Оно все еще здесь: она видит в темноте его красные глаза. Неужели он хочет использовать его как оружие, чтобы заставить ее подчиниться?

– Вы погубили Орту… – неужели она сказала это? Или просто смешиваются воспоминания?

– Только потому, что мне нужно было знать, где убежище. Не было времени убеждать вас, что я прав. – В голосе Тора звучала спокойная уверенность, он, должно быть, поверил, что все в его власти. У него есть план, как использовать ее сейчас. Какой план?

– Звездное колесо снова повернулось, – сказал он голосом охотника. – Мы не можем остановить его вращение, как не можем передвинуть звезды, изменить их рисунок, чтобы тем самым изменить свою судьбу. Мир снова должен погрузиться в темноту. Но на этот раз, да, на этот раз мы боремся не с силами природы, а с честолюбием самого человека. А то, что может сделать один человек, может изменить другой! Но для этого нужно располагать всей Силой – которая была забыта и опорочена, однако она есть, и она мощнее любого известного оружия. На этот раз погружения в темноту не будет – благодаря таким вождям, которые не думают о защите других и самоограничении.

– И вы должны стать таким вождем?

– А кто еще? Некогда меня сдержала, закрыла мне рот, связала бесплодная вера, что кто-то знает лучше меня. На этот раз… ах, на этот раз! – Голос его взметнулся, как победный крик. – Звезды против Сарис, которая своей хитростью привела вас сюда, она права: в вас есть и дар, и древняя кровь. Но вы недостаточно сильны, вы не знаете природу тех сил, которые можете пробуждать. А Сарис пришлось отказаться от влияния на вас. Меня тоже считали полукровкой… – последнее слово он выплюнул, как грязь. – Никто не знает, как я искал знаний, чему я научился! Даже полукровка, которому недоступно их полное возобновление, не такой короткоживущий, как те, что опустились до состояния животных и теперь медленно поднимаются снова. Я знаю гораздо больше, чем подозревает Сарис.

Я мог бы действовать честно, в соответствии с древними клятвами. Она не может отрицать, что сначала я явился к ней и рассказал ей правду. Но она отвернулась от меня и… – в его хорошо контролируемом голосе звучал гнев… – расправилась бы со мной, если бы смена не произошла слишком быстро для ее планов. Поэтому она обратилась к вам, а вы даже меньше, чем когда были Ортой с зеркалом. В вас только небольшие остатки Силы. Но они смогут вырасти, и вы достигнете того, чего не достигал в прошлом ни один полукровка. Я предлагаю вам шанс – присоединяйтесь ко мне добровольно, и разделите со мной мою победу. Вы получите больше, чем думаете, больше, чем может постигнуть человек. Отвернитесь от меня, как вы пытались в прошлом, и не только обречете на смерть свое тело, но и исказите свою внутреннюю сущность, вместо того чтобы привести ее к свету и победе. Нас ждет война, какой не знал мир, даже в легендах. Хотя в далеком прошлом были такие, кто в своем безумии после великой Смерти пытался пользоваться оружием, которого не понимал, и еще глубже и шире разорвал землю, и раны от этого заживали многие века.

Эта война велась в таком же невежестве, как и та, что ожидает нас. Люди играют орудиями, которых не понимают. Но людей можно покорить, использовать их страхи, их неуверенность, саму их природу. И возникнет новый век, в котором будет править Сила, век вечного мира!

– Мира такого, какой нужен вам?

– Да, моего мира. Неужели вы думаете, что он будет хуже того, что нас ожидает?

– Если у вас такие армии… – Гвеннан рукой указала на уродливое существо, ждавшее приказа Тора.

– Людьми легче всего править с помощью страха. Если мой спутник вызывает не меньше страха, чем целая армия, тогда я прекрасно решу все проблемы.

– Но они убивают. – Гвеннан припомнила, что рассказывают в городе. – И от них несет… Тьмой… злом…

– Тьма… зло… – вернулся прежний насмешливый тон. – Слова. В природе человека инстинктивно бояться и ненавидеть то, чего он не понимает, то, что чуждо ему по форме или отлично по мысли. Я тоже испытал такие страхи. Да – мои существа из другого мира, такова их природа, а здесь они должны питаться. Они питаются жизненно силой, которую можно извлечь только у живого. Разве вы боитесь кошки, которая убивает мышей, человека, поедающего дичь или мясо скота? Сначала посмотрите на свои обычаи, потом критикуйте других. В свое время и на своем месте они в своих правах.

– Слова… – повторила Гвеннан его презрительное замечание. Она чувствовала в себе новые силы. Пришли ли они от подвеска, подарка Сарис? Или они имеют отношение (она взглянула на циферблат: вторичные линии теперь ярче, символы, на которые они указывают, светятся, как драгоценности)… имеют отношение к тому, через что она прошла, к переменам внутри нее, которые она пока еще не осознала? Гвеннан чувствовала эту новую силу. Может быть, несмотря на всю свою самоуверенность, Тор не сможет подчинить ее своей воле?

– Слова, – снова сказала девушка. Она стояла прямо, прижимаясь спиной к камню, руки держала на уровне сердца, у груди, так что тепло подвески проникало сквозь одежду. Слышала ли она на самом деле отдаленный звук рога?

Она не хотела иметь дела и с охотницей, даже если Сила той может дотянуться до других миров. Она не будет ничьим оружием!

Девушка подняла правую руку, прижала обнаженную ладонь к поверхности самого высокого камня. И чуть не отдернула ее. В нее устремился такой поток энергии, как в Орту, когда она в последние мгновения своей жизни осмелилась подняться на трон Голоса. Но только эта энергия не рвалась изнутри, не прорывала плоть и кости, не уничтожала ее, потому что она не могла ее контролировать. Нет, эта энергия скорее вливалась, заполняла пустоту. Гвеннан пила ее, как пьют жаждущие из вновь найденного источника.

Гвеннан забыла о Торе, о существе, скорчившемся у его ног, забыла обо всем, кроме этого наполнения… экстазом. А потом…

Потом удар: ветер, молния, громовой раскат с начавшего расчищаться неба. Гвеннан услышала крик, резкий, требовательный: так кричат в передних рядах битвы, требуя подмоги. И кричала не она. Хотя губы ее производили звуки, слова, но языка такого она не знала. Как будто формула какого-то ритуала.

Гвеннан ослепла от молнии. Молния ли это с неба? Разве не поднялась она от земли? Что-то темное, черное пятно показалось меж вспышками, прыгнуло в воздух и устремилось к ней. Камни засверкали ярче, а Гвеннан пела, прижимая к груди дар Сарис.